Всё или ничего...
Шрифт:
Нет никаких сил. Ничего не хочу, кроме одного: перестать чувствовать эту ужасающую и ломающую изнутри боль, доставляющую такие мучения для сердца и души.
— Почему сначала Алекс, а теперь и Лёша? Почему я не могу просто быть счастливой рядом с тем, кого люблю?
Слишком много мыслей, о том, кто мыслит.
Время течёт быстро, а ты мне в сердце выстрел.
Ещё немного выстрелов и сердцу будет просто незачем биться, потому что не может биться то, чего нет.
Не спрятаться, не убежать; и так ползу еле дыша —
Не спеша,
Но моя крыша едет. Любовь реально зла.
Я всё прощу, но не забуду.
========== Трибунал, и ты по мне открываешь огонь… ==========
Утром я без особого желания встала с постели, на которой лежала подушка, в которой был, наверное, килограмм соли от моих слез. За ночь выплакала все слезы и эмоции, потому что сейчас не чувствовала вообще ничего. Я была как робот: на автомате собралась на работу, приготовила себе кофе и, выпив, вышла из квартиры. Закрывая ее, я подумала, что продам ее, потому что находиться в ней невыносимо.
На лейбле я поднялась на шестой этаж, в комнату с реквизитами, где могла побыть одна и поработать в одиночестве.
Надо бы начать писать текст сольной песни, но в голову лезут лишь воспоминания прошлого дня. Я столько раз представляла себе возвращение Алексея, но он должно было быть точно не таким.
Зазвонил сотовый, и на том конце провода услышала Сергея Романовича, который назначил мне встречу в кафе во время обеда. Я согласилась и тут же выключила телефон, чтобы никто не отвлекал меня. Перед глазами был пустой лист, на котором я хотела написать песню. Но что-то не клеится и я просидела в этой комнате до обеда.
Кафе, в котором мне назначил встречу друг Воробьева, было недалеко от нашего офиса и я добралась к нему за пятнадцать минут, не попав в пробки. Сергей уже сидел за столиком, помешивая кофе.
Я села на соседнее сидение, и сняла солнечные очки, класть их возле телефона на столик.
— Привет, — парень оглядел меня, — Тебе комплимент сделать или не стоит?
— Не стоит…
— Что у вас с Лехой вчера произошло? Он не желает ничего мне рассказывать.
— Мы расстались.
— Что? Почему?
— Я начала встречаться с Егором, пока Леша был в Америке.
— Что за бред? — парень выглядел очень удивленным.
— Это мне он сам так сказал, — произнесла я, крутя на пальце второе обручальное кольцо, которое уцелело после удара о стену.
Я коротко рассказала парню события вчерашнего дня, на что очень сильно удивился и коротко выругался.
— У него после двух месяцев в больнице все мозги ссохлись что ли?
— После какой больницы? — я посмотрела на Сергея.
— Катерина тебе не рассказала?
— Нет.
Если рассказать в двух словах, то Лешка задержался еще на две недели в Лос-Анджелесе, после окончания съемок, потому что его подруга попала там в аварию. Но почти сразу же ему предложили сниматься в другом фильме и парень согласился, не зная, что во время одного из съемочных дней сломается
Не имея возможности связаться со мной, он попросил Катерину — своего продюсера, сообщить мне о случившемся. Но женщина почему-то не сделала этого, по не известным мне причинам.
— А если он узнает, что Катерина обманула его, и придет к тебе, ты простишь? — Романович посмотрел на меня.
— Я не знаю, — произнесла я, смотря на свои руки, — Я люблю его, но не смогу забыть то, что он не поверил мне.
— Вы два идиота, — вздохнул друг Алексея, — Почему бы вам не поговорить?
— Он не хотел вчера меня выслушать, и ты думаешь, что он захочет слушать меня сейчас?
— Леха остынет, обдумает все и вы помиритесь.
— Что за девушка была с ним вчера?
Сергей пару секунд молчал, потом отвел взгляд и произнес:
— Та самая подруга, которая попала в аварию.
— Они… Они встречаются?
— Не думаю, что так можно назвать то, что между ними происходит.
— Я попробую поговорить с ним, — сказал парень, когда я уходила, — Просто Катерина зачем-то не сообщила ему правды.
— Не стоит, — я усмехнулась, — Не надо заставлять его делать то, что он не хочет.
Приехав на лейбл, я столкнулась с Натаном, который, увидев меня, взял меня за локоть и увел в кабинет своего менеджера, закрывая за собой дверь.
— Адель, что случилось? Ты как будто в робота превратилась. Где эмоции?
— Какие эмоции? Они не нужны, — я села в кресло менеджера и стала рисовать на бумаги какие-то узоры, — А так у меня все замечательно!
— Та-а-ак, — парень вздохнул и сел на край стола, поднимая мое лицо за подбородок, — Рассказывай, кто обидел нашу Мурку?
Кажется, я поторопилась, когда сказала вначале, что внутри пусто. Стоило мне увидеть взволнованные глаза друга, в которых отражалось беспокойство, я почувствовала, что нижняя губа задрожала, а по щеке скатилась слезинка.
— Адель, ты чего? — Миров растерялся, но тут же сориентировался и обнял меня, — Ну, что случилось? Кто обидел нашу принцессу?
— М-мы с Лешей рас-расстались, — заикаясь из-за слез, сказала я, — Он по-поверил своему п-продюсеру, которая ска-сказала, что мы с Е-Егором встречаемся.
— Постой, Воробьев вернулся?
Я молча кивнула головой, а из груди вырвался новый всхлип. Натан отстранился от меня и достал из аптечки успокоительное и накапал его в стакан, а потом воды, который подал мне. Дрожащими руками я взяла воду, делая несколько глотков. Отставив стакан в сторону, я с ногами залезла в кресло менеджера и обхватила колени руками, склоняя на них голову. Миров сел рядом на стул, который подвинул ко мне и погладил по голове. Минут десять я успокаивалась, а потом еще двадцать приводила себя в порядок, заново нанося макияж, в то время как Миров задумчиво смотрел на меня.