Все продается
Шрифт:
Джек тоже улыбнулся.
– Раз вы уже знаете, мне остается только подтвердить. Откуда вам это известно?
– Знать такие вещи я считаю своей обязанностью, – сказал я. – Дело в том, что мы тоже купили большой пакет тех облигаций. Полагаю, в момент выпуска мы с вами были единственными крупными покупателями. Шанс заработать такую круглую сумму выпадает не часто.
Джек засмеялся.
– Да, это было, как говорит Кэш, «миленькое дельце». Конечно, я в восторге от той операции, – сказал он и отпил большой глоток вина.
Польстить самолюбию
– Не понимаю, как вам отсюда, из Аризоны, удается добиваться такого успеха на лондонских рынках? – продолжал я.
– Видите ли, в «Финикс просперити» мы предпочитаем считать себя космополитами в гораздо большей мере, чем любой средний инвестор в Штатах. Я слежу за всеми европейскими событиями и новостями. Когда я учился в школе, я три месяца провел в Европе. И мы давно знаем Кэша Каллахана.
Вот где собака зарыта, подумал я.
– И вы много сделок совершаете через Кэша? – спросил я.
– Довольно много, – ответил Джек. – Он хорошо чувствует рынки и удачно их анализирует. Очевидно, он неплохо понимает и мои намерения.
Еще бы не понимать, подумал я. Для Кэша «Финикс просперити» – неисчерпаемый источник обогащения. Я хорошо представлял себе, как Кэш весь день заставляет Джека Салмона покупать и продавать разные облигации, а сам при этом едва успевает подсчитывать свои комиссионные.
– Да, в нашей компании он тоже считается хорошим посредником, – сказал я.
– Вы давно работаете на рынке бросовых облигаций? – спросил Джек.
– Нет, только начинаем. А вы?
– О, мы работаем с ними уже с год.
– И какое у вас сложилось впечатление?
– Это золотая жила. Но чтобы заниматься ими, нужно иметь железные нервы. Если вам подворачивается выгодное дело и если у вас все в порядке с кредитом, то вы просто обязаны покупать на большую сумму. Понимаете, о чем я? – Джек заговорщицки улыбнулся.
Я кивнул. Этот парень опасен, подумал я.
– Но меня постоянно сдерживают, – продолжал Джек. – Если я покупаю больше, чем на один-два миллиона, все в панике. Зарабатывать настоящие деньги стало очень трудно, уверяю вас.
Значит, где-то все же есть разумный человек, контролирующий Джека.
– Здесь есть компании, которые стоило бы завтра послушать?
– Да, одна компания мне нравится. «Фэруэй». Думаю, они подготовили хорошую презентацию.
– «Фэруэй»? – переспросил я. – Чем они занимаются?
– Они делают мототележки для гольфа. Знаете, такие багги, которые развозят игроков по площадке.
– Понимаю. Благодарю, я обязательно послушаю, – сказал я. Две-три минуты мы молча ели. – Ваш банк далеко отсюда? – спросил я.
– Почти рядом. Милях в десяти от отеля, в центре города. Но на время конференции я поселился в отеле. Жаль упускать редкую возможность поболтать с коллегами, занимающимися нашим бизнесом.
– У вас большой операционный зал? – поинтересовался я.
– Нет, инвестициями занимаются всего два-три человека. Что касается продажи, то в большинстве случаев решения принимаю я. Но в сущности,
– У нас тоже небольшая компания, – сказал я и забросил удочку. – Было бы очень интересно сравнить вашу компанию с нашей. Хотя мы живем на разных континентах, мне кажется, наши точки зрения во многом совпадают.
Джек охотно проглотил наживку.
– В чем же дело? Конференция закончится, и я сам все вам покажу. Вы сможете выкроить пару часов?
Я улыбнулся.
– Благодарю. Это было бы очень интересно. Буду ждать с нетерпением.
Кэш болтал с женщиной из «Амалгамейтед ветеранс лайф». Сначала она держалась очень холодно, почти официально, но постепенно чары Кэша подействовали и на нее. Не прошло и получаса, как ее смех стал едва ли не заглушать хохот Кэша.
Я повернулся к Кэти.
– Кажется, Кэш из кожи вон лезет, чтобы завоевать расположение той женщины. Почему она удостоилась такой чести?
– «Амалгамейтед ветеранс» – один из крупнейших в США инвесторов, – объяснила Кэти. – А Мадлен Джансен там – старший менеджер. Она выбирает стратегию работы с портфелями. Если она изменяет решение, весь рынок приходит в движение. Говорят, в деле она великолепна.
– Понятно, – сказал я. – Но разве «Амалгамейтед ветеранс» – клиент Кэша?
– Нет, – подтвердила Кэти. – Но в один прекрасный день все может измениться. Кэш предпочитает лично знать возможно больше инвесторов. Когда он вернется в Штаты, то, скорее всего, позвонит ей и поинтересуется, как у нее дела.
– А что же будет делать тот агент «Блумфилд Вайс», который работает с ней сейчас?
– Это Ллойд Харбин. Его здесь нет. Так что Кэшу представилась на редкость удачная возможность.
Я предпочел промолчать. Наверно, украсть клиента у одного из своих коллег – ничто по сравнению с кражей двадцати миллионов долларов у одного из клиентов. Я вспомнил Дебби Чейтер. Рассказать Кэти о своих подозрениях я не мог и лишь покачал головой.
– Ну и мерзкий он тип, этот Кэш.
– Понимаю, вы имеете все основания так думать, – дипломатично кивнула Кэти. – Действительно, многие его не любят, но на самом деле он не всегда такой плохой. Ладно, согласна, он часто не заслуживает доверия, то и дело обманывает клиентов, он снискал сомнительную славу за переманивание клиентов у своих коллег. Но я бы не сказала, что это – истинный дьявол во плоти.
Я пожал плечами.
– Нет-нет, – продолжала Кэти. – Он и мухи не обидит. В сущности. Кэш – тряпка. Хочет, чтобы все его любили. Даже я. Хотя я на него ворчу, он меня всегда защищает. Месяца два назад мне сказали, что в этом году мне не повысят зарплату. Я работала много и заслужила повышение. Кэш угрожал уволиться, если руководство банка не изменит решение. Боссам пришлось уступить. В «Блумфилд Вайс» найдется немного руководителей, которые так защищали бы своих сотрудников.
Слова Кэти произвели на меня впечатление, но я остался при своем мнении и решил сменить тему.