Вспоминая будущее ...
Шрифт:
– Воду теплую принесите, пожалуйста, - попросила Аня.
Пока ей несли воду, Аня достала из своей сумки ткань и начала накладывать ее на руку Максима. Потом она положила часть порошка в воду и начала накладывать намокший порошок на руку Максима на ткань.
– Это что такое?
– спросил Максим.
– Гипсовая повязка.
– Я думал, что гипсовые повязки изобрели русские, - и Максим услышал, что таз с водой и порошком
Максим посмотрел на бледное лицо Анны, сидящей напротив него.
– Какие русские?
– не совсем связно спросила она.
Максим помнил, что гипсовые повязки придумал Николай Пирогов, русский врач. Правда, он сделал это намного позже в 1853 году во время Крымской войны. Но видя такую реакцию девушки, решил, что лучше больше ничего не говорить, иначе подумают, что он сумасшедший.
– Да так не обращай внимания. Продолжай. Я все еще нахожусь под влиянием войны с Наполеоном.
Аня несколько секунд встревожено вглядывалась в Максима, а потом попросила принести ей еще воды.
– Начнем все с начала, - попыталась пошутить она.
Максим смотрел, как она умело накладывала повязку, и думал, что история доносит до нас современников не всё. Ему все говорили, что именно Пирогов изобрел гипсовые повязки, но, оказывается, их еще использовали в Англии много лет до Пирогова. И как накладывать эти повязки знают не только врачи, но и просто девушки из знатного общества.
– Откуда вы берете этот порошок?
– спросил Максим, когда Аня уже заканчивала работу.
– У архитекторов. У них полно этого добра. Из него они делают красивую отделку на домах. А ты рукой не двигай, хорошо?
– Сколько так надо сидеть?
– Час точно, и главное не двигаться.
Через какое-то время Аня собрала свои вещи, и они с Энтони ушли.
А Максим откинулся на кресло и прикрыл глаза от усталости.
Глава 54. Арест
Аресты Доминика и Дэнни вызвали живой интерес в обществе. Ведь Дэнни был не просто человек, которого арестовали, а человека, которого знали многие. А ведь известно, что если что-то происходит с людьми, с которыми ты лично знаком, твое восприятие произошедшего события будет намного острее, чем бы это случилось с незнакомым тебе человеком.
Всё общество только и судачило об этом.
Особо интересны были высказывания некоторых мамаш, которые в своё время очень благосклонно смотрели в сторону Дэнни и надеялись получить его в зятья. Сейчас они говорили, что они сразу раскусили его натуру, и оказывается в свое время запрещали дочерям общаться с ним.
Как
Максим всем этим разговорам очень удивлялся. Особенно так называемой проницательности мамаш. Если даже Министерство иностранных дел не знало об этой авантюре, как же эти мамаши могли догадаться об этом.
– В следующий раз надо привлекать не агентов Министерства иностранных дел, а мамаш, - как-то пошутил он, стоя рядом с Чарльзом на одном из приемов.
– Да уж, - весело откликнулся Чарльз.
– Я чувствую, нашу полную бесполезность. И всезнающие женщины просто скрывали от нас правду, чтобы потренировать нас в логическом мышлении и слежке.
– Не иначе как надо полностью обновить состав Министерства иностранных дел, - продолжил Максим.
– Весь нынешний состав уволить, а набрать новый профессиональный состав из мамаш.
И оба молодых человека прыснули от смеха.
Когда Аня посетила Луизу, та сидела расстроенная.
– Луиза ты в порядке?
– заботливо спросила Аня.
– Да, всё хорошо, - ответила Луиза.
– Ты жалеешь о Доминике?
– осторожно задала следующий вопрос Аня.
– Я жалею о том, что не смогла встретиться с ним ещё раз.
– Луиза, слушай, я знаю, как ты относишься к этому молодому человеку, но он не достоин тебя. Он просто перелетает с одного цветка на другой, не останавливаясь ни на мгновение.
Луиза подняла грустные глаза на Аню:
– Я знаю.
– Тогда может быть хорошо, что всё так произошло.
– Ты не понимаешь, - Луиза встала и отошла к окну. Потом она обернулась к Ане.
– Когда я встретила Доминика здесь, я была растерянна, смущена, меня накрыли множество эмоций. Но у меня было несколько дней разобраться в них. Я разложила всё по полочкам и внимательно прислушалась к себе. И я поняла одну значительную вещь. Я не люблю его больше.
– Так это же замечательно!
– воскликнула Аня.
– Да, - улыбнулась Луиза.
– Я любила его по молодости. Мне нравилось в нем всё: внешность, энергичность, речь, голос. Но сейчас я поняла, что всё это прошло. Мне не нравится его внешность, так как прожив в Лондоне долгое время, меня теперь привлекает английская немного холодная красота мужчин. Мне не нравится, как Доминик говорит, так как в его словах слышится фальшь. Мне не нравится, как он себя ведёт самоуверенно и развязно, совершенно не уважая человека, который стоит напротив него. И самое главное - он отчаянно глуп. Мне же в последнее время везло общаться с умными людьми, и поверь мне, Аня, я теперь отлично знаю разницу.