Вспомнить все
Шрифт:
Лицо Президента на экране видеофона было бесстрастным. Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он узнал о гибели восемнадцати парней из «Дельты». Только взгляд стал таким, будто он не видит Реда, а смотрит куда-то сквозь него.
– Ред, переверни всю страну, зайди в каждую дверь. Мне надо точно знать, кто за этим стоит. И клянусь Богом, я отвечу стократно. Я не позволю безнаказанно унижать Соединенные Штаты Америки.
«Не должны его вывезти из Балтимора. Они же понимают, чем больше будет Хью находиться в дороге, тем больше шансов быть обнаруженным. Они же понимают, что сейчас на уши подняты все
Карта города безмолвно светилась на мониторе.
«В порту? Там есть, где спрятать человека. Десятки километров причалов. Впрочем, как и в самом городе с более чем двухмиллионным населением. А если его все же вывезли из города?»
Взгляд остановился на коричневом прямоугольнике. Под ним была лаконичная подпись: «Fort McHenry. National monument».
«Господи, сделай так, чтобы Брэдлоу оказался в Балтиморе. Докажи, что недаром именно здесь родились теперь знаменитое на весь мир: «O'er the land of the free and the home of the brave» .
Электронные часы в левом углу экрана показывали 03:15. Через почти три часа линия терминатора, несущаяся быстрее скорости звука, пересечет город. Над Балтимором взойдет солнце.
Oh, say! Can you see by the dawn's early light [18] .
Соединенные Штаты Америки.
7.15 пo местному времени.
– Ну что, мистер Брэдлоу, я думаю, сегодня мы насладимся той информацией, которую Бог вложил в вашу голову.
18
Озарил ли рассвет многозвездный наш стяг (слова американского гимна).
Американец, туго привязанный к креслу, беспомощный перед этим морщинистым стариком, сидел с закрытыми глазами. Раздался противный смех.
– Правильно, не надо открывать глаза, чтобы не испугаться. Правда, это вам мало поможет. Информацию я все равно из вас вытащу, – и вновь мерзкий смех почти рядом.
Брэдлоу почувствовал, как на его голову опустились руки старика. Он дернулся, в тщетной попытке уйти от этого прикосновения.
– Не бойтесь, я больно делать не буду… сейчас.
Обжигающая волна жара, хлынувшая из рук старика, казалось, мгновенно растопила все тело. Жар нарастал. Спустя несколько мгновений тело превратилось в раскаленный пар, рванувшийся вверх, по ходу стремительно закручивающийся в спираль. Уже ускользающим сознанием Брэдлоу успел подумать: «Сейчас все происходит намного быстрее. О Господи, хоть бы я не выдержал и умер в этом кресле».
И вот уже с шипением, ревом пар несется в бесконечном сужающемся тоннеле. И это сжатие словно подпитывает энергию пара, вытягивая и уплотняя его. И вот уже раскаленное копье со свистом несется на показавшуюся точку. Стенки тоннеля стремительно сближаются, словно наводя на добычу. Не промахнуться!
– А-а-а, – и раскаленное копье с силой бьет по ненавистной цели.
Точка рушится внутрь себя, и словно лопается, как перезревший
– А-а-а.
Свершилось!
Балтимор.
7.25 по местному времени.
– Знаете, чем женские трусы отличаются от мужских? В мужские просовывают ноги, а в женские руки.
Короткий резкий сигнал мгновенно потушил вспыхнувший было смех. Красная полоса, до этого безучастно перечеркивающая экран монитора, вздрогнула и, словно легавая, сделала стойку, круто сломавшись посередине и образовав острый пик.
– Первый, я третий. У меня отчетливый сигнал. Дом номер двадцать семь на Пятнадцатой улице.
– Понял, третий. Проезжайте до перекрестка с К street, поверните на нее, остановитесь и ждите дальнейших указаний.
– Понял, первый, выполняем.
Со стороны дома с небольшим интервалом прозвучало два пистолетных выстрела.
– Первый, я третий. Слышу выстрелы в доме.
– А черт! Атакуйте! Объект «С» должен быть спасен. Разрешаю сразу открывать огонь на поражение!
Через десять секунд сигнал «Боевая тревога» поступил в штаб-квартиру подразделения «Дельта».
Через полторы минуты бойцы подразделения «Дельта» уже были в воздухе.
«Господи, только бы на этот раз не было осечки. И, в конце концов, Господи, он же твой любимец. Так помоги ему еще раз, – сидя перед экраном монитора, Ред молился.
Видеокамера, установленная на носу вертолета с бойцами «Дельты» передала в кабинет директора ЦРУ, как на горизонте, в легкой дымке показались небоскребы Балтимора. Синевой блеснул Чесапикский залив.
«И прости меня, Господи, за мои дерзновенные речи, прости, что я вмешиваюсь в твой промысел. Просто я хочу, чтобы мои планы совпали с твоими, Господи».
Там же. Дом № 27 на 15 street.
7.25 по восточному времени.
Теплая истома буквально обволакивала все тело. Хотелось уже больше никогда не выныривать из нее. Всю жизнь, вечность парить в этом теплом, ласковом океане.
– Ну вот, мистер Брэдлоу, как видите, ничего страшного. И обошлись без ваших умных приборов.
Неприятные слова, словно холодное течение, били в лицо, нарушая сладостную дрему.
– На этом нам придется попрощаться.
Теплый океан растаял, исчез, съежившись до маленького морщинистого старческого личика.
– Спасибо за сотрудничество, мистер Брэдлоу.
Все, теплота окончательно отступила, сменившись неприятным холодом. Американец почувствовал, как на лбу выступил пот и начал стекать вниз. До чесания в руках захотелось смахнуть его, смахнуть вместе со всем этим кошмаром, – старик уже все знает, они уже все знают.
Брэдлоу рефлексивно дернулся правой рукой: