Вспомнить все
Шрифт:
Алиса внимательно выслушала Дилана и закрыла глаза, пытаясь извлечь из темных глубин хоть какое-то воспоминание. Бесполезно.
— Я ничего такого не помню о твоей матери.
— Да, это вполне объяснимо. Я нечасто о ней думаю.
— А о своем отце? — задала Алиса следующий вопрос.
— О нем я вообще не хочу говорить, — холодным тоном отрезал Дилан. — Когда я был ребенком, то отдал бы жизнь, чтобы узнать, кто он. Когда я наконец осуществил свою мечту, он уже умер. Может быть, он и был богачом, но еще больше — трусом. По его завещанию мне предназначались деньги, а мои сводные братья
Алиса вздрогнула от холодного цинизма в его голосе. Дилан как будто предупреждал ее. В его глазах она читала упрямую безнадежность, и что-то внутри нее восставало против этого. Говоря о своей семье, мужчина прямо-таки излучал гнев, оправдывая его всеми возможными способами. У нее возникло странное желание побороть в нем это чувство, хотя он ясно дал ей понять, что эта часть его души для нее закрыта.
— У меня в городе назначена встреча, — сказал Дилан. — Сделай нам обоим одолжение и постарайся сегодня вечером отдохнуть.
Командные нотки в его голосе удивили Алису. Она не любила, когда ей приказывали.
— Спасибо за заботу и за то, что свозил меня в квартиру, — отчеканила она и направилась к дому.
— Алиса, не переигрывай! — серьезным тоном предупредил Дилан.
— А ты не приказывай мне, — парировала она. — Ты мог себе это позволить, когда мы были детьми, и я считала тебя своим идеалом, но сейчас это не про…
Она не успела договорить, потому что он моментально настиг ее и схватил за руку.
— Речь идет не о влюбленности в идеал, — резко сказал он, — просто я за тебя отвечаю.
— Мне больше не нужна нянька.
— Тогда веди себя соответственно, — отрезал Дилан и вернулся к машине.
Алиса вся кипела, наблюдая, как он отъезжает от парадного входа. Шовинист! Ничтожество с замашками деспота! Она с трудом подавила неуместное желание показать ему язык и скорчить рожицу. А что еще хуже, так это то, что он абсолютно прав.
Выбросив из головы мысли о Дилане, Алиса вошла в дом, налила себе стакан лимонада и мило побеседовала с поварихой и домоправительницей Дилана миссис Эбернати, застенчивой, доброй женщиной лет шестидесяти. Потом Алиса поднялась к себе в комнату и постаралась заснуть, но не смогла, поэтому решила воспользоваться случаем и осмотреть поместье Дилана. Миссис Эбернати объяснила, что конюшня находится в западном конце пастбища.
Прогулка по необъятным полям утомила Алису больше, нежели она предполагала, но девушка была вознаграждена, увидев перед собой пони, шоколадного цвета кобылу и молодого жеребца.
— Привет, красавцы! — весело крикнула она, приближаясь к стойлам.
— У них к тому же отличный характер, — сказала вышедшая из конюшни крепкая седовласая женщина. — Меня зовут Мег Уинтерс. Дилан разрешил мне держать здесь лошадей для занятий с детьми-инвалидами.
— Неужели? — Алиса была потрясена. — Он ничего мне об этом не говорил.
— Неудивительно, — ответила Мег, — это не соответствует
Алиса медленно кивнула.
— Имиджу богатого, равнодушного мужчины-материалиста, которому ни от кого ничего не нужно, — начала она, но остановилась, почувствовав в своем голосе лишние эмоции.
— Вы давно с ним знакомы? — поинтересовалась Мег.
— Лет двадцать, — сказала Алиса и назвала себя. — Я здесь в гостях, прихожу в себя после долгого пребывания в больнице. Но я явилась не с пустыми руками. — Девушка извлекла из маленького рюкзачка несколько яблок.
Мег одобрительно кивнула.
— Хорошо придумано. Вы умеете ездить верхом?
Алиса представила себя в седле.
— Да, — уверенно ответила она, — правда, я давно не тренировалась.
— В таком случае, лучше выбрать сэра Галахада. Он отлично воспитан, объезжен и сделает за вас практически всю работу. Если хотите спокойно прокатиться, то вам нужен именно он. — Мег кивнула в сторону двери. — Я пошла домой, приятно было познакомиться.
— Взаимно, — ответила Алиса. Она угостила яблоком пони и потрепала его по холке, а потом перешла к следующему стойлу, где обитал Сэр Галахад. Он осторожно, одними губами, взял яблоко с ладони Алисы. — Да вы настоящий джентльмен! — похвалила она жеребца, вдыхая запах чистой конюшни и лошадей.
Алиса погладила теплую морду, и внутри нее поднялась волна спокойствия и умиротворения. Казалось, ее отчаяние и неудовлетворенность куда-то исчезли. Сэра Галахада совершенно не интересовала ее амнезия, думала Алиса, наслаждаясь этой неожиданной передышкой. Верховая прогулка определенно будет кстати!
Когда Дилан вернулся домой и не обнаружил Алисы, в душу начало закрадываться беспокойство. За окном бушевала гроза, а на столе остывал ужин. Он спросил у миссис Эбернати, не знает ли она, где Алиса.
— Я видела, как она направлялась в сторону бассейна. — Женщина нахмурилась. — Да, забыла, она спрашивала меня, где находится конюшня.
Дилан вздрогнул. Он посмотрел в окно на льющий как из ведра дождь, от всей души надеясь, что Алиса не поехала кататься верхом. Дилан почувствовал, как у него начинает болеть голова. Он явно не представлял себе, во что ввязывается, когда предложил Алисе пожить у него в доме. Похоже, присмотр за этой женщиной будет стоить ему жизни.
Пробормотав проклятие, Дилан вытащил из шкафа дождевик и вышел из дома. Он быстро пробежал по пастбищу, преодолевая сплошную стену дождя. Алисы нигде не было видно, и от этого напряжение Дилана только возросло. Распахнув дверь конюшни, он услышал ее удивленный вскрик.
— Дилан? — Она схватилась рукой за горло. — Что ты делаешь на улице в такой дождь?
— Хотел удостовериться, что с тобой все в порядке. — Он с облегчением вздохнул.
Алиса беззаботно повела плечами.
— Со мной все в порядке. Здесь сухо, Сэр Галахад и бутылка воды составили мне компанию. Что еще нужно? — Она наблюдала, как с его плаща стекают капли дождя, потом подняла на него глаза. — Ты волновался?
— Я же сказал, что чувствую за тебя ответственность. — Дилан скрестил руки на груди. — Я не представлял, что тебе в голову может прийти мысль отправиться на верховую прогулку в такой шторм.