Вторая гробница
Шрифт:
– Разумеется, я передам ваши извинения, – произнес Айят и подал руку леди Коллингем, а потом и Картеру. Из дома доносилась дикая музыка и неистовый хохот.
На открытие гробницы Картер пригласил тридцать гостей, хотя понимал, что их будет гораздо больше. И все равно на такую толпу он не рассчитывал: три сотни людей, а то и больше, тянулись по тропе от берега Нила в Дейр-эль-Бахри. Они брели с раскладными стульями в руках, с зонтиками от солнца и корзинами для пикника. Большинство по такому праздничному
Картер сдержал слово и сообщил в отели Луксора о дате открытия гробницы. Конечно, едва ли нашелся человек, который пожелал бы пропустить столь неординарное событие, кроме тех, конечно, кто был прикован к постели или кому было за девяносто.
Поговаривали, что Уолли Бак, вдове фабриканта из Чикаго, которая регулярно вот уже два десятка лет подряд проводила зиму в Луксоре, было уже за девяносто, но точно назвать ее возраст не мог никто. Мисс Бак в Дейр-эль-Бахри принесли два коренастых феллаха; она сидела в плетеном кресле, как в венецианском паланкине, по бокам которого были приделаны две балки. Но для завсегдатаев это не было удивительно: дама передвигалась так каждый день, пока была в Египте. Она любила комфорт, поэтому еще два лакея несли сзади столик, подходивший к креслу, и дорожный чемодан со сменой белья.
Еще ночью рабочие расчистили портал в гробницу и приделали поручни. Для приглашенных гостей были расставлены стулья, а на накрытых белыми скатертями столах стояли прохладительные напитки. Министр культуры, облаченный в европейскую одежду, появился вместе с двумя чиновниками высокого ранга в фесках. Были также представители из Управления древностями. В сопровождении четырех телохранителей прибыли мудир из Кены и назир из Луксора. Консулы пришли вместе с дамами, которые едва ли отличались одна от другой: все они были в широкополых шляпах и длинных белых платьях. Когда около восьми часов утра около гробницы появился Картер, на нем был светлый костюм и галстук-бабочка. Его встретили аплодисментами. Говард вежливо приподнял свою панаму и раскланялся. Вместе с ним шли шесть лучших рабочих Навилля, держа в руках корзины, кувалды, кирки и тяжелый заостренный лом.
– Удачи! – шепнула ему леди Коллингем, когда Картер протискивался через ряды гостей.
– Пусть Аллах правит вашей рукой, мистер Картер! – тихо произнес Ага Айят.
Говард кивнул, сдержанно поблагодарив их. От взгляда Картера не укрылось, что за широкой спиной Ага Айята прятался Эмиль Бругш. Говард уже почти достиг цели, как вдруг кто-то потянул его за рукав и он услышал голос:
– Эй, мистер Картер, поздравляю вас с успехом!
Когда он обернулся, перед ним стоял Порчи, лорд Карнарвон.
Говарда охватило радостное волнение.
– Меньше всего сегодня я ожидал увидеть здесь вас!
– Значит, получился сюрприз. – Карнарвон подмигнул и, повернувшись к красивой даме, стоявшей возле него, добавил: –Альмина, позволь представить тебе мистера Картера. Мы виделись с ним в последний
Говард поздоровался с леди Альминой.
– Для меня большая честь, миледи, знать, что вы будете присутствовать в этот знаменательный день.
– Ну хорошо, – сказал Карнарвон, – мы не будем вам мешать. И плюнем трижды через левое плечо!
Пройдя еще пару метров, Говард наткнулся на Амхерстов. Не было только лорда Рокли.
– А где же жених? – спросил Говард Алисию.
– Он пожелал пойти на охоту на кроликов. Нет, здесь нет ничего, что заинтересовало бы Рокли.
– Вы знаете, что лорд Карнарвон прибыл в Луксор? – обратился Картер к его светлости.
– Я слышал, что он собирался приехать в Египет вместе со своей молодой женой, но то, что лорд будет присутствовать именно в этот знаменательный день, для меня, признаться, неожиданно.
Леди Маргарет подошла к Картеру поближе и почти шепотом спросила:
– Как вы находите его молодую жену Альмину Уомбвелл?
– Если позволите заметить, она действительно очень красива.
– Ну да, – ответила леди Маргарет и подозрительно огляделась по сторонам. – Ее отец на самом деле никакой не сэр Фредерик Уомбвелл, а сам барон Альфред Ротшильд.
– Ах, – ответил из вежливости Говард: мыслями он уже весь был в работе.
– Да, именно так, – прошипела леди Маргарет, – Ротшильд подарил Альмине на свадьбу 250 000 фунтов! Вы можете себе такое представить, мистер Картер?
– Маргарет, – вмешался лорд Амхерст, – мистера Картера интересуют сейчас другие вещи, а не сплетни о семье Карнарвонов.
Говард благодарно кивнул. Когда он наконец добрался до шахты в гробницу, наступила полная тишина. Словно египетский жрец, Картер осторожно спустился по ступеням, еще раз взглянул на стену и позвал двух самых сильных своих помощников с железными ломами. Он указал место посередине стены и подал знак. Мужчины держали ломы, как канатоходцы – балансир.
Наконец они начали размахивать ломами наподобие тарана, так что их заостренные концы впивались в каменную стену. Этот шум будто разбудил зрителей: имея возможность только слышать, что происходит в шахте, они ахали и охали, когда из глубины до них доносились особенно сильные удары.
«Почему Навилль решил наблюдать за происходящим издалека?» – думал Картер, сидя на ступенях и стараясь не пропускать ни одного удара. Ломкие, хрупкие камни не могли противостоять тяжелым инструментам. Прошло не больше получаса, и рабочие пробили в стене небольшое отверстие.
Картер отправил двух помощников с ломами наверх и позвал еще двух с корзинами, чтобы они убрали мусор. После того как задание было выполнено, к работе приступила следующая пара с мотыгами, которая расширила дыру на ширину локтя. После этого снова потребовалось вынести обломки камня.