Вторая гробница
Шрифт:
– Спинк и Карнарвон? – Картер испуганно замер. – Никогда не ожидал от лорда такого! Но это им не поможет, потому что новый закон об антиквариате запрещает вывоз из Египта любых произведений искусства.
– Вы правы, Картер-эфенди. Но у Спинка есть дьявольский план. Сегодня ночью за Долиной царей в пустыне приземлился самолет. я сам слышал шум, а Осман, мой друг из Эль-Курны, собственными глазами видел, как в пустыне сел биплан. – Посреди ночи?
– Сейчас полнолуние, Картер-эфенди, в пустыне можно вер блюда заметить за полмили.
–
– Четверо мужчин погрузили в самолет примерно десять ящиков. Через час самолет взлетел.
– Ты знаешь, куда он мог полететь?
– Да, Картер-эфенди. В разговоре с лордом Карнарвоном Спинк упоминал о том, что самолет должен будет лететь на Аравийский полуостров.
– Действительно, хорошо все придумал мистер Спинк! Сначала он хотел договориться со мной, а когда я отказался от участия в его темных делишках, уломал его светлость. Да, если речь идет о деньгах, даже лорд теряет свое лицо. Мне немедленно нужно в Долину царей.
– Посмотрите только, Картер-эфенди! Мои руки! – Сайед, бывший вне себя от радости, помахал протезами. – У меня снова есть две руки! – восторженно вскричал он.
– Но только не для воровства! – рассмеявшись, предостерег его Говард. – А сейчас в путь!
В холле им встретился посыльный. Картер схватил его за рукав и указал на Сайеда.
– Теперь ты назвал бы его калекой? Взгляни на него повнимательнее!
Посыльный округлившимися от изумления глазами уставился на руки Саейда и ошалело закричал:
– Машаллах, чудо, Аллах сотворил чудо! – И умчался прочь, будто на него напал рой диких пчел.
Глава 29
В один момент все переменилось. Терзаясь мыслями, что же произошло в «его» гробнице, Говард вышел из отеля. Еще несколько дней назад это событие не вызвало бы никакого ажиотажа, но теперь все было иначе. Мертон ожидал Картера возле вращающейся двери и отпихивал репортеров в сторону, а они по дороге засыпали археолога вопросами и просьбами, как назойливые мухи.
Пока они с Мертоном поднимались на борт дагабии, на которой собирались переправиться через Нил, на них были направлены объективы больше дюжины самых современных фотоаппаратов.
«Вот, значит, как это – быть знаменитым», – подумал Картер, отвернувшись от репортеров, преследовавших их в двух лодках.
Когда они сходили на противоположный берег, Картер увидел кинокамеру и вращающего ручку оператора в брюках-гольф и кепке. Мужчина сделал серьезное лицо, а Говард, за каждым движением которого тот наблюдал в видоискатель, повернулся к нему спиной.
Мертон подозвал извозчика и посадил Говарда в двухместный экипаж. Это была единственная повозка на этой стороне Нила, потому им наконец-то удалось оторваться от своры репортеров.
– Как долго продлится эта суета? – поинтересовался Говард у Мертона, пока извозчик громкими возгласами выжимал из своей тощей лошади все, на что она была способна.
Мертон
– Все будет зависеть от того, что вы обнаружили в гробнице фараона, мистер Картер.
– А если я откажусь им показывать что-либо, потому что все это действует мне на нервы? Если я попросту снова засыплю вход?
– Вы серьезно думаете, что лорд Карнарвон позволит вам это сделать? Статья в «Тайме» обрушила лавину. Завтра выйдет еще один номер. Нет, мистер Картер, все это уже не остановить. Если вы откажетесь, за дело возьмется кто-нибудь другой.
Еще издалека Картер заметил, что у входа в гробницу царит суматоха. Громкие крики разносились по Долине царей. Репортеры дрались за лучшие места, чтобы хоть краем глаза взглянуть на стену у входа в гробницу. По просьбе лорда Карнарвона начальник полиции Хамди-бей выставил отряд вооруженных полицейских. Они живым барьером выстроились вокруг ямы и отгоняли оружием любого, кто осмеливался приблизиться.
Когда Картер и Мертон подъехали, началась настоящая паника. Журналисты, туристы и дюжина любопытных полицейских бросились к подъехавшему экипажу и стали вытаскивать Говарда, так что он уже начал побаиваться за свою жизнь. Пожертвовав несколькими пуговицами от пиджака, Картер и Мертон с большими усилиями скрылись от толпы в передней камере гробницы, где их уже ждали лорд, леди Эвелин и Каллендер.
– Мертон, – шутливо воскликнул Карнарвон, – что вы натворили!
Репортер «Тайме» снял куртку, которая серьезно пострадала, перебросил ее через руку одной из статуй-копьеносцев и ответил:
– Это была ваша идея, милорд. Теперь вам предстоит с этим жить.
Карнарвон улыбнулся, пожав плечами, и тыльной стороной ладони вытер пот со лба. В передней камере стояла духота, трудно было дышать. Но атмосфера казалась гнетущей не только из-за этого. Эвелин, сидевшая на складном деревянном стульчике, не удостоила Картера даже взглядом. Карнарвон тихо стряхивал пыль с колес колесниц носовым платком, а Каллендер делал какие-то зарисовки.
Даже если бы Сайед ничего не сообщил ему, Картер сразу бы заметил, что часть сокровищ из гробницы исчезла. Не было видно многочисленных ящиков и шкатулок, ваз и скульптур, но сказать точно, чего конкретно не хватало, археолог не мог Зато он не сомневался, что исчезнувших предметов было достаточно, чтобы сделать состояние.
Карнарвон, заметивший пристальный взгляд Говарда, попытался разрядить напряженную обстановку и сказал:
– Надеюсь, мистер Картер, вы хорошо съездили и отлично провели время? «Шепердз» – превосходный отель, просто английское произведение искусства. Вам продемонстрировали автомобиль? Когда приедут господа из Управления древностями?
– Как только смогут, – ответил Говард. – Лако был не очень впечатлен нашим открытием, хотя обещал помочь в дальнейшей работе. Кроме того, он упомянул о новом законе, который запрещает вывоз артефактов.