Вторая Луна
Шрифт:
Ближе и ближе вздымались к ним облака. Нежный журчащий звук наполнял воздух – ветер! Они вступили в наружные слои земной атмосферы Звук постепенно усилился до визга, наконец до гула. Кольцо задрожало. Шум возрос до ярости урагана, и путники едва могли слышать друг друга. Они осторожно спускались, то увеличивая подъёмную силу двигателя, когда движение облаков казалось слишком быстрым, то ослабляя, когда скорость оставалась постоянной. Кольцо мало-по-малу приобретало скорость шторма и мчалось вместе с атмосферой. Облака под ними неслись всё медленнее, наконец, стали неподвижны. Кольцо прорезало воздушную оболочку Земли и проникло в нижние слои атмосферы. Кольцо плавно летело через море перисто-кучевых облаков. Внезапно облачная
После бесконечных далей небесного пространства гребни волн казались в грозной близости. Кольцо поднялось на более безопасную высоту над волнами. Вдали, на западе, у горизонта виднелся горный пик, и к нему Хукер направил машину. Поток излучения подымал в море вихри воды, выбрасывал в воздух большие гейзеры пены и пара. Горный пик всё рос, и скоро показался берег зелёного острова с разбросанными на нём белыми домиками.
– Файал! [2] – закричал Эттербери из контрольной комнаты. – Я там бывал!
2
Один из Азорских островов.
– Подальше, берегитесь судов! – распорядился Хукер. Описав широкую дугу, они оставили остров далеко к югу. Рода заметила впереди небольшое чёрное пятно, от которого шёл тёмный дым.
– Это, вероятно, пароход! – крикнула она. – О, спустимся немного: мне так хочется опять увидеть человеческие существа!
Борк засмеялся; Кольцо нырнуло, как ласточка, и скользнуло почти на высоте полукилометра над поверхностью океана. Пароход был под ними. Палуба кишела народом, и в трубу можно было рассмотреть, как матросы спускали спасательные лодки.
– Что они думают о нас? – обратилась Рода к Хукеру, видя что Борк оставил свой пост.
– Борк передаёт им по беспроводному телеграфу, чтобы они не пугались, – объяснил профессор.
В это время Борк вернулся.
– Это «Саксония», – сказал он. – Капитан объяснил, что узнал нас, приготовить же спасательные лодки приказал потому, что боялся луча. Какое направление нам теперь взять? Лететь чрез Флориду и вдоль берега, или на Новую Шотландию и потом к югу?
Был одобрен последний маршрут, и Борк взял направление по компасу. Они позавтракали, так как солнечный свет и морской воздух возбудили у них аппетит.
Кольцо поднялось на высоту почти 5 километров. Белые гребни волн растаяли, и теперь только дым обозначал места пароходов.
Возвращаясь со службы, Бентам Тассифер зашёл по привычке в клуб, где он проводил блаженные минуты после службы. Он совсем позабыл и про исчезновение племянницы, и про столкновение блуждающего астероида с Землёй.
По заведённому порядку он прямо подошёл к буфету и с наслаждением выпил неподслащенного хереса. Вдруг он увидел своего товарища по гольфу Джедсона.
– Смотрите, – сказал ему приятель, – что-то случилось с этой кометой.
– С кометой? Вы хотите сказать с астероидом. Что же с ним случилось?
– С ним покончено.
– Что вы говорите? Каким образом?
– Разве вы не читали газет? Слушайте же, – сказал Джедсон, поднимая газетный лист, лежавший на буфете. – «Экстренное добавление. Столкновение астероида с Землёй»…
Тассифер выхватил газету из его рук. Он прочёл:
«Есть все основания утверждать, что профессор Хукер и его отважные спутники выполнили свою удивительную миссию – отклонили падающий астероид от его пути к Земле таким образом спасли человечество от уничтожения. Профессор Торнтон из Национальной Обсерватории получил сегодня утром телеграмму
Далее, профессор Торнтон сообщает, что наблюдения над положением Медузы, произведённые в последнюю ночь на различных европейских обсерваториях, согласно показывают, что путь астероида изменился и его полёт к Земле предотвращён. Он движется теперь по эллиптической орбите вокруг Земли, с периодом около 4 месяцев и 12 суток. Астроном добавляет, что в момент наибольшего приближения астероида к Земле он будет довольно заметным объектом – будет обладать диском только вдвое меньше диска Луны. Профессор Хукер и его помощники не только предупредили катастрофу, но и подарили Земле новую луну, как вечный памятник величайшего предприятия, задуманного человеческим гением».
Далее шли ещё столбцы, но Тассифер не стал их читать, так как с улицы донёсся необычайный шум.
– Что такое? – недоумевал Тассифер.
Слышен был глухой отдалённый гул, в котором смешались гудки моторов, звон колоколов, свистки, крики и рёв возбуждённой толпы. Улица была наполнена кричащей толпой; все смотрели на небо.
– Ура! – ревела толпа. – Ура! Хукер вернулся!
Тассифер и Джедсон безмолвно смотрели друг на друга.
– Идёмте, – закричал Тассифер.
Высоко на западном небе, против парка, поднималось большое облако дыма и пара.
– Что случилось? – спросил Тассифер у пробежавшего мимо человека.
– Почём я знаю! – крикнул тот. – Народ говорит, на нас комета обрушилась.
Комета не при чём, – поправил полисмен. – Это летательная машина Хукера.
Джедсон схватил Тассифера за руку, и оба пошли за толпой.
Два пассажира, мужчина и женщина, сошли по сходням с Вашингтонского парохода у загородной гостиницы. Торговля шла вяло уже несколько недель. Гостиницы были фактически закрыты, потому что прислуга, по преимуществу негры; в ужасе и религиозном пыле забросили своё дело и приготовлялись молитвой и пением псалмов ко дню страшного суда.
Дряхлый клерк указал им комнаты и подал мужчине перо со свежими чернилами. Опершись рукой на белую страницу записной книги, он задумался, затем решительно взял перо и написал:
Веньямин Хукер с женой, Кембридж, Массачузетс.
Весь день оба звёздных путешественника гуляли по набережной, вдыхая нежные запахи наступающей весны и беседуя о приключениях последних семидесяти часов.
А вечером они сидели на прибережном песке и наблюдали, как темнело море и как отражался в воде первый луч лунного края, только что появившегося над горизонтом. Они не видели толпы репортёров, которые переполняли вечерний поезд, и не подозревали, что являются давно выслеженной дичью.
В полном неведении Хукер и Рода шли дальше и дальше по берегу. Луна, круглая и полная, улыбалась им, как старый, милый друг. Бриз стих, и волны с серебряными гребнями нежно омывали мягкий песок у их ног. Путники присели под соснами и смотрели вверх чрез ветви на синий свод неба с мерцающими на нём огоньками.
– Они мне больше нравятся, когда я смотрю на них с Земли, – прошептала Рода. – Когда они не мерцают, то имеют какой-то недружелюбный вид.
– Да, там, вверху было немного жутко, – согласился Хукер.