Вторая попытка
Шрифт:
Ситуация явно складывалась неординарная, и из-за новой информации большинством членов Совета было принято решение перенести обсуждение сложившейся ситуации на завтра.
Я вызвал на связь генерала Мартынова, который при недавнем улучшении погоды вернулся в Белоруссию и, после соответствующей обработки Семеновым, стал нашим ярым сторонником. Он сориентировал свое руководство, объяснив настоящие реалии, продемонстрировал фото-, видеодокументы, подтверждающие наши позиции в мире 1942 года, и передал мои предложения по поводу усиления системы ПВО Симферополя.
Соответственно, получив мой вызов по уже функционирующей системе видеосвязи, они сразу откликнулись.
На экране генерал Мартынов вроде был один, но явно на заднем плане во время разговора присутствовало еще несколько людей из высшего руководства Белоруссии.
— Добрый вечер,
— А что делать? Сидеть на месте не приучены, тем более сейчас кто остановится, будет съеден.
— Разумно. Ваше выступление с информацией о проходе в другой мир было весьма и весьма впечатляющим.
— На это было и рассчитано, а то в последнее время наши нынешние союзники начали достаточно жестко пытаться взять нас под полный контроль…
Всего за пару недель нашего участия в Совете начали проявляться весьма настораживающие тенденции в виде появления новых лиц с якобы абсолютными полномочиями от Совета, их методичной работы по организации агентурных сетей среди населения, и особенно — среди личного состава подразделений, задействованных в системе безопасности бункеров с установками путешествия во времени. Мы, как могли тихо, боролись с этим, но пару раз устраивали небольшие скандалы, и двое особо настырных субъектов замерзли в буране во внезапно сломавшейся машине, которую никто не смог найти, несмотря на показательную поисковую операцию. Умные сразу поняли намек. Зубы мы показали, но давление со стороны группировки военных росло и стало выражаться во всё увеличивающихся требованиях по поставкам продовольствия, безоговорочной и внеочередной переправке в мир 1942 года указанных ими людей, несмотря на установленные квоты, перечни необходимых специальностей и обязательные проверки в нашей службе безопасности и специальном отделе НКВД. Мы, конечно, противодействовали и лязгали зубами в ответ, и в итоге начались конкретные перебои с поставками вооружений, боеприпасов и, главное, запасных частей к боевой технике, которая принимала непосредственное участие в боевых действиях в 1942 году, что существенно начало сказываться на интенсивности ее применения. Один из примеров — «Белый лебедь» Ту-160, который, порезвившись над Европой, стал на прикол из-за выхода из строя некоторых узлов двигателей. Ту-95 еще совершает единичные полеты, но и его ресурс на исходе, и в течение месяца вся военная помощь потомков могла сойти на нет. Вот таким образом нас начали аккуратно шантажировать, ссылаясь на отсутствие нужных деталей, нелетную погоду и другие трудности.
На фоне этого — появление на Совете множества других людей, которые представляли силы и группировки, разбросанные от Украины до Тихого океана, причем многие из них вошли только потому, что имели неуничтоженные комплексы ПВО, и когда начались полеты транспортных самолетов, пригрозили сбивать всех, если с ними не поделятся. Но тут поступили мудро: с каждого региона — отдельный представитель, кто в состоянии держать свою зону ответственности в руках и обеспечить безопасность пролета. Но реально тут был более глубокий смысл: готовилась грандиозная программа по восстановлению железнодорожного сообщения для перевозки грузов не воздухом, а по земле, и такие работы уже начались. Специально собранные инженеры изучали состояние железнодорожных путей, разрабатывали планы размещения складов с горючим, пунктов базирования и ремонта подвижного состава и главное — обеспечение безопасности проекта. Поэтому в Совет и взяли всех адекватных руководителей по возможному пути переброски грузов, кто был в состоянии, а если не был, но показывал свою лояльность, то ему светила неслабая военная помощь. Дела завязывались очень серьезные, всё зависело от наших поставок продовольствия и топлива, необходимых для простого выживания на местах, а вот кто будет всё возглавлять, сейчас решалось в кулуарах. По оперативной информации, я был для многих весьма неудобной фигурой, учитывая большой авторитет, фантастические возможности и наработанные связи в мирах, куда мы нашли выходы. Поэтому в таких условиях нужно было срочно набирать союзников и организовывать свою группировку в Совете, иначе тяжеловесы с ядерным оружием, стратегическими бомбардировщиками и подводными лодками могут меня переиграть. Еще немного, и они найдут в моем окружении брешь, подберут замену и тихо ликвидируют, тем самым перехватив бразды правления комплексом…
— Это и понятно. Чем мы можем вам помочь, и что вы готовы предложить за поддержку на Совете? — сразу перешел к делу генерал
Я улыбнулся, давая понять, что оценил практичность белорусского генерала.
— Мои условия вы знаете. Просто надоели эти подковерные игры. Если вы хотите нормально работать, то мы готовы установить более плотные отношения.
— Вас интересуют поставки вооружений?
— Да, в первую очередь укрепить ПВО Симферополя, ну а всё остальное пойдет для проведения операций в других мирах.
Мартынов усмехнулся.
— Вы собираетесь устроить вторжение в мир 1914 года?
— Нет, конечно. Всё будет проще и изящнее, но вопрос в другом. Нужно оружие, техника, запчасти и специалисты для Советского Союза.
— Ну, вам и так много чего поставляется…
— Не всё так просто. А вы знаете, что я недавно официально введен в состав Государственного комитета обороны СССР в качестве постоянного члена? — я решил немного его встряхнуть, и, видимо, это получилось.
Мартынов усмехнулся:
— В первый раз слышу.
— Вот-вот, и в экспедиции в 1914 год заинтересованы не только члены нашего Совета, но и лично Сталин, который, правда, скрепя сердце согласился закрыть глаза на наш план выведения России из Первой мировой войны, предотвращения революции и загрузке ее мощностей заказами для нас и для Советского Союза. Ведь в этой реальности у СССР точно не будет ленд-лиза, и промышленных мощностей вряд ли хватит, чтоб бороться с германо-англо-американским блоком.
Мартынов задумался, поднял голову, видимо смотря на кого-то за экраном монитора.
— Я смотрю, вы вышли на такой геополитический уровень, Сергей Иванович…
— Да, поэтому эти дрязги на Совете, скажем так, просто утомляют, но это так, частности. Возня возле кормушки будет всегда, но проблема весьма и весьма серьезная немного в другом плане.
— В чем же? — спокойно спросил Мартынов, всё еще не понимая, куда я клоню.
— Вы слышали, что в мире 1942 года был убит Гитлер и к власти пришел Гиммлер, который после определенных колебаний и конкретного разгрома на фронте и нашего явного вмешательства пошел на сепаратные переговоры со Сталиным, и недавно была достигнута договоренность о выводе германских войск с территории Советского Союза?
— Да. Мне это рассказывали.
— Так вот, вывод начался, и до определенного момента всё шло по строго определенному графику, вплоть до того, что немцы передавали тяжелое вооружение, артиллерию, танки, боеприпасы представителям Красной Армии, и им обеспечивались коридоры для беспрепятственного выхода. В Москву лично приезжал адмирал Канарис утрясать частности, и его даже привезли ко мне на встречу. Вроде всё шло нормально, но с некоторых пор немцы стали нарушать договоренность о прекращении огня, обстреливая советские части, и график вывода оккупационных войск начал резко срываться по вине германской стороны. Странно. Им, конечно, образцово-показательно начали давать по физиономии, но затихшие бои стали снова разгораться, и противник за время перемирия успел перегруппироваться и основательно закрепиться на удобных для обороны рубежах.
Вот и возник вопрос, с чего бы это, ведь опять огребут? А тут начала выходить из строя техника из будущего. Где что-то сгорело, где не хватает запасных частей, хотя раньше этого добра было много, да и основная ударная сила, стратегический бомбардировщик Ту-160, стоит в ангаре и ждет запчастей. А поставки срочно необходимого оборудования со стороны руководства Семенова как-то странно тоже стали затягиваться, хотя самолеты прилетают по распорядку, привозят горы вроде как нужного снаряжения и исправно увозят продукты. Очень похоже на саботаж. Но это не всё. Буквально час назад при очередном сеансе связи с миром 1942 года пришло сообщение лично от Сталина. В нем четко указано, что по данным советской разведки, немецкое правительство получило гарантии того, что в ближайшее время вся авиационная техника из будущего останется без запасных частей и специализированных боеприпасов, а подпространственная транспортная будет на несколько месяцев выведена из строя. Причем эти обещания пришли от кого-то с нашей стороны, и мне сегодня ночью нужно будет ехать на срочное совещание ГКО, становиться в позу удивленного тушканчика и выслушивать, кто и как может обещать такие вещи, учитывая, что «Белый лебедь» уже неделю стоит на приколе и половина «Грачей» и два Ми-24 тоже не способны выполнять боевые задания. Вот и смотрите, что получается: там слив информации, тут явный саботаж, причем это началось не вчера — и всё получается как-то синхронно, и прослеживается система.