Вторая попытка
Шрифт:
– Два фисташковых и один пломбир.
– Попросил я официантку. Та хмыкнула и, исчезла.
– Мне хватит и одного.
– Заметила Мира.
– Так это не тебе, а твоей красавице-компаньонке. Думаю, не ошибусь, если скажу, что ей такое мороженое тоже по вкусу.
– Усмехнулся я.
– А свой гарем корми сама.
Девчонка взвилась, следом за ней заворчала и группа поддержки, опаляя меня о-очень злыми взглядами. А вот "компаньонка" Миры и бровью не повела.
– Благодарю, Ерофей.
– Дождавшись, когда официантка поставит перед ней креманку с мороженым, "пропела" девочка,
– Угощайтесь...
– Светлана.
– Совершенно верно оценив паузу, кивнула она.
– Приятного аппетита, Света.
– Улыбнулся я в ответ и, глянув на закипающую Миру и её приятелей, вздохнул.
– Итак, чем обязан нашей встрече, уважаемые?
– Иллюзия.
– Коротко бросила, Мира, справившись с собой и придержав за руку отчего-то взбеленившегося паренька, сидящего рядом. Впрочем, заметив какие взгляды он бросает на Светлану, понять причины неадекватности было просто как дважды два. Да, детская ревность, это страшно...
– Какая иллюзия?
– Сделав вид, что не заметил поведения "отелло", спросил я.
– Та, которую ты с Олегом подарил нам на берегу озера.
– Процедила Мирослава.
– Расскажи, как вы её сделали.
– Хм, помнится, Мара говорила, что ваша подруга... Заряна, кажется, прекрасно разобралась в этом конструкте, почему бы не поинтересоваться у неё?
– Удивился я.
– Она уехала домой и не появится здесь до следующего лета.
– Неожиданно ответила Светлана, казалось бы, полностью погружённая в дегустацию мороженого и не обращающая ни малейшего внимания на происходящее вокруг.
– Ясно. А позвонить на зерком, никак?
– Ментальные манипуляции проще показать, чем объяснить их построение на словах.
– Буркнул один из мальчишек, и я вынужден был с ним согласиться. Кажется, здесь ещё никому не удалось зафиксировать конструкты с помощью технических средств, а это, действительно, усложняет процесс передачи информации о них.
– Интересно. И теперь, вы явились ко мне и требуете, чтобы я сдал свою наработку. Весело.
– Я побарабанил пальцами по столешнице.
– Мило. Очень мило.
– Ерофей, что ты хочешь услышать?
– Вздохнула Мира, со вселенской усталостью в голосе. Вот только от самой девчонки так и веяло недовольством.
– Хотя бы, вежливое обращение без заскоков в стиле: я в белом, вы в дерьме.
– Предложил я.
– Хорошо... Ерофей, ты не мог бы научить меня ментальной манипуляции с иллюзией цветка? Пожалуйста.
– Последнее слово, Мирослава разве что не отчеканила.
– Видишь, это же было несложно, правда?
– Улыбнулся я, но тут же стёр ухмылку с лица.
– Мог бы, но не стану.
– С-сволочь.
– Вновь изобразила змеюку Мира. Ну, не дура?
– Вини в этом только себя, девочка.
– Развёл я руками.
– Меньше спеси, больше дружелюбия, и я ручаюсь, все твои проблемы в общении, как рукой снимет. Правда, уже не в моём случае.
– Почему?
– В голосе Светланы не было и намёка на издёвку. Судя по всему, ей и в самом деле были просто интересны причины моего отказа. Эдакое отстранённое
– Потому что первое впечатление можно произвести только один раз.
– Ответил я.
– И Мира его использовала.
– А если попрошу я?
– И опять лишь интерес исследователя в эмоциях. Какая забавная девчушка, а?
– Мы, к сожалению, пока не настолько хорошо знакомы.
– Протянул я в ответ.
– Но есть вариант...
Светлана чуть склонила голову к плечу и выжидающе уставилась на меня, напрочь игнорируя своих спутников. И сейчас она не поддалась на уловку. Всё то же спокойствие, любопытство и... ожидание во взоре. Нет, положительно, эта барышня мне импонирует!
За время тренировок я изрядно наблатыкался с созданием "пылевой руки" и так называемым съёмом матрицы движений с растений и живых существ. А Ружана Немировна достаточно серьёзно сподвигала меня на работу по методам старых школ, заставляя превращать обычные, высчитанные конструкты в смысловые манипуляции, пока, правда, это касалось лишь простейших техник. Но благодаря этим тренировкам у меня появилась пусть и маленькая, но постоянно растущая база матриц.
На создание конструкта совмещённого со смысловой манипуляцией, у меня ушло меньше минуты. И плевать, что сидящая напротив, компания просто-таки искупала меня в своих потоках внимания. Разобрать работу по методике старой школы на составляющие, задача не для дилетантов-первогодок, только приступивших к изучению естествознания, а потому, я совершенно не опасался, что Мира или её приятели смогут понять, что и как я делаю.
– Позволишь?
– Я протянул руку Светлане. Девушка смерила меня долгим испытующим взглядом и, кивнув, с абсолютным спокойствием приняла конструкт-присоску.
Миг, и на ладони у Светы возник миниатюрный белоснежный кот. В прямом смысле, белоснежный. Искрящаяся на солнечном свету шёрстка, тёмно-синие льдинки глаз и коготков... эта матрица, снятая под руководством тётки Ружаны с домашнего лентяя Бийских, вечно ошивающегося на летней кухне, получалась у меня лучше всего.
Под общий вздох присутствующих, кот потянулся, абсолютно безболезненно "покогтил" ладошку изумлённо взирающей на него новой хозяйки, забрался ей на предплечье и, обхватив его всеми четырьмя лапами, тихо затарахтел. Звук был самой сложной частью этой иллюзии и, скажу не тая, если бы не дед Богдан, я бы ещё месяца три мучился с её созданием.
– Считай это подарком. Свернуть иллюзию и снова её развернуть, можно одним желанием. Надоест, просто сорвёшь присоску... или передашь кому-нибудь.
– Произнёс я, оправившись от накатившей головной боли. Всё же, такие эксперименты со смыслами пока ещё тяжеловаты для моего разума.
– А мне?
– Тихо произнесла Мира... ну, чисто обиженный ребёнок. Впрочем, а кто она есть-то?
– И ты от меня отвяжешься.
– Предложил я. Та чуть подумала, бросила взгляд на жмурящегося кота, щекочущего хвостом ладонь подруги и... согласилась. Через минуту у неё на ладони сидел такой же кот, только угольно-чёрного цвета. Мира полюбовалась на игрушку и, на диво вежливо поблагодарив меня за подарок, утянула свою компанию прочь. Всю, кроме Светланы.