Вторая радуга
Шрифт:
Хоменкова мялась и что-то блеяла, а Ермолай холодно на неё смотрел. Все её сомнения были делом его рук, и универсалы прекрасно это понимали. А вот Мари прочувствовать это не могла, и списывала знаки вопроса на обычную неопределённость прямого чувствования.
— Марина, тебе был поручен вопрос об общественной и семейной жизни сточеров. Вот вроде ты всё написала: живут семьями на исторически закреплённых территориях, есть небольшая группа жрецов, пользующихся правом ночлега и пропитания на семейных территориях, но вот там, где ты пишешь об общем управлении большим лесом, опять вопросительный знак. Не уверена?
"А
— Может, я неправильно поняла, — смутилась Перелыгина, разом утратив благодушный вид. — Получалось, будто они поодиночке руководят своим лесом, а он их слушает, как верный слуга. Но как можно поодиночке руководить одним общим лесом?
Мариэтта согласилась, что такое предположение выглядит довольно маловероятным, и перешла к дочери шамана. Той было поручено — то есть она сама выбрала — выяснить, каковы высшие цели сточеров и в чём их вера. А также — зачем им потребовались люди?
— Да, вот здесь представлены исчерпывающие ответы. Люди им требовались как слуги, как изготовители прондагов, как средство достижения миров, как ритуальные жертвы, как игрушки. Здесь всё понятно. Далее: вера в Силу Творения, которая направляла всю жизнь сточеров и придавала ей смысл, рухнула после катастрофы. Ныне её придерживаются лишь жрецы, которых терпят по старой памяти, как сильных психокинетиков и умельцев прямого чувствования. Остальные сточеры мирно доживают свой век, не стремясь к высоким целям. Да, и тут вновь с вопросительным знаком написано, что сточеры способны управлять прямым чувствованием других живых существ. Меня эти вопросительные знаки смущают.
— Да и меня тоже, — спокойно ответила дочь шамана, — то ли я что-то действительно узнала, то ли мне подбросили специально подготовленную информацию. Смутишься тут…
Мари махнула рукой и перешла к отчётам мальчиков. Константинов должен был прояснить паранормальные способности сточеров. И Лёшка указывал, что хозяева Камета могли управлять растениями и животными при помощи мысленных усилий, обладали феноменальным прямым чувствованием, простирающимся за пределы родного мира, а также могли управлять прямым чувствованием других. И здесь стоял вопросительный знак, который Мари уже не удивил. А дальше он писал, что сточеры могли выдёргивать из нужного им мира в свой любой объект — так они и набирали для своих потребностей людей — да ещё и обладали способностью воплощаться в теле человека. За этой фразой никаких вопросительных знаков не было. И их отсутствие удивило Узоян не в меньшей степени.
— Алексей, неужели ты уверен, что сточеры действительно на такое способны?
— Вообще, насколько я знаю, такие качества считались присущими богам. Но и способность повлиять на моё прямое чувствование — сила никак не меньшая. Если я допускаю одно, то отчего же мне не допустить другое?
— Прямое чувствование вообще лежит далековато от привычной логики. Припомни свои ощущения, Лёша. Ты считаешь несомненной способность сточеров проникать в иные миры?
— По моим ощущениям, всё полученное мной достоверно. Но тогда сточеров следует признать богами. Или остаётся не верить прямому чувствованию, достоверным оно кажется или нет, — рассудительно ответил Константинов.
Мари кивнул в знак того, что всё поняла и поднесла к глазам листок Куткова. Тот писал о
— Здесь вопросительный знак только один, касается он способности сточеров управлять своим лесом. Климатом в лесу они тоже способны управлять, ты в этом усомнился?
— Кто бы на моём месте не усомнился? Получается, холода и ураганы затмения совершенно не касаются леса, ограничиваясь областью ниже обрыва и склонами гор над лесом. То есть, я должен был поверить, что законы природы в лесу сточеров не соблюдаются?
Мари кивнула и взялась за листок Ермолая. Он интересовался концепцией мироздания сточеров и их достижением миров.
— Так, обратные операторы миров — это оригинально. И без вопросительного знака. Возможность телесной трансформации в человека, это было у Константинова — тоже без вопросов. Сотрудничество с разными сектами в населённых людьми мирах, с вопросом. А почему ты усомнился именно в этом, Ермолай?
— Потому что это потребовало бы прямого чувствования за пределами собственного мира. А если это допустить, то легко можно представить, что сточерам известно каждое слово, произнесённое здесь. Мыслезащита против прямого чувствования бессильна, а блокировать экстрасенсорику мы не умеем. Весело? Либо с нами играют, как с детьми, либо нас водят за нос, внушая идеи о могуществе сточеров. Но само внушение таких идей — нам! — уже требует недоступных нам умений. Кто вообще поручится, что через секунду любого из нас не выдернут на Камет, прондаги нашей кровью освящать?
Ольга точно знала, что он этого совершенно не опасался. Вполне мог сообразить и Лёшка. Лёня достаточно хорошо чувствовал Харламова и, даже ничего не понимая, не стал противоречить, промолчал. Остальные приняли его опасения за чистую монету. Мари немедленно предложила вернуться в школу. Но им ещё предстояло дождаться южную группу — ребята должны были двигаться к Краю, пока позволяла температура.
— Школа нас не спасёт, — меланхолично заявила дочь шамана. — Если сточеры пожелают, они вытащат нас из любой точки расщепа. А вот безымянные миры, мне кажется, им недоступны.
Мари откровенно растерялась. Присутствовавший тут же Ернигей кого-то позвал, срочно связались с Лысым, тот немедленно дал добро — и в этот момент вернулась южная группа. Они вбежали в "холодильник" в своей рабочей одежде — войлочных сапогах до колена, ватных шароварах, тёплых свитерах под меховыми куртками с капюшонами и возбуждённо поинтересовались, что же случилось в расщепе?
— Отчего вы вернулись, Саша? — удивилась Мариэтта. — По моим расчётам, у вас оставалось не меньше четырех часов до заката. Случилось что?
— У нас ничего не случилось. Командир вызвал нас оттуда, — ответил Богачёв, ловя его взгляд.
Мариэтта, да и все остальные, разом уставились на Харламова.
— Я пожелал их возвращения, это верно, — признался тот. — И даже слова соответствующие мысленно произнёс. Но честь вызова между мирами должна принадлежать не мне, а сточерам.
После его слов уже никто ничего не обсуждал. Группа спустилась вслед за Мари на первый этаж и мимо миниатюрной электростанции-обогревателя проследовала в другую башню. На втором этаже их встретил парнишка из группы Дружинкина, тувинское имя которого давно переделали на Костю, и Узоян предложила ему переправить всю группу в двадцать третий мир.