Прошла ночь, за ней нескончаемо тянулся день, то был день неописуемого ужаса... Я наблюдал, как страшное черное пятно целиком вобрало в себя плоть и тень Авикта... смотрел, как другое такое же существо подползает к высокой
и узкой тени Ойгоса и, вторгаясь в его иссохшее, пропитанное ароматными смолами тело, превращает его в такую же отвратительную слизистую массу, какой теперь стал Авикт. И я слышал, как мумия закричала от боли и страха, когда зловещее существо слилось с ее тенью, словно человек, вторично познавший смертные муки. Потом мумия умолкла, как ныне молчал тот, кто первым познал боль перевоплощения, и я не знал, каковы его мысли и намерения... Поистине, мне было неведомо, одно ли подобное существо явилось к нам либо несколько, ограничится превращение теми тремя, что вызвали неведомого демона, либо распространится на весь род человеческий.
Но все это, и многое другое, станет мне известно очень скоро, ибо настал наконец мой черед, и темное пятно теперь преследует мою тень, придвигаясь все ближе. Воздух словно сгустился вокруг меня, и кровь леденеет от несказанного страха; подвластные нам демоны и духи бежали, покинув дом Авикта, и огромные каменные женщины, рядами стоящие у стен, охвачены дрожью. Но
ужасное чудовище, что некогда было Авиктом, и второе чудовище, ранее носившее имя Ойгос, не покидают меня, не дрожат более и не чувствуют страха. Не отводя от меня черных провалов, — того, что некогда было глазами, — они, казалось, наблюдают за мной, терпеливо ожидая мига, когда я уподоблюсь им. И это молчание ужаснее, чем если бы они раздирали меня на части. В вое ветра мне слышатся страшные голоса, морские валы накатываются на берег, рыча, словно создания, явившиеся из чужого мира, и стены колеблются, как легкие покрывала под черным дыханием неведомой бездны.
И вот, зная; что время мое на исходе, я затворился в покоях, где хранятся наши записи и древние манускрипты, и составил правдивую запись о происшедшем. Я взял блестящую треугольную пластину, разгадка которой принесла нам гибель, и вышвырнул ее из окна прямо в море, в надежде, что больше она никому не попадет в руки. А теперь я должен закончить это послание людям, заключить его в запечатанный цилиндр, отлитый из прочного медного сплава, и пустить его по волнам океана. Ибо зловещее черное пятно только что почти вплотную приблизилось к моей тени... и расстояние меж ними не шире жезла мага.