Вторая жена. Часть 2
Шрифт:
Крепкие руки скользнули по телу, обожгли кожу спины и опустились на ягодицы, прижали меня сильнее, позволяя ощутить желание мужчины. Я шевельнулась, чувствуя, как отзывается его тело на мое движение и улыбнулась, понимая свою власть над телом Шаккара.
«Если бы я ещё владела его сердцем!» — отдалось с привкусом горечи в сердце, но я тут же прогнала образ воительницы, моей соперницы и первой женщины в жизни нашего мужа.
«Не надо думать об этом! — сказала себе. — Надо жить этим днем. Вот он рядом, такой желанный и мое тело жаждет его прикосновений. Я вся сжимаюсь только представляя себе, как он входит в меня!» — подумала и
— Что же ты медлишь, моя повелительница? — голос Шаккара, непривычно сладкий, лился словно мёд из бочки, и я решила действовать.
Первым делом оседлала мужа и потянулась к его одежде. Как оказалось, раздевать мужчину не менее восхитительно и действует возбуждающее.
Обнажив грудь мужчины, положила ладони на его тело. Мышцы под моими руками показались мне отлитыми из стали, как, впрочем, и та его часть, что сейчас наливалась кровью меж моих бедер.
— Майрам! — Шаккар изогнул брови, а я провела руками ниже, привстала и потянула завязки на его поясе.
Принц помог мне, приподнявшись и терпеливо ждал, пока я сниму эту часть его наряда. И вот кушак лежит в стороне, а я впилась взглядом во внушительных размеров бугор на черных шароварах. Рука сама потянулась прикоснуться и член мужчины дернулся, отзываясь на ласку.
— Майрам! — повторил муж хрипло, а я, осмелев, нагло запустила ладошку под пояс его штанов и нашла пальцами горячий ствол. Обхватила и чуть сжала, а затем провела вверх-вниз, при этом едва касаясь и глядя в глаза Шаккара. Его взгляд потемнел ещё сильнее, стал настолько черным, что я не видела зрачков.
Я опустила голову вниз, к плоскому животу принца, коснулась губами грубой каменной кожи, а затем скользнула ниже, оставляя дорожку из поцелуев на его животе. Одновременно с этим выпустила на свободу восставшую плоть, закатив мягкие шаровары и замерла, глядя на член мужа, впервые оказавшийся так близко.
Замер и Шаккар, то ли опасаясь вспугнуть меня, то ли застыв в предвкушении того, что должно было произойти дальше. Я вспомнила, как однажды в купальнях оказалась невольной свидетельницей разговора двух наложниц описывающих, по моему разумению, грязный обряд между мужчиной и женщиной. Тогда я была преисполнена отвращения, но сейчас любопытство и странное желание доставить моему мужу удовольствие, толкали меня попробовать его на вкус.
Осторожно, почти не дыша, потянулась к члену и обхватила губами головку. Чуть опустила голову вниз, затем снова поднялась, облизывая ствол…снова и снова…
Рычание Шаккара подтвердило мне, что ему нравится и, более того, нравится сильно. Я продолжила, старательно лаская мужчину и понимая, что мне самой приятно доставлять ему удовольствие даже таким способом. Я более не видела грязи в том, что делала и каждый стон принца говорил мне о том, что я приняла правильно решение.
— Майрам! — не удержавшись, Шаккар подхватил меня и потянул к себе. Затем подмял под сильное тело и одним рывком оказался внутри. Он двигался во мне так, словно за ним гнались все демоны ада. Каждый толчок стремителен. По телу растекается удовольствие, и я, обхватив ногами бедра мужчины, заметила, что двигаюсь вместе с ним.
Бешеная скачка длилась недолго. Скоро Шаккар с силой вонзился в меня последний раз и замер, содрогаясь внутри. Я блаженно прикрыла глаза. Ощущение было такое, словно выплыла на спокойное озеро, вынырнув из потока горной реки…
За окнами окончательно потемнело.
Шаккар привычно перекатился на бок и теперь лежал, глядя на меня, подперев при этом голову рукой. Я покосилась на мужа и, вспомнив о том, что только что проделала с ним, а точнее, с одной его частью тела, залилась краской.
— Смешная! — удивил меня муж и пальцем коснулся кончика моего носа. Я моргнула.
— Ты всегда будешь краснеть после нашего соития? — добавил и рассмеялся.
Я опустила взор.
— Теперь я буду частым гостем в твоих комнатах, — Шаккар продолжал рассматривать меня, — отец ждет, когда мы подарим ему наследника!
Я промолчала, ещё сама не осознавая, готова ли я к тому, чтобы стать матерью? а ведь от меня ждали именно этого и я была уверена, что большей частью обязана доброму приему Вазира, своей способностью подарить наследника мужу. Это и радовало, и огорчало меня. Хотелось, чтобы во мне видели не только ту, что выносит сына Шаккара.
«Какие мысли посетили твою голову!» — упрекнула сама себя. Разве этому учили меня учителя в гареме? Разве так наставляла меня мать, отдавая замуж? Свобода ударила в голову, словно самое крепкое из вин?
Я промолчала на слова мужа, и он не стал что-то добавлять еще, лишь поднялся, натянув штаны и направился к выходу. Я дернулась было следом, а затем поняла, что Шаккар просто зовет слуг. Торопливо натянула покрывало на голое тело — мне не хотелось, чтобы даже рабыни видели меня сейчас обнаженной. Только не после нашей страсти, когда тело, ещё разомлевшее от любви не скрыто от недобрых глаз!
Ошиблась в своих предположениях. Шаккар никого не пустил на порог, только дал приказ принести нам еду и приготовить купальню. Я одобрила и то, и другое!
Этой ночью, искупавшись вдвоем, а затем плотно поужинав, мы снова занимались любовью лежа на моей постели и слушая только биение наших сердец. В такие минуты мы были единым целым, и я понимала, что между нами нечто большее, чем простое желание принца завести ребенка…Или думала, что понимаю…
Сарнай встала задолго до заката, но ещё долго лежала глядя в потолок, пока рабыни суетились подле, раздражая воительницу и заставляя ее голову разрываться от звука их шаркающих по каменным плитам, шагов. Она подумывала было прикрикнуть на них, но затем поленилась. Даже звук собственных мыслей приносил невероятную боль многострадальной голове.
«Зачем я вчера пила столько вина?» — спросила она себя. а потом поняла, зачем. Именно вчера, глядя на Шаккара, сидевшего подле своей второй жены, Сарнай впервые пожалела о том, что отказалась занимать свое место, принадлежавшее ей по праву, возле трона и своего мужа. Все из-за Вазира. Она всегда стремилась находится от повелителя как можно дальше, понимая его неприязнь и сдерживая собственную. Но вчера…Вчера она очень пожалела, что не смогла сидеть между своим мужем и этой глупой девчонкой. Даже аббас посмеивался над ней, чего раньше не позволял себе. Появление Майрам в жизни Шаккара многое изменило, причем все это произошло так незаметно, что Сарнай обнаружила это, как оказалось, слишком поздно. а ведь все это время она считала, что держи ситуацию в своих руках, что она, а не кто иной, ведет эту игру, расставляет пешки!