Вторая

Adam Kadmon

Мисато нахмурилась, пытаясь понять, кого могло принести так рано. Она взглянула на часы. Хорошо, так поздно.

Она услышала, как кто-то снял обувь и прошёл в коридор. Мисато выглянула.

– Синдзи-кун?
– спросила она, когда мальчик зашёл в комнату.
– Где ты был?

– Просто погулять вышел, - ответил он.

– В воскресенье утром?
– она покачала головой.
– Ну, неважно. Если хочешь испортить свой единственный выходной - дело твоё. Но в следующий раз оставь записку иди ещё что-то. Или хотя бы скажи Аске.

– Вы в порядке?

Почему вы так держите голову?

– О, у меня всё шикарно. Твоя соседка решила уронить банку пива мне на голову. Отличный способ пробуждения.
– Мисато поморщилась, осторожно проверив рану указательным пальцем.
– Всё ещё идёт кровь. Чтоб её.

Она повернулась к двери Аски.

– У меня всё ещё идёт кровь, иностранная ты ведьма! Надеюсь, ты сейчас спишь крепко и сладко! Очень надеюсь!

– Выглядит не очень страшно, - сказал Синдзи, встав на цыпочки, чтобы посмотреть на рану сквозь её волосы.
– Просто серьёзный синяк. Немного опух, думаю, несколько дней будет побаливать.

Мисато подняла бровь.

– Сейчас в школах учат первой помощи?

– ...нет, я просто как-то увидел по телевизору документальный фильм, - он робко улыбнулся.
– Я ничего особо не знаю. Простите.

– Ну ладно, - майор вздохнула.
– Проходи, садись. Сегодня очередь Аски готовить, так что скоро нам привезут еду.

Она потёрла руки, усевшись за стол.

– Надеюсь, она снова закажет в том тайском ресторанчике. У них есть те классные маленькие острые штучки с жёлтым соусом и... Синдзи-кун, ну же. Посиди со мной, - она похлопала по столу рядом с собой.

– Я... думаю, я постою.

– Почему?
– она посмотрела на мальчика.
– Ты в порядке? Ты как-то странно стоишь. Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да. Просто я немного устал. Думаю, я пропущу обед, если можно. Хочу прилечь на немного.

– А, ладно. Хорошего отдыха.

Мисато смотрела, как он идёт в свою комнату, слегка прихрамывая. Словно у него болела поясница или копчик. Она встала и выудила пивную банку из раковины.

– Синдзи-кун, - позвала она, - не забудь потом помыть посуду, хорошо? Её тут много скопилось.

– Да, точно. Простите. Я, видимо, забыл.

– Не забудь теперь, - сказала Мисато, сделав хороший глоток.
– Она тут как бельмо на глазу.

– Хорошо, не забуду, - Синдзи открыл дверь в свою комнату, взглянув на табличку "Гнёздышко Синдзи". Он отвёл взгляд и слегка покачал головой.

– Ты точно в порядке?
– вновь спросила Мисато, смотря на него краем глаза.

– Да, - сказал он, глядя на пол у своих ног, - я в порядке.

Майор закатила глаза, не отрываясь от банки. Синдзи всегда был немного странным. Похоже, эта ночь выдалась не из лёгких. Она могла посочувствовать: в кошмарах не было ничего весёлого. И она могла лишь гадать, какими они были у него. Особенно в последнее время.

– Ладно, - сказала Мисато и отвела взгляд, когда он зашёл к себе. Его дверь закрылась, и все мысли о нём выветрились из её головы.

***

Со

вздохом Синдзи вышел из ванной, оставив ладони на несколько секунд касаться закрытой двери. Он облизал пересохшие губы и стёр испарину со лба. Неужели это всегда было так больно?

Он посмотрел на ладонь и увидел, что она сжималась и разжималась, будто рефлексивно. Ногти царапали поверхность двери. Длинный, искажённый скрип, приглушённый давлением и силой. Он наблюдал, как пальцы скользили вниз, затем выпрямлялись вновь. Как сердцебиение. Как пульс, чужой и оглушительный под его кожей, который будет давить и мучить, пока не останется ничего.

– Синдзи.

Он поднял глаза. Он смотрел на дверь, пытаясь сосредоточиться. Сосредоточиться на двери, сделанной из тонкого дерева, с серебристой металлической щеколдой и ручкой, которая вела в маленькую комнату со стиральной машиной и вешалкой для сушки одежды и корзиной для грязной одежды, которая ещё пока не прошла через стиральную машину, которая была в маленькой комнате с вешалкой, которая скрывалась за дверью из тонкого дерева с серебристой металлической щеколдой и ручкой, которая

– Синдзи.

вела в удивительно просторную ванную с осевшей ванной и дренажным отверстием посередине кафельного пола которое заржавело из-за частого использования но это только добавляло шарма квартире потому что сейчас они не могли себе позволить слишком много но всё равно она была милой и уютной да уютной на этом слове они остановились и

– Синдзи. Дебил. Тупой извращенец.

Подзатыльник.

– Что?
– спросил он.

– С дороги, - рявкнула Аска, стоявшая сзади со скрещёнными на груди руками, нетерпеливо топая ногой. Она испустила впечатляющий своей длиной вздох.

Когда он и после этого не исполнил её желание, она схватила его за тонкие руки и силой отодвинула в сторону.

– Боже, - прорычала рыжеволосая, - каким чудилой ты стал. Прочь с дороги. Или великий и непобедимый Синдзи-сама желает захватить ванную ещё на час?

Синдзи быстро заморгал.

– Ой, прости, - он посмотрел на её свирепое лицо.
– Аска. Прости, Аска.

– Неважно. Боже, что ты там вообще делал?
– спросила она с нотками отвращения в голосе.
– Звучало так, словно у тебя там булыжник выходил.

– Всего лишь небольшой запор, - сказал он.
– Видимо, съел что-то не то. Прости.

– Неважно, - сказала она, задрав нос.
– Надеюсь, там не воняет.

Она прошла мимо него вспышкой рыжих волос и хлопнула за собой дверью.

Дверью из тонкого дерева с серебристой металлической щеколдой и ручкой и

Синдзи покачал головой и опять вздохнул.

Он устал. После возвращения из месячного пребывания внутри Евы-01 сон больше не давал отдыха. Его поразило, что целый месяц пролетел мимо него. Это казалось невозможным. Как он мог прожить без воды и еды тридцать дней? Он ел LCL? Его мутило от этой мысли. Поглощать что-то, от чего так сильно пахнет кровью...