Вторая
Шрифт:
Милослава поблагодарила женщину, пообещав, что обязательно сообщит, если что-то узнает. Задачка оказалась гораздо сложнее, чем представлялась на первый взгляд. Но если не она, кто поможет Иллии? Поэтому следующий выходной решено было посвятить альма-матер, в которой и она когда-то училась сама.
Глава 3
Придя домой, Мила согрела себе чай, достала булочки, купленные по дороге, и села за стол перекусить. Сколько раз девушка давала себе слово, что будет полноценно питаться? Но, увы, это все так и оставалось мечтами. И если на работе она ходила в столовую для пациентов, где
Что она имела на данный момент? Как-то все странно и непонятно было с этой Юлией Саттаровой. Ребенка подбросили в детский дом в возрасте трех лет. Обычно такие дети разговаривают с трудом и становятся постояльцами ее родного заведения. А эта девушка отлично училась и умудрилась поступить далеко не на самый простой факультет. Значит с умственным развитием у нее полный порядок. Но что произошло дальше?
Из размышлений ее вырвал телефонный звонок:
– Кисонька, ты сегодня же выходная, а у меня жена уехала. Не хочешь встретиться?
Голос Анатолия Михайловича ласкал и притягивал как обычно. Но в этот миг Мила поняла, что не хочет, чтобы эти инсинуации имели отношения к ней. Она решила, что больше не будет таких тайных встреч. Люди вот по двадцать лет не раскисают и верят в лучшее, а она завела женатого любовника и чего-то ждет?
– Анатолий Михайлович, простите. Но я сегодня сильно занята. У меня тут семейные дела нарисовались.
– Жаль! – голос на той стороне погрустнел. – А я так надеялся, ждал. Ну, нет так нет.
Мила поняла, что любовник, хоть и с неохотой, но уже просчитывает варианты, кому еще можно позвонить и приятно провести время на внезапно выдавшейся свободе. А она вернулась к своим размышлениям. В отличие от интернатов, учебные заведения по субботам работали. Поэтому через два дня она решила наведаться в универ. Даже усмехнулась, что чувствует себя если не Шерлоком Холмсом, то мисс Марпл точно.
***
Главный корпус университета встретил Милославу прохладой и большим мраморным фойе. Как она, оказывается, давно здесь не была! В ее бытность при входе были синие решетки гардероба и четыре облупленных столба, изображавшие из себя колонны. А сейчас холл больше походил на какое-то официально здание. Поднявшись на третий этаж, она подошла к кабинету ректора и, немного помедлив, шагнула в приемную.
Секретарша была сильно занята. У нее в компьютере никак не хотел сходиться карточный пасьянс. Поэтому неожиданную посетительницу она встретила гневно нахмуренными бровями:
– Вы что хотели? – уточнила дама, даже не ответив на приветствие вошедшей женщины.
– Могу ли переговорить с Николаем Викторовичем? – уточнила Милослава.
– По вопросу? – не сдавалась секретарша.
Девушка поняла, что просто так ее никто не впустит, поэтому нужно немного приоткрыть карты:
– Я заместитель главного врача республиканского психоневрологического интерната. Мы разыскиваем родственников одной пациентки. По непроверенным данным ее дочь обучается у вас в университете. И я бы хотела ознакомиться с ее личным делом.
– Письменный запрос и документ, подтверждающий личность есть? – уже более приветливо уточнила
– Да, конечно! – Мила протянула паспорт и запрос. Благо, подпись у начальника была очень простой и она часто, причем с его согласия расписывалась за него.
Секретарша достала бланк с готовой подписью ректора, написала на нем пару строк и с улыбкой протянула посетительнице:
– По таким мелочам Николая Викторовича не стоит тревожить. Идите в деканат физмата, вам там все выдадут.
Мила порадовалась тому, что пока все получается очень легко. Но только радость эта оказалась преждевременной. Из личного дела девушки она ничего нового не узнала. Оно лишь подтвердило слова Розалии Назиповны. И да, первую сессию девушка сдала на отлично, подтверждая сомнения Милославы. Посмотрев на грустное лицо посетительницы, на помощь пришла секретарша теперь уже физмата:
– Я бы вам советовала сходить в третье общежитие. Там комендант Галина Николаевна знает все про всех. Может она что-то подскажет?
Девушке больше ничего не оставалось делать, и она пошла в общагу. Комендантша хоть и была суровой женщиной, действительно знала все про всех. Узнав про то, что Юлю разыскивает, возможно, родная мать, женщина тяжело вздохнула и поведала грустную историю, что сирота забеременела невесть от кого и по ее совету ушла в кризисный центр для женщин. При этом женщина не преминула наградить лестными эпитетами весь мужской род вместе взятый. А Милослава отправилась в этот центр.
***
–Юлия Саттарова? – мелкие кудряшки завхоза центра реабилитации колыхались на голове в такт ее словам, задорно подпрыгивая вместе с открывающимся и закрывающимся ртом. – Был такая. А вы говорите, что от ее матери пришли? Она у нас коляску украла! Взяла ее, ушла гулять с ребенком и больше не вернулась! Хоть намекнула бы кому, что ли!
Женщина говорила и говорила, а Мила вдруг отчетливо поняла, что эту кудрявую даму совершенно не заботила судьба пропавшей девушки. Таких одиноких и никому не нужных здесь проходит сотни, если не тысячи. Накормили, обогрели, спать уложили… И на том спасибо, на улицу не выбросили.
– А вы в полицию о пропаже человека заявляли? – решила все-таки уточнить она.
– Я не в курсе! Этим занимается директриса. Но я же уже объяснила, что Наталья Николаевна на больничном. Появится не раньше следующей недели. Представляете, у нее выявили туберкулезную палочку! И это в нашем заведении, где бывают молодые женщины с детьми. Возможно, она от них и заразилась! Хотя у нее любовник недавно из зоны вернулся…
Мила устало прикрыла глаза, слушая болтовню о неизвестной Наталье Николаевне. Кудряшки продолжали прыгать, рот открываться и закрываться, а девушка понимала, что это очередной и, похоже, окончательный тупик. Куда идти дальше она уже не знала. Разве что в полицию, но, видимо, о пропаже Юлии Саттаровой там даже не догадывались. Потом собравшись с мыслями зачем-то спросила:
– А куда она обычно ходила гулять? Есть место, где можно найти ее следы?
– Гулять? – удивилась кудряшка. – Нормальные девушки все гуляют в парке, а она обычно на набережную ходила к большому мосту. Там же сыро и ветрено. Нормальные жители редко бывают, а она все уединения искала. И вообще нелюдимая какая-то была! А следы вряд ли остались. Она уже больше года как пропала.