Второй атт
Шрифт:
– Да уж, – пробормотал я. Картина вырисовывалась безрадостная. А если уж об этом узнает тетушка Мейбл… С нее станется ринуться в Лондон, потрясая неизменным боевым зонтиком! – Спасибо, Джордж, что предупредили. Я постараюсь вести себя осторожнее… Кстати, а может быть, вы подтвердите, что Сирил не замечен ни в чем подобном? Ведь за ним, кроме мелких шалостей, и впрямь ничего не водится!
– Боюсь, так мы только хуже сделаем, – мрачно ответил Таусенд. – Сами посудите: где я – и где они? Свидетельство какого-то там старшего инспектора из маленького городка… Да еще легко узнать, что мы с вами приятельствуем, а на выходки Сирила я периодически закрывал глаза!
– Да,
– Взаимно, Виктор, – сказал инспектор, и я откланялся.
Итак, меня ждал Лондон.
Рано поутру, отправив послание для тетушки Мейбл и оставив все распоряжения Ларримеру касаемо моих крошек, я отправился в дорогу…
Не люблю большие города. Слишком уж они похожи на муравейники… (Если добавить, что в одном настоящем муравейнике мне как-то пришлось полежать, то неприязнь моя к этим мирным в общем-то насекомым станет более понятной.) И еще вечная копоть, чад, грохот колес по мостовой, гудки клаксонов, звяканье конки… Нет уж, в Блумтауне куда лучше! И, кстати, машину там водить куда проще и приятнее: никто не норовит подрезать, не выскакивает неожиданно из переулка, не бросается под колеса, так что приходится резко тормозить, рискуя, что сзади идущий автомобиль врежется в тебя… У нас жизнь течет размеренно, без суеты, и это прекрасно!
Полицейское управление я разыскал довольно быстро, благо миссис Вашингтон объяснила мне, где именно оно расположено. Раньше мне там как-то бывать не доводилось…
Здесь тоже кишел людской муравейник, сновали туда-сюда клерки (роскошь какая!), топали констебли, покрикивало на кого-то начальство… Меня никак не желали выслушать, а когда все же выслушали и поняли, о чем речь, то разговаривать не пожелали. «Никаких сведений. Не положено. Нельзя. Дело государственной важности. Это решать не нам», – вот и все, чего я добился, и, поймав пару подозрительных взглядов и припомнив слова Таусенда, поспешил ретироваться.
Ну и что прикажете делать? Мне даже увидеться с Сирилом не позволили! Не иначе предполагали, что я могу передать ему ножовку в ковриге хлеба (так, кажется, было написано в каком-то приключенческом романе), а он ночью перепилит прутья решетки и сбежит. Тьфу ты, ну и чушь лезет в голову!..
Ладно, и что дальше? Я в полном тупике. Подобраться к кому-то из вершителей судеб этих треклятых революционеров у меня нет возможности. Хм, не попросить ли лорда Блумберри посодействовать? Он ведь как-то обещал помочь, даже если я вдруг совершу убийство… Но одно дело убийство, и совсем другое – политика! Могут ведь и заинтересоваться, отчего это лорд принимает участие в делах предполагаемого заговорщика… Нет, не стоит впутывать его сюда с риском испортить ему репутацию!
Мне определенно требовался совет, и я знал, как его получить, благо все необходимое предусмотрительно захватил из дому. Правда, совет получился очень уж странным…
В глубокой задумчивости я принялся мерить шагами гостиничный номер. И как прикажете это понимать? Что нужно броситься, так сказать, в самый эпицентр бури? Или что ситуацию можно разрешить только радикально, например, вызволив Сирила из полицейских застенков с боем? Однако потом ему придется бежать в колонии! Для меня бы такой вариант еще сгодился (хотя, признаюсь, оставлять моих крошек и старика Ларримера было бы жаль), а вот кузен без чуткого руководства тетушки Мейбл и моего присмотра точно пропадет…
Нет, должно быть, имеется в виду, что нужно рискнуть и решить проблему одним рывком – попросту
Но довольно об этом, нужно припомнить все, что мне известно. Увы, этого было до смешного мало: рассказ миссис Вашингтон да пара газетных статей, в которых, ясное дело, всей правды не напишут…
Стоп. Миссис Вашингтон сказала, что видела на этой импровизированной сходке Брайана О’Ши! И, спрашивается, что он там делал? Действительно шел мимо, остановился послушать, но ему повезло больше, чем Сирилу? Быть может, но что-то не давало мне покоя. Что-то казалось неправильным в этом человеке…
И тут я вспомнил собственные размышления о том, что для ветеринара у О’Ши слишком уж ухоженные руки. А может, он и не ветеринар вовсе? Однако лечит же он лошадей лорда Блумберри… С другой стороны, это может быть прикрытием, а О’Ши, к примеру, полицейский агент! Может он быть внедрен в группировку ИНО? Думаю, может, вероятно, даже принимает самое деятельное участие в их начинаниях, а сам поставляет сведения о готовящихся акциях своему настоящему начальству. Если так, тогда понятно, почему его не задержали вместе с остальными, а дали спокойно уйти! Ну а «коллегам» он всегда может солгать, что просто очень удачно улизнул, пока констебли отвлеклись на других.
«Вот он, шанс!» – понял я. Если О’Ши и впрямь работает на полицию, то его свидетельство может иметь определенный вес. Он же знаком с Сирилом и наверняка знает, что тот не имеет никакого отношения к ИНО! А раз так, нужно как можно скорее разыскать его и убедить выручить моего непутевого кузена.
К поискам я приступил немедленно. К сожалению, Лондон – это не скромный Блумтаун, в котором я без особых усилий отыскал простого бакалейщика. К счастью, в Лондоне есть множество возможностей для того, чтобы найти нужного человека, не совершая для этого никаких подвигов.
Проще говоря, я всего лишь выяснил, где располагается Королевское ветеринарное общество, и отправился прямиком туда, полагая, что раз уж О’Ши представляется ветеринаром, то у него должно быть соответствующее прикрытие (вдруг «коллеги» по революционной борьбе решат навести справки?). А значит, какие-то сведения о нем найдутся. Пусть даже фальшивые, это неважно, мне требовался только его адрес.
Скажу честно, мне пришлось призвать на выручку все свое терпение, чтобы обойти бюрократические препоны. Меня посылали из одного кабинета в другой, от одного почтенного джентльмена к следующему, и каждому я терпеливо излагал свою просьбу: дескать, мне порекомендовали мистера О’Ши (для солидности я ссылался на лорда Блумберри, решив, что здесь это ему ничем не навредит), но я умудрился потерять адрес именно тогда, когда моему питомцу срочно потребовался ветеринар, рекомендатель, как назло, в отъезде, а ждать я не могу. Словом, не будут ли уважаемые джентльмены так любезны…
Где-то на пятнадцатом витке один из них все-таки смилостивился надо мной и нацарапал нечитаемым почерком некое послание, с каковым я отправился в очередной кабинет. Здесь, за столом, напоминающим укрепленный форт, восседала суровая немолодая дама в пенсне, очевидно, секретарь. Подозрительно осмотрев меня сквозь стекла пенсне, она внимательно изучила поданную мной записку, подумала, затем извлекла толстенную амбарную книгу из пирамиды таких же (каким-то чудом не обрушив это сооружение) и принялась листать. Продолжалось это долго, и я уже начал терять надежду, когда вдруг дама скрипучим голосом произнесла: