Второй шанс

Каршева Ульяна

– Ты точно здесь живешь?
– спросила она, прервав осмотр, и оглядываясь на стоявшего в дверях гостиной Майкла. Небрежно облокотившись на косяк и засунув большие пальцы рук за ремень джинсов, он лениво и самодовольно улыбался. Она старалась не думать о том, сколько женщин до нее стояли на этом самом месте и разглядывали чистую шикарную гостиную. Смотрел ли он на них так же, как сейчас на нее. Томительное ожидание, нерешительность, желание - вся эта гамма чувств читалась на его лице, скинувшем привычную дерзкую маску бизнесмена и плейбоя.

– Я аккуратный.
–

Низким голосом ответил он. Кристина вздрогнула и кивнула.

– Мне нравится.
– Одобрила она.

– Ты еще не видела кухню, ванну и другие комнаты. У меня их шесть. Представляешь, шесть комнат и я один.

– Уверена, что один ты бываешь очень редко.
– Иронично заметила Кристина, проводя пальчиком по зеркальной поверхности столика на резных ножках.

– Ты права, но это все не то.
– Мрачно улыбнулся он. Девушка опустила голову, и волосы прикрыли ее лицо.

– Ты сам-то знаешь, что тебе нужно на самом деле?
– спросила она, не глядя на него.

– Да. Ты.
– Так просто вырвалось из губ.

– Неправда, Майкл.
– Она тряхнула волосами, словно отгораживаясь от него, а ему безумно захотелось подойти и разубедить ее. С другими бы он даже не сомневался, но она…. Эта женщина делала его слабым и нерешительным.

– Мне пора.
– Подняв глаза, она быстро взглянула на него. Теперь нужно пройти мимо, но он будто прирос к косяку.

– Нет, еще рано. Ты обещала стакан воды и таблетку.
– Майкл снова изобразил умирающего больного. Схватившись за голову, он подошел к большому, покрытому белым пледом дивану и со стоном плюхнулся в него. Когда он успел протрезветь и взять ситуацию в свои хитрые руки, гадала Кристина, иронично поглядывая на него. Она прошла к мини бару у стены, открыла его и, достав бутылку дорогого марочного коньяка, направилась туда, где по ее мнению находилась кухня. Там, как и уже догадывалась Кристина, тоже все было идеально. Просторная голубая кухня - мечта любой хозяйки. Крис представила Соню, которая наверняка готовила тут ему по утрам завтраки, брала эти самые хрустальные бокалы, наливала в них коньяк таким же жестом, но из другой бутылки, а потом …. Что делала потом Соня, представлять Кристине совсем не хотелось.

– Я думал, ты принесешь мне таблетку “антипохмелина”. Пачка там, на столе, в кухне.
– Взяв протянутый Кристиной фужер с темноватой жидкостью, проговорил он, заметив, что даже бокал она подала ему так, чтобы ненароком не коснуться его руки. Кристина поставила бутылку на стол, и, пожав плечами, села в кресло напротив, провалившись в него. В ее пальцах был такой же бокал.

– Таблетка тебе не поможет.

– Я не люблю похмеляться.
– Сообщил он, с кислым видом пригубив спиртное.

– Давно ли?
– цинично осведомилась она, сделав большой глоток.

– Давно.
– Серьезно сказал Майкл, пристально глядя ей в глаза.
– И что дальше?
– спросил он.
– Поболтаем, как старые знакомые о всякой ерунде или ты опять выльешь на меня град упреков, а потом я вызову тебе такси и ты отправишься к своей подружке?

– А что ты предлагаешь?
– приподняв

бровь, спросила Кристина, не отводя взгляда. Это была своеобразная битва. Кто кого пересмотрит.

– Вряд ли то, что я могу предложить, тебя обрадует.
– Он поставил бокал на стол, наклоняясь вперед.
– Тебя не подташнивает?

– Нет.
– Она покачала головой.
– Интересно, как ты объяснишь мое присутствие здесь, если сейчас явится София?

– Меняешь тему.- Усмехнулся Майкл, откидываясь на спинку дивана.
– Мудро. Но не волнуйся, Соня сегодня не придет.

– Почему?

– Потому, что не придет.
– Небрежно сказал Рис, скрещивая руки на груди. Кристина кивнула, хотя ее так и подмывала продолжить расспросы, но вместо этого потянулась за бутылкой и плеснула себе еще коньяка. “Что я здесь делаю? Совсем ополоумела? Беги, уноси ноги, пока все не закончилось очередным нервным стрессом”.

– Побудь еще немного.
– Заметив ее смятение, попросил Майкл обезоруживающе мягким тоном.
– Расскажи мне о себе. Как ты жила?

– Плохо.
– Она скривила губы. Коньяк был горьким и крепким, а она еще ничего сегодня не ела. Как бы ни потерять контроль.

– А твои картины? Они прекрасны.
– Прошептал он, разглядывая ее раскрасневшееся лицо. Они поменялись ролями. Теперь она пьянела на глазах.

– Откуда ты знаешь?
– с тревогой спросила она, вспомнив об определенной серии картин, которая была явно не для его созерцания.

– Я бывал на твоих выставках. В Париже, Нью-Йорке, Дрездене и других городах. Это получалось не специально, и я заранее удостоверялся, что не встречу тебя.
– Сообщил Майкл абсолютно спокойно. Заметив испуг в ее глазах, он добавил.
– Я видел все работы, - он подчеркнул слово ВСЕ. В глазах его застыла жесткая уверенность.
– Ты раскроешь миру лицо последнего злодея? Ты сейчас над этим работаешь? Не отвечай, я сам знаю, что это так. Мне даже льстит, что я присутствую в твоих работах, пусть даже, как безликая тень.

– Ты и есть безликая тень, Майкл, - в голосе ее проскользнуло сожаление.

– Да, - согласился он иронично.
– Я накрыл собой твою жизнь. Так? Обличи меня, станет легче.

– Не станет, - категорично ответила Кристина, допивая последние капли из своего бокала.

– Почему?

Разговор зашел слишком далеко. Ну, почему они все время возвращаются к одной и той же теме?

– Это ничего не изменит и не исправит.

– Но расставит на свои места.

– Да, наверно, так. Майкл….

– Да?

– Так, почему ты это сделал?
– под ее упорным пронзительным взглядом, он растерял остатки самообладания. Злая черная боль исказила красивые черты.

– Потому что я подонок.
– горько бросая слова, ответил Майкл.
– Был им и остаюсь. Я раскаиваюсь, Крис. Я осознаю, что разрушил наши жизни. Но в глубине души я все-таки верю, что смогу все изменить. Только ты больше не поверишь мне.

– И поэтому ты уезжаешь?

Новый вопрос заставил его вздрогнуть. Ну, конечно, в этом городе ничего нельзя сделать незаметно.