Второй, третий... последний - 3
Шрифт:
– Молодец, многому научился, - сменил тему Спящий.
– Только вот если я по-настоящему захочу прочесть твои мысли, ты меня не остановишь. И это будет больно. Так что не сопротивляйся.
Оказалось, Спящего интересует вовсе не отношение Алекса к плену и пленителях, а представления землян о творении - как мифы, так и научные гипотезы. Отчего такой переход, он сразу и не понял.
Разговор Монстр начал издалека:
– Вас восемь миллиардов? Таких как ты.
– Смею надеяться, что таких больше нет, - на шутку Спящий только хмыкнул.
– Но население планеты примерно такое.
–
– Да почти все, наверное. Вопрос желания. Например, каждый может делать зарядку по утрам, но, почему-то мало кто так поступает. Или читать книги.
– Мысль понятна... Даже если бы за мной пошёл хотя бы миллион последователей...
– Не забыл, что моя родина где-то не здесь? Рядом, но так близко, что не достанешь?
– Мир на бране, да? Не доказано. Но я соглашусь, что скорее всего ты с другой Браны. Слишком много странного в вашей Вселенной.
– Да? А ваша, типа, нормальная?
– Обычная. Вот послушай:
"Мир родился, когда Хаш-Кта осквернил Пустоту, уронив в неё своё Семя. Пытаясь избавится от него, Пустота отрыгивала и испражнялась материей и энергией, до тех пор, пока не смогла, наконец, очиститься. Из этих нечистот и образовалось то, что существа, наказанные обретением разума, называют "Вселенной".
Порождение Неизбежного Греха осиротело, едва родившись.
Отец-Хаос не может принять его в силу своей разрушительной природы.
Мать-Пустота не может принять ничего в силу отсутствия какой бы то ни было природы.
Из главы начальной. Творение, Книги Утраченных Добродетелей"
– Когда ты произносил имя этого вашего "Батьки", что-то произошло...
– Разве это не доказывает истинность написанного?
– А чего тут особенного? Наши учёные то же самое говорят: некая сущность, разум которой превосходит наш настолько, что мы склонны считать её сложную организацию хаосом. Просто потому, что не понимаем его логику иного порядка. И вот он проводит эксперимент, провоцирует флуктуацию в квантовом вакуумном поле. Рождается всякое, вроде кварко-глюонной плазмы, потом собирается в комочки материи.
– Любопытный взгляд порождения технического мира на тайну творения. А ну-ка, произнеси имя Отца. Если, конечно, не боишься.
– Ты на слабо-то меня не бери! Только я действительно не боюсь! Хаш-Тка!
– О! Непроизвольно ты использовал самый популярный хейти! (авт.: имя, призванное избавить от произнесения истинного. Например, «бера» звали «медведем». А потом даже это имя стало табуированным, и у отдельных народов он превратился в «ведмедя». Всё оттого, что боялись произнести имя, сохранившееся, кстати в слове «берлога»)
– Я так запомнил, - Алекс намекнул на идеальную память.
– Не вали на меня! Я произнёс иначе.
Алекс сделал так, и это вызвало самопроизвольное течение энергии по несколько необычному, неестественному маршруту. Можно сказать, хаотическому! От этого связь с реальностью мгновенно оборвалась и Алекс провалился в транс. Не блаженный, а пугающий, давящий одиночеством и пустотой. Позволяющий почувствовать всю ничтожность маленькой песчинки, искры разума.
А потом Алекс увидел Его. Творение. Те самые бесконечные доли секунды, которые растянулись в Вечность, потому что время ещё не существовало, ибо не было ещё ни одной цепи событий. Оно появилось чуть позже, если можно так сказать в его отсутствие - не было ни позже ни раньше, ни сначала, ни потом.
И тогда наметилось направление, поскольку события выстроились в ряд. Происходящее чем-то напоминало деление клеток или копирование образов в компьютерном редакторе изображений. Мир появлялся из Ничего, дублировался без видимой закономерности, будто двойники из иных измерений каким-то образом захватывались и проявлялись в этом мире.
– Хватит с тебя...
– неожиданно всё прекратилось и пришла чудовищная тоска. На Творение хотелось смотреть бесконечно, ибо нет ничего прекраснее. Как нет ничего более ужасающего.
– Именно. Твой разум ещё слаб. Не стоило тебе тебе видеть и этого...
– Ты проверял меня!
– догадка пришла неожиданно, но истерики не случилось. По сравнению с увиденным - всё в мире кажется мелочью.
– Именно. И я многое понял о тебе, - никакого сочувствия, никакого раскаяния в голосе не было. Только пинок, возвращающий в реальный мир.
Хотя Алекс в этом уже не был уверен. Граница реальности стала очень зыбкой, он почти не чувствовал её.
***
В Дивном Саду произошёл небольшой переполох. Бао Лай, как всегда скорый на расправу, тренировался с мечом, когда заметил, что тень под липой не соответствует положению солнца. Да она вообще ничему не соответствует!
Учитель часто говорила ему, что нужно думать, прежде чем что-то сделать, но с другой стороны, она же говорила, что все боевые навыки должны быть доведены до рефлексов. В бою думать некогда, тело должно действовать само.
И оно сработало. Мерцающее лезвие полетело очень аккуратно, выполняя первую инструкцию учителя: атака не задела ни дерево, ни даже большого количество травы. Это всё сокровища. За их порчу Бао Лая так бы взгрели... Ох...
Однако, и второй урок был усвоен: противник не успел адекватно среагировать, потому что между его обнаружением и запуском в его сторону убойной техники не прошло и мгновения. Тень отделилась от дерева и рванула наутёк.
Ещё серия атак полетела ему вдогонку, но окрик остановил не в меру активного паренька, уже готового броситься за убегающей дичью, как охотничий пёс, подчиняясь инстинкту преследования: