Вторжение
Шрифт:
Он успел перебросить пистолет в левую руку, но второй нож вонзился ему в задницу. Шкипер, уронив оружие, с диким ревом упал на колени.
Иванов схватил пистолет, затем снял с пояса Шкипера наручники и надел их на руки бандита.
Ольга посмотрела на бедра: ножны ее пусты. Она выдернула нож из плеча Шартреза Валентиновича.
— Второй! — закричал Шкипер. — Вытащи его из задницы!
— Потерпи, — ответила ему Ольга. — Мы еще не всех бандюг переловили…
Она убежала с Ивановым. Шкипер взревел от ярости и боли, упал на схваченные металлическими браслетами руки. Из
«Надо завершать операцию, — подумал Станислав Гагарин. — Основная часть работы позади. Шкипер обезврежен, но главная гадина — Автандил Бровас — пока на свободе… Впрочем, какая это свобода, если он вместе с нами находится в ограниченном пространстве».
— Бровас куда опаснее, понимаешь, нежели вы себе представляете, — услышал он голос Иосифа Виссарионовича. — Архиядовитое существо с давно замещенной ломехузами личностью. Его преступный бизнес — прикрытие. Это идейный враг, внедренный, кстати говоря, к доценту Головко, о чем покойный мафиози и не подозревал. Я хотел столкнуть их, понимаешь, лбами, преступников и ломехузов, но первые, как выяснилось, давно под колпаком у Конструкторов Зла. Так что поберегитесь новоиспеченного бандитского президента!
Писатель хотел спросить вождя, как же случилось, что Великую Русь, без кавычек, захватили во время 'oно иные бровасы, шартрезы и автандилы, но вспомнил: товарищ Сталин пребывал в той же компании. Впрочем, общается с ним другой Сталин, как будто зеркально отраженный, но из другого слепленный теста.
«Может быть он из антимира?» — усмехнулся председатель «Отечества».
— В какой-то степени вы правы, — отозвался вождь.
— Но как быть с аннигиляцией? — осторожно спросил Станислав Гагарин. — Я ведь общаюсь с вами…
— Не морочьте себе голову, понимаешь… Хотите добрый совет? Когда возникнет потребность отвлечься, отойти от мирской суеты, начинайте размышлять о Метагалактике, видимой части Вселенной. Или вообразите, что может таиться за пределами Метагалактики, и подумайте: не мелки ли по сравнению с объектом ваших размышлений жалкие интриги демократов, митинговые вопли неорадикалов, понимаешь, и злобные нападки на Отечество новоявленных ренегатов.
— Да, но эти ренегаты готовы устроить Варфоломеевскую резню для тех, кого еще вчера называли товарищам и, — возразил писатель. — Значит, опасность быть зарезанным существует и для меня, разумной личности, коя и есть, если хотите, интеллектуальная Метагалактика.
— Потому мы с вами и срываем планы ломехузов, — пояснил товарищ Сталин. — Только им, агентам космических Конструкторов Зла, и нужен Хаос, а многочисленные дерьмократы, как метко, понимаешь, прозвал их народ, ублюдочные марионетки в руках хитрых и расчетливых хозяев. Да, они суть опасные, но управляемые извне безнравственные монстры.
Кстати, ваши подопечные пытаются дать
Станислав Гагарин мысленно переместился на шлюпочную палубу и увидел, что двое бандитов пытаются опустить спасательную шлюпку. Они вывели ее уже за борт и вот-вот спустят на воду.
В шлюпку прыгнул Андрей Павлов.
— Удрать хотите, козлы?! — закричал он. — Не выйдет, братцы-кролики!
Началась схватка в шлюпке.
Заметивший ее третий боевик включил шлюпочный механизм. Шлюпка пошла вниз, затем ее перекосило на шлюп-талях, носовой гак слетел с блока, Павлов и бандиты посыпались из шлюпки в воду.
В каюту Броваса вбежал вдруг террорист. Он прошептал на ухо подбежавшему к нему шестерке, референту-щеголю Автандила Оттовича.
— Нашли! — закричал вдруг референт. — Бабу евонную нашли…
Он потыкал пальцем в динамик, откуда еще недавно слышался голос майора Ячменева.
Бровас скомандовал:
— Давайте ее сюда!
Андрей Павлов попытался взобраться на палубу «Великой Руси» вдоль борта по тросу из шлюп-талей.
Трос вдруг стал травиться, и Андрей вновь полетел в воду.
Но юнга Александр, автомат висел у него за спиной, сбросил Павлову шторм-трап.
Майор Ячменев, усаженный в шезлонг, вытянув раненую ногу, осматривал в бинокль горизонт.
— Всех взяли? — спросил он Камая.
Здесь же находились Олег Вилкс и Ваня Гончаренко.
— Вроде не стреляют, — неуверенно ответил Алексей Камай.
— Главный бандит! Где их босс, которого они зовут президентом? Операция не закончена, пока мы его не схватили. Ищите его, ребята! Опаснее гада, чем этот тип, не бывает.
В каюту Броваса бандиты, среди них Жиган, привели Елену Сергеевну.
— Вот она! — сообщил шестерка. — Это и есть жена того черноперого головореза, евонная, значит, баба…
— Скажите, мадам, — любезным тоном обратился к перепуганной женщине Бровас, — вы и есть супруга человека, который устроил этот небольшой, мягко говоря, мешебейрах?
— Да, — гордо вскинула голову Елена Сергеевна, — я жена и соратница этого человека, чем горжусь, между прочим…
— Подобная гордость делает вам честь, мадам… Но вот о чем хочу вас попросить. Уговорить вашего мужа сдаться. Вот телефон. Звоните на мостик. Он сейчас там.
— Никогда! И скоро майор доберется до вас…
— Не следует быть такой категоричной. Вы, мадам, не в его руках, а в моих. Подготовьте, парни, эту крошку.
Два телохранителя с угрожающим видом подошли к Елене Сергеевне.
Молодая женщина в ужасе прижалась к стене, зажмурила глаза.
— Хватайте ее! — истерично закричал Бровас. — Сорвите одежду! Изнасилуйте! Вырежьте сердце! Разрубите на куски! Изжарьте на шашлык!
— Назад!
В дверях каюты появился Андрей Павлов. В руках у него было по пистолету.
Охранник дал очередь, но стрелял он по пустому месту: Андрей метнулся уже в сторону.