Вторжение
Шрифт:
– У нас скоро будет настоящее прикосновение, обещаю тебе это.
– Ты думаешь, самолет вернется?
– Кто его знает. Летчик ведь может выбрать и другой маршрут: он хочет обследовать как можно большую местность. Кэт, соглашаясь, кивнула и провела рукой по носу.
– У меня сегодня получился день плача.
– Ты ведь уже прошла через такие переделки, – улыбнулся Кал-вер. – Осталось совсем чуть-чуть.
И они вернулись к решетке, вделанной в набережную, и прошли ее, не проявляя больше интереса к слабому бренчанию, доносившемуся из подземных глубин.
Дойдя
– Что за ребус? – сказал Фэрбенк, вытирая пот с шеи. – Ни единого входа. Ну и как же, черт подери, мы внутрь-то попадем, Дили?
Каменный прямоугольник, как минимум двенадцать футов в длину и футов пять-шесть в ширину, массивный и мрачный, представлял собой монолит, выглядевший абсолютно неприступным.
“Похож на могильный камень. Или жертвенный алтарь”, – подумала Кэт.
– Наверху есть вход, – буднично сообщил Дили. Все переглянулись, а Фэрбенк ухмыльнулся. Эта каменная преграда была футов в шесть в высоту, возможно, и больше, но механик мгновенно вскарабкался наверх. Остальные даже не успели глазом моргнуть.
– Он прав, – крикнул Фэрбенк вниз. – Здесь, на краю, есть непокрытый участок. Сделано очень хитро, вы бы нипочем не догадались. И здесь есть дверь. – Он высвободил топор из-за пояса. – Похоже, они закрыта. Но, думаю, с этим-то я управлюсь. – Белые зубы усмешкой рассекли его перепачканное лицо, когда он взглянул на попутчиков с высоты своего величественного пьедестала. – Не желаете ли в гости?
Калвер внизу помогал подниматься другим, а Фэрбенк затаскивал их сверху. Летчик взобрался на тумбу последним и сразу же заглянул в люк.
– Что это за штука, Дили? Не может быть, чтобы это было построено недавно.
– Не может, – подтвердила Кэт. – Я проходила мимо этой тумбы много раз в течение многих лет, и у меня даже не возникло желание взглянуть на него дважды. Я никогда даже не поинтересовалась, для чего это предназначено.
– Во время войны здесь было бомбоубежище, – пояснил Дили, отмахиваясь от жужжащей над ним мухи и вытирая лицо утратившим цвет носовым платком. – По крайней мере, этот ход вел вниз, в бомбоубежище. Вчера я объяснил Калверу, что самые первые подземные сооружения были построены много, много лет тому назад и потом десятилетиями расширялись.
– Что ж, посмотрим, хватит ли там места для нас, – сказал Эллисон с всевозрастающим нетерпением. – Бога ради, давайте уж заберемся туда.
– Давайте, – согласился Фэрбенк. Он проскользнул вниз, в отверстие, и исследовал замок. – А ключа у тебя нет? – крикнул он Дили. Тот в ответ лишь покачал головой.
– К этому месту нет, – добавил он.
– Ладно, уж с этой-то проблемой мы как-нибудь справимся, – сказал Фэрбенк, замахиваясь топором.
Чтобы открыть дверь, понадобилось не более четырех основательных ударов. Дверь откачнулась внутрь, и промозглый холод вырвался наружу. Будто призрака освободили.
Калвер вздрогнул. Холод этот казался чем-то большим, чем просто высвободившийся воздух. Он был как дурное предзнаменование.
Глава 26
Прохлада
– Внизу нет никакого света, – сказал Фэрбенк, останавливаясь. Он порылся в карманах и вытащил два небольших цилиндрика. – Вот, подобрал вчера. Прикинул, что они могут пригодиться.
Он щелкнул дешевой рекламной зажигалкой. Вспыхнувший огонек был слабым, но все же он несколько приободрил людей. Калвер достал свою зажигалку и, не оглядываясь, передал ее через плечо Эллисону, замыкавшему процессию.
– У меня есть своя, – отозвался механик. – Может, лучше передать ее туда, вперед? А мне тогда дай одну из тех маленьких. – И он отдал свою зажигалку Калверу. Тот передал ее дальше. Эллисон пояснил вслед: – Это та, которую я нашел вчера. У нее огонь посильнее.
Они двинулись дальше. Корпус зажигалки в руке у Фэрбенка становился все горячее. В пустоте подземелья шаги их звучали гулко и громко. Спуск был долгим, и с каждым шагом тревога Калвера почему-то непонятно усиливалась. Интересно, подумал он, испытывают ли то же самое остальные?
Кэт скользила обеими руками по вплотную подступавшим стенам, будто опасаясь, что может споткнуться и упасть. Волосы ее, темные в слабом свете зажигалки, были в беспорядке. Рубашка разорвана и все еще покрыта пылью. Калвер сжал ее плечо. Она быстрым движением коснулась пальцами его руки, но не обернулась.
Фэрбенк наконец остановился. Перед ними был дверной проем. Он стал очищать с него путину.
– Здесь какая-то большая комната. – Его слова отозвались негромким эхом. Фэрбенк поводил перед собой туда-сюда зажигалкой. – Кажется, в ней пусто.
Они столпились позади механика. Все, у кого были зажигалки, направили их свет в комнату. В колеблющемся свете стало видно, что из первого помещения шли проходы в другие комнаты. Эллисон сделал несколько шагов вперед и сунул голову в одно из боковых помещений.
– Ничего, – вымолвил он разочарованно.
– В этой тоже, – сказал Фэрбенк, заглянув в другую комнату.
– Да, все они тут пустые, – сказал Дили, направляясь в дальний угол. – Это просто часть старой системы бомбоубежищ. Ими не пользовались со времен последней войны. – Он дошел до дальней двери и, обернувшись, позвал: – Давайте сюда!
Все торопливо поспешили за ним, и Дили провел их через настоящий лабиринт коридоров с пустыми комнатами по сторонам. Наконец он остановился у квадратной двери, врезанной в стену в паре футов от пола.
– Нам снова понадобится топор. Придется взломать дверь, – сказал он Фэрбенку.
Механик вставил лезвие топора в щель, рядом с замком, надавил, и дверь легко распахнулась. Внутри помещения они разглядели широкие трубы диаметром как минимум в фут и толстый кабель. Дребезжащий, тренькающий звук здесь был громче и отчетливее, чем когда они прислушивались у решетки на набережной.