Вторжение

Нестеренко Юрий Леонидович

— Изучали ученые, а я офицер, — пожал плечами Крог. — Наше общество — общество разделения функций, каждый знает только то, что ему непосредственно необходимо. Это совершенно естественно. Объем информации, накопленный цивилизацией, все время растет, а ресурсы человека ограничены. Со временем знания, необходимые в каждой специальности, становятся столь обширны, что человек может усвоить только их, на остальное не хватает ни памяти, ни сил, ни времени.

— Так о каком же, черт побери, поэтапном ускорении прогресса вы говорите? Если вы уже достигли уровня насыщения, куда вы будете девать новые знания?

— О, тут еще есть немалые резервы. Ближайшая перспектива — генетическое программирование.

Общество определяет, сколько ему нужно физиков, солдат, администраторов. В положенный срок рождается соответствующее количество физиков, солдат, администраторов. Рождаются дети, у которых данные способности чрезвычайно развиты — конечно, за счет всех остальных. Разумеется, надобность в общем образовании отпадает — буквально с первых лет жизни начинается дифференцированное обучение. Возможности мозга используются с максимальной отдачей, никаких потерь времени на всякие сказки, игрушки и т. п. — у запрограммированного ребенка просто не возникает в этом потребности. Пока это только проект, но он близок к реализации.

— Ну да, — вздохнул Артур, — программированные убийцы…

— Опять вы за свое, — произнес Крог без всякого раздражения. — Впрочем, я и не рассчитываю убедить вас сразу. Нам предстоит еще много бесед…

— Мне не о чем беседовать с убийцами. Все ваши попытки обратить меня в свою веру абсурдны. Может, разумнее мне было бы притвориться и соглашаться с вами, но я не намерен. Я кибернетик и привык к двоичной логике. 1 либо 0, да либо нет, истина либо ложь. Третьего не дано.

— Я, конечно, понимаю, вы нас ненавидите. Но никто и не просит нас любить. Неужели вам не интересно — ну хотя бы из чистого любопытства! — общаться с человеком будущего, узнать информацию, которую, кроме вас, мы можем доверить лишь нескольким человекам в городе? Ну хотя бы из принципа «своих врагов надо знать в лицо»?

— Я одного не пойму, — ответил Артур, — чего вы всем этим добиваетесь?

— Я же говорил вам, мы играем в открытую. Мы готовы оказать вам различные услуги, и ничего не требуем взамен.

— В таком случае, предоставьте мне квартиру. Я не могу оставаться в этой.

— Хорошо. Не хотите вернуться в свою бывшую?

— Бывшую? Но… как же Эльза? Я не думаю, что она…

— Хорошо-хорошо, — заторопился Крог. — Получите отдельную квартиру неподалеку от той.

— Неподалеку так неподалеку, — согласился Беланов, неожиданно для себя осознав, что он вовсе не против такого решения. — Завтра я туда переберусь. А теперь убирайтесь, я хочу спать.

— Пожалуйста. Да, и еще: когда ваши товарищи будут спрашивать о Генрихе, отвечайте, что не знаете. Получил повестку, ушел и не вернулся. Помните, что будет с теми, кому вы проболтаетесь.

— Вы даже не собираетесь объяснить людям, куда девались их сограждане?

— Мы распространим версию, что они добровольно остались в будущем. Спокойной ночи, господин Беланов.

9

Медленно тянулись дни. Старые приятели уже не собирались вместе: доктор днями и ночами пропадал в лаборатории, майор и Карл куда-то запропастились, иногда лишь захаживали Альберт и Петер. В глубине души Артур был даже рад: он не мог смотреть в глаза этим людям, не мог слушать их рассуждений о том, как теперь Генриху живется в будущем. Делать было нечего; Артур мучился от безысходной тоски. Петер начал как-то странно присматриваться к нему и однажды заявил напрямик:

— Артур, ты мне положительно не нравишься. Я понимаю, все эти события действуют угнетающе… почему бы тебе не лечь ко мне в клинику?

Артур отказался в довольно резких выражениях, потом извинялся. Петер покачал головой, видимо, утвердившись в своем мнении, но настаивать не стал.

В один из таких дней Беланова снова посетил

Крог. «Хоть какое-то развлечение», — подумал Артур, впуская лейтенанта.

— Добрый день, господин Беланов, зашел вот к вам побеседовать, а то вы же скучаете. Да, кстати, — Крог протянул Артуру маленькую коробочку с кнопкой, — если я или кто-нибудь из наших вам понадобится, нажмите здесь.

— Лампа Алладина, — усмехнулся Артур, пряча коробочку в карман.

— Что? — не понял Крог.

— Ну да, вы же сказок не читали, на формулах воспитывались… Так что вы имеете мне сообщить?

— Что пожелаете — в пределах разумного, — неопределенно произнес миссионер, устраиваясь поудобней в кресле.

— Ну, например, откуда вы взялись на нашу голову?

— Ну, этот вопрос как раз не в пределах разумного. Я могу, конечно, сообщить вам географические координаты и год от начала вашей эры, но что вам это даст? Какая разница, сколько между нами лет разницы? — Крог улыбнулся невольному каламбуру. — Я полагаю, вам будет интереснее узнать о структуре нашего общества.

Артур не стал возражать.

— Насколько я понимаю, ваше общество не слишком демократично?

— Демократия — власть народа, — проявил, наконец, эрудицию Крог. — Нет, такого у нас нет. У нас жесткая иерархия снизу доверху. Все административные должности дублированы компьютерами, часть этих должностей вообще не доверяется людям — только компьютерам. Не дублирована только верховная — ее занимает Великий Лидер Ордон Гройт.

— Так я и думал. Машины времени, благо человечества, ускорение истории — а на поверку банальная диктатура очередного ефрейтора.

— Главнокомандующий всеми родами войск не ефрейтор, — отрезал Крог. — И вообще, он не имеет ничего общего с вашими полуграмотными вождями. Он велик не по должности, а по деяниям. Именно он обобщил теории и воплотил их в практику, построив первую машину времени. Именно он впервые применил хронотехнику в военных целях.

— Вот как? — заинтересовался Артур. — С кем же еще вы воевали?

— За то время, что нас разделяет, — произнес Крог, положив ногу на ногу, — в истории цивилизации происходили многочисленные потрясения. Периоды мира и благоденствия сменялись тяжелыми кризисами. Политическая карта менялась несколько раз, и весьма существенно. Лидер Гройт пришел к власти во время Шестого Глобального Кризиса. В это время нам, то есть Радикальному Блоку, противостояли государства Демократической Коалиции. Лидер Гройт создавший машину времени раньше наших врагов, отправил в их прошлое мощный вооруженный десант, разгромивший противника, так сказать, в зародыше. Демократическая Коалиция фактически выброшена из истории, о ней сохранилась лишь самая смутная информация. В короткий срок при помощи хронотехники все государства мира были объединены под властью Великого Лидера Гройта. Теперь вы понимаете, почему государственное устройство цивилизации, достигшей нашего уровня, может быть только авторитарным? Ведь в противном случае кто угодно окажется в состоянии изменять историю! Трудно себе представить более страшную катастрофу.

— Да, действительно катастрофа, — сказал Артур. — Никогда бы не подумал, что мечты о мировом господстве могут стать реальностью. Бред какой-то! И главное, всего этого можно было избежать. Строжайший запрет на любые хроноисследования… международный контроль… и из истории была бы выброшена не Демократическая Коалиция, а ваш поганый Радикальный Блок вместе с диктатором.

Крог, казалось, не обиделся.

— Поздно, — заметил он, — мы уже берем под контроль историю и не позволим ей отклоняться в нежелательную сторону. Однако, обратите внимание, вы в борьбе с хроноисследованиями готовы применить отнюдь не демократические методы, что лишний раз доказывает ложность ваших демократических посылок.