Вторжение
Шрифт:
– Скорее уж с тем шаром, который мы видели ночью, – заявил Грачев. – Но будь по-вашему. Все равно у нас нет пока другого следа. Но учтите, если Граф повернет сейчас назад, все тут же и закончится.
Граф не стал поворачивать назад, но он потащил спасателей через такие дебри, что даже добродушный Мачколян вскоре не выдержал и принялся ругаться как сапожник.
– Потерпите, – увещевал своих спутников Конюхов. – Вот увидите, этот след приведет нас куда нужно. Я это нутром чую.
Вначале след привел их в неглубокий овражек, на дне которого неожиданно обнаружились следы грубых ботинок,
Через некоторое время он привел всех еще на одну поляну, где также обнаружились следы чьего-то лагеря. Однако на сей раз все выглядело совершенно иначе – на траве не валялось никакого мусора, место, на котором разводили костер, было аккуратно присыпано землей. А около кострища Конюхов обнаружил отпечаток того же ботинка, что и в овраге.
– Смотрите! – сказал он. – Я, конечно, не Шерлок Холмс и даже не охотник, я – самый заурядный участковый, но возьму на себя смелость предположить, что человек, по следу которого мы идем, повредил себе ногу. Видите, отпечаток подошвы только один. Рядом лишь какая-то вмятина, видимо, он был вынужден разуться, и еще отчетливый след палки, на которую он опирался.
– Блестяще, – сказал Грачев. – Теперь вам остается нарисовать портрет этого человека и сказать, что лежит в его правом кармане.
– Насчет портрета я пас, а вот ножик у него в кармане лежит, это точно, – ответил Конюхов. – Помните, он срезал в овраге палку?
– Еще что-нибудь? – терпеливо спросил Грачев.
– Ну что еще? – задумался Конюхов. – Очевидно, этот человек пришел на поляну уже после того, как отсюда ушли люди. И он почему-то двинулся вслед за ними, а не в сторону деревни, как того можно было ожидать от человека, потерявшего все свое снаряжение и повредившего ногу.
– Может, он просто заблудился? – предположил Макс.
Ему никто не ответил. Величко с задумчивым видом мерил поляну вдоль и поперек широкими шагами, а потом сказал Грачеву:
– Знаешь, а ведь это могла быть стоянка Хамлясова. Здесь следы от колышков для палаток. Большие палатки, две штуки.
– Ну что же, как известно, все дороги ведут в Рим, – пожал плечами Грачев. – Пойдем и мы туда, куда идут все. Надеюсь, нам не придется разочаровываться.
Почувствовав, что взятый им след интересен людям, Граф воодушевился и с энтузиазмом рванул по краю поляны в гущу леса, нетерпеливо оглядываясь на хозяина. Величко, а затем и все остальные потянулись за ним.
Совсем скоро дотошный участковый обнаружил, что нужное направление они могут держать даже без Графа – вмятина от палки, на которую опирался человек с поврежденной ногой, постоянно попадалась им на глаза.
– Тяжело ему было скакать тут на одной ноге! – заметил Конюхов. – Но, видать, мужик упорный. Не сдавался.
– А в самом деле, какого черта его понесло в глушь? – спросил Грачев. – Ну, подвернул ногу – выбирайся поближе к жилью.
– Может быть, он из группы Хамлясова? – предположил Макс. – Отстал человек, теперь нагоняет.
– Точно утверждать не могу, но вряд ли, – помотал головой Кузовков. – Все же я видел всех москвичей.
– Напугали его здесь сильно, – заявил Конюхов. – Видели же безобразие на той поляне? Он оттуда еле ноги унес. Ну и пошел потом куда глаза глядят, поближе к людям. А может, и заблудился в самом деле. Я бы, например, точно заблудился.
– А может, он шар увидел? – хмыкнул Мачколян. – С испугу все вещи свои рассыпал и убежал.
– Хорошо вам шутить, – с некоторой обидой заметил Кузовков. – Еще неизвестно, как вы бы себя повели, если бы столкнулись с этим явлением один на один. Хорошо, что этой ночью мы вместе были. На миру, как говорится, и смерть красна.
– Да ведь этот человек тоже не один был! – возразил Мачколян. – Они ж там всю поляну загадили. Такие не то что шара – такие вообще ничего не боятся. А вы говорите – явление.
– Про явления давайте не будем! – решительно сказал Грачев. – Мы с вами не в институте паранормальных явлений работаем. Давайте ближе к делу. У меня вопрос к старшему лейтенанту. Кто же, по-вашему, мог так сильно напугать человека?
Участковый пожал плечами.
– Сейчас много развелось таких специалистов – людей пугать, – сказал он. – Правда, я давно не слышал, чтобы в наших лесах насильники промышляли. В этом плане этот район спокойный. У нас больше в городе шалят. Исчезновение туристов или еще кого – это особая статья, – тут же поправился он. – Пока факт насильственной смерти не доказан…
– Он и не будет доказан! – вставил Кузовков. – Вы еще услышите об этих людях! Такое услышите, что просто ахнете. Помните, я показывал вам вырезку из «Боровской правды» от тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года? Там интервью с жителем деревни Нижняя Песчанка. Вышел человек по нужде, в одном белье, и отсутствовал ровно три года. Пропал бесследно! Его в деревне уже покойником считали, а он вдруг вернулся! Как был – в одном белье, и, что характерно, – абсолютно ничего не помнит.
– Это где же такая Нижняя Песчанка? – полюбопытствовал Конюхов.
– Это по ту сторону леса. В общем, довольно близко от Черной Топи, – объяснил Кузовков. – Умирающая деревня. Молодежь разбрелась, живут одни старики да среднего возраста люди. Работы нет…
– Значит, самогоноварение процветает, – заключил Конюхов. – Когда работы нет, это первое дело. А после местного самогона и не такое может примерещиться. Говорю вам это как официальное лицо.
– Самогон здесь совершенно ни при чем, – сухо сказал Кузовков и больше не произнес ни слова.
Маршрут, по которому они двигались вслед за неутомимым Графом, представлял собой более-менее прямую линию, без резких поворотов и отклонений. Судя по всему, хромой человек совсем неплохо ориентировался в лесу. Поэтому предположение Макса о том, что он мог заблудиться, было окончательно отвергнуто.
– А может быть, это след Тарасова? – с беспокойством спросил вдруг Грачев.
– Ну нет, – мотнул головой участковый. – Тарасов благополучно смылся из леса. Успел и за машиной зайти, и домой заехать, и деру дать. У меня вот другая картина в голове вырисовывается… – озабоченно добавил он.