Вука
Шрифт:
Неожиданно колеса «Москвича» скользнули по льду и выехали на встречную полосу.
– Дед! – успел закричать Вука, увидев надвигающийся на них автобус «Икарус».
«Ну вот и всё», – подумал дед.
В последний момент он вырулил на обочину и, покатившись с крутого склона, перевернулся. Но встал на колеса. Вуки в салоне не было.
Дед включил
– Вука, внук! – позвал «Москвич».
– Мя, – послышалось где-то за низким бугорком.
Оказалось, это маленький робот успокаивал котенка, называя его по имени. Вскоре из-за бугорка показалась золотистая голова.
– Мя испугался, – сказал Вука, подъезжая к деду.
Он прижимал спину котенка к своему животу. Задние лапки Мя смешно тряслись, потому что колесики маленького робота ехали по мелким камешкам.
Дед выдохнул.
– А ты испугался? – спросил дед.
– Я хотел, но не успел, – пожал плечами Вука и оглянулся наверх.
Дорога осталась высоко, и до нее было не добраться старому «Москвичу».
– Что же делать? – расстроился Вука.
«Москвич» оглядел равнину внизу. Там сверкала река и чернела проталинами проселочная дорога.
– Знаешь, Вука, люди говорят: «Всё, что ни делается, – к лучшему», – решил дед. – Возможно, большая дорога не для нас. Иногда то, что нам нужно, это узкая дорожка вдоль реки. Кто знает заранее, куда она приведет. Возможно, она приведет в такое большое и светлое, что не сравнится ни с какой огромной дорогой.
И дед раскрыл боковую дверцу для Вуки и Мя.
– Такое большое, как до самого неба? – спросил Вука.
– До неба и выше, – улыбнулся дед. – До самого космоса, в котором горят звезды.
– До самого кооосмоса… – И Вука мечтательно посмотрел вверх.
Они тихонько съехали вниз и медленно, виляя колесами из-за подтаявшего снега, поехали по проселочной дороге.
«Москвич» издавал глухое шипение и с трудом пробирался вперед.
– Что с тобой,
Дед старательно прокручивал колеса, но чувствовал, что еще немного – и он не сможет продолжить путь. Шина лопнувшего заднего колеса шипела.
– Послушай, внук, – дед помолчал, собираясь с мыслями. – Если что-то идет не так и ты не знаешь, что делать дальше… Запомни: другая дорога, другой путь есть всегда. У тебя в жизни будут плохие и хорошие люди, с сердцем и без сердца. Но пока бьется твое сердечко, оно будет звать к тебе других людей, таких же любящих, как ты.
Дед не знал, слушает ли его Вука, потому что маленький робот возился в шерсти котенка и вылавливал блох. Голова Вуки была опущена вниз. Или маленький робот только делал вид, что занят?..
Возможно, Вука не хотел, чтобы дед видел его лицо.
Заднее колесо «Москвича» с трудом прокручивалось, шина телепалась. Но дед ехал вперед.
Река искрилась мелкой рябью. Реку еще не сковал лед, и над ней таяла легкая дымка пара.
На переднем пассажирском сиденье «Москвича» лежала толстая книжка, и из нее, словно хвостик, торчал кончик цветка.
9. Элис
«Москвич» проезжал мимо деревни, мимо церквушки у реки. Купола церкви золотились на солнце. А из высокой колокольни доносился звон. И этот колокольный звон был так чист и добр, что деду казалось, будто его сердце светится, как светятся звезды ночью. Это было новое чувство.
И дед удивился. Так удивляются дети.
Рядом с колышком пасся привязанный бычок. Он смешно мычал им вслед и ждал, когда вернется мама с другими коровами. Совсем скоро их вдвоем с мамой закроют в хлеву, чтобы они пережили зиму.
У дубового леса чернела заброшенная ферма. Окна в одном из зданий фермы были разбиты и внутри серебрились столбики пыли. Столбики пыли спускались из дырок в крыше. Ворота в старый хлев скрипели от ветра и хлопали, словно били в ладошки.
Конец ознакомительного фрагмента.