Выбор Девлина

Брей Патриция

Девлин закинул мешок на плечо и прислонил деревяшку, которую принес с собой, к двери, потом вытянул руки и повернул ладони так, чтобы кузнец мог видеть с обеих сторон бледные шрамы. Даже самый аккуратный кузнец всегда имел такие шрамы – такова плата за работу с горячим металлом, и за годы работы в кузнице Девлин получил все, что ему причиталось.

– С тех пор, как ты в последний раз держал молот, прошло немало времени, – проворчал мастер Тимо, – однако я узнаю руки кузнеца. Я не дам тебе свои инструменты, но раз у нас с тобой одно ремесло, скажи, что тебе нужно, и я сделаю это для тебя даром.

На секунду Девлин заколебался, борясь с искушением.

Работа была нетрудной – всего-навсего насадить головку топора на новое топорище, и с ней справился бы любой сносный кузнец. Необычным был сам топор. Глубоко в душе Девлин ощущал, что оружие проклято, поэтому он не имел права подвергать риску другого человека, ведь тогда проклятие коснется и его.

– Спасибо за твою доброту, но я вынужден отказаться. Некоторые вещи нужно делать только самому. Если ты не передумаешь, я пойду поищу другую кузницу.

В таком большом городе наверняка найдется хотя бы один кузнец, который смотрит на все проще и охотно одолжит свои инструменты незнакомцу. Девлин взял деревяшку и собрался уходить.

– Погоди.

Девлин обернулся. Мастер Тимо смотрел на него, слегка нахмурив брови.

– Пока ты здесь, я хочу, чтобы ты кое на что взглянул.

С этими словами кузнец подошел к верстаку в дальнем углу кузницы и жестом подозвал Девлина. На верстаке лежал медный наплечный браслет, любимый талисман солдат, который, как они верили, приносит удачу. Глубокая трещина расколола браслет почти надвое.

– Хозяин пообещал мне заплатить вдвое больше, чем стоит браслет, если я починю его. Я работаю со сталью, а не с медью, поэтому не возьмусь за это дело, но если ты сможешь убрать трещину, я подумаю насчет твоей просьбы.

Девлин взял браслет и повертел в руках.

– Работа старых мастеров…

На изящном браслете с удивительной тонкостью была изображена сцена в лесу. Трещина рассекала центральную фигуру оленя, склонившегося над ручьем. По краям, обрамляя рисунок, вился узор из трилистника, выполненный в старинном стиле. Девлин прикинул, что браслет выкован скорее всего в Дункейре. В бедном железом Кейре кузнецы довели искусство обработки меди до очень высокого уровня. Девлин и сам сделал несколько похожих браслетов, прежде чем бросил свое ремесло и поселился вместе с братом на Новых Землях.

– Будь у меня мои инструменты и горная медь приличного качества… – вслух размышлял Девлин. – Нет, все равно я только вконец испортил бы вещь. – Он с сожалением вернул браслет кузнецу.

Тот одобрительно кивнул.

– Так я и думал. Хороший мастер всегда знает, когда работа ему не по силам, а честный человек еще и открыто об этом скажет. Сегодня я отпустил своего ученика. Можешь воспользоваться его верстаком и инструментами. Делай все что угодно, раз тебе так надо.

Девлин уже не надеялся, что кузнец передумает, поэтому удивился неожиданной уступке.

– Спасибо, – поблагодарил он мастера Тимо.

Кузнец показал Девлину место, где тот мог заняться работой, и вернулся к своим делам.

Девлин опустил мешок на пол, достал из него головку топора и поместил ее на верстак, а рядом положил деревяшку. Это был кусок древесины черного дуба с холмов Дункейра. Дерево перенесло долгое путешествие гораздо лучше, чем Девлин. Теперь он сделает из него новое топорище.

Сначала Девлин подогнал длину, затем с помощью долота и шила выдолбил пазы под заклепки. Он нагрел на огне брусок меди размером с ладонь, перенес его на наковальню и придал ему форму цилиндра. Расколов цилиндр пополам, Девлин изготовил заклепки. Пока они не остыли,

сравнил их размеры с пазами и, к своему удовлетворению, убедился, что они подходят точь-в-точь.

Теперь предстояло самое сложное. Если допустить ошибку, топорище треснет; придется искать другой кусок дерева и начинать все заново. Девлин аккуратно зажал толстый конец деревяшки в тиски и прочно закрепил его. Зажав головку топора клещами, он поместил ее в огонь, так чтобы пламя не касалось лезвия – сильный жар испортит закалку лезвия. После того как отверстие в обухе раскалилось докрасна, Девлин вытащил его из огня, потом совместил головку топора с верхней частью топорища. Головка скользнула вниз примерно на два пальца. Крепко стиснув топорище клещами, Девлин взял в правую руку молот и начал осторожно стучать по головке, медленно, почти незаметно глазу, насаживая ее на топорище. Когда показалась верхняя часть топорища, он разжал тиски, но продолжал стучать, добиваясь совмещения, пока отверстия в головке топора не встали точно напротив пазов, проделанных в топорище. Девлин вынул топор из тисков и расположил его так, что головка выдавалась над наковальней. Кинул медные заклепки в железную чашу и поставил ее на огонь. Вскоре заклепки ярко засветились. Вооружившись клещами поменьше, Девлин вытащил чашку из огня, зажал ими первую заклепку и одним ударом вогнал ее в паз. То же самое он проделал со второй заклепкой. Длина заклепок чуть превышала ширину обуха, и короткими быстрыми ударами с обеих сторон Девлин расплющил их, закрепляя соединение. К тому времени, как он закончил, металл уже остыл и больше не светился.

Девлин повертел топор в руках. Заклепки встали почти идеально, хотя на всякий случай топор нужно будет испытать. В прошлый раз Девлина подвела не головка топора и не заклепки, а само топорище.

И все же он справился. Девлин взвесил топор, стараясь видеть в нем только оружие, когда-то разбитое, а сейчас восстановленное. Но он не мог отрешиться от мыслей, ведь топор был прочно связан с его жизнью. Глядя на него, Девлин невольно вспомнил, какую гордость испытал, когда выковал головку, а потом насадил ее на топорище. Увы, эта гордость была омрачена памятью обо всем, что случилось после, и о тех, кого он навсегда утратил.

Девлин долго смотрел на топор, борясь с желанием швырнуть его в огонь и увидеть, как тот расплавится и навсегда исчезнет из его жизни.

– Необычная форма, – заметил подошедший мастер Тимо.

– Когда-то я собирался рубить им деревья, – задумчиво произнес Девлин и, чувствуя, что нужно продолжить разговор, добавил: – У твоего ученика хорошие инструменты.

Каждый кузнец, начиная работать учеником, сам изготовлял для себя инструменты. Качество инструментов, которыми только что пользовался Девлин, как минимум соответствовало уровню опытного подмастерья.

– Еще бы, – просиял мастер Тимо, – ведь он мой сын. Когда-нибудь он станет мастером.

Девлин понимал, что пора уходить, но медлил. Несмотря на непривычное деревянное помещение, это была настоящая кузница и единственное место, которое напоминало Девлину о доме.

Он обвел взглядом полки с наваленными на них брусками железа и стали.

– Мне еще нужны стрелы для арбалета. Я сделаю их сам, если ты позволишь мне заплатить за сталь.

Девлин лукавил: в его мешке лежало с полдюжины стрел. Кроме того, Избранному стоило сказать лишь слово, и он немедленно получил бы требуемое. Девлину были нужны не стрелы, он просто хотел вспомнить, что когда-то представлял собой нечто большее, чем сейчас.