Выбор единорога
Шрифт:
Выходит, черный единорог не счел нужным доносить. Парень растет в моих глазах!
– Да, а посох… - опомнился Андре.
Иветта все еще держала его и, видимо, это давалось не легко, так как она даже побледнела и плотно сжала губы, но жаловаться не собиралась.
Танат, глядя на это, покачал головой, потом, как ни в чем не бывало, подошел и голыми руками вынул Звезду Смерти из навершия. Та радостно мигнула.
– Такие вещи опасны в руках тех, кто их не создал. Прежде всего для
– А вы?
– несколько обеспокоено спросила Иветта.
– О, мои порождения в той или иной степени не могут быть мне опасны, - улыбнулся Танат, польщенный подобным беспокойством.
– Мне вообще ничего не опасно.
С этими словами он подбросил Звезду на ладони, и та рассыпалась снопом искр.
В это время Вилимир коротко вскрикнул и выгнулся дугой, несмотря на израненную спину.
– Что с ним?
– спросила Иветта.
– Не предсмертные же судороги!
– Я не знаю, - растерянно проговорила Ольга.
А я догадывалась, так как руны рабского ошейника горели очень ярко. Но, чтобы увериться, я спросила у Риоллана, бережно обнимающего Вио - и клятва, видать, не помеха:
– Скажи, ошейник может утянуть раба за хозяином?
– К подобной настройке прибегают редко, но у рун вполне хватит на это сил, - и, осознав, в чем дело, воскликнул: - Проклятье! Он же… - и кинулся к Вилимиру, что-то доставая и приговаривая: - Сейчас! Мне же дали…
У эльфа в руках появился странный предмет, похожий на руну, выкованную из чистейшего золота, и при этом она мягко светилась. Руна болталась на цепочке, Риоллан держал ее, как святыню.
Склонившись над Вилимиром, эльф положил руну ему на горло. Тотчас черный единорог вскрикнул и так выгнулся, что грозил сломать позвоночник.
– Ты его, часом, не убить решил?
– обеспокоилась я.
– Нет, смотрите.
Руна заставила вспыхнуть рабский ошейник, но не золотом, а алым, затем руны заклятья подвластья стали осыпаться одна за другой, словно ластиком стирали.
Когда исчез последний фрагмент ошейника, Вилимир хрипло закашлялся, потом, кажется, потерял сознание.
– Ну вот, теперь все, - облегченно вздохнул Риоллан, пряча руну.
– Это универсальная отмычка для таких вот ошейников. Ее запрещено выносить за пределы Таунибу, но Лаантель сделал исключение.
– Я вижу, он и клятву с тебя снял, - усмехнулась я.
– Да, - довольно кивнул Риоллан.
– Он еще просил передать кое-что.
– Что же?
–Вот.
Эльф вручил мне маленький свиток. Я развернула. Древнеегипетский, ну конечно, но руку нельзя не узнать:
"Пусть вечно луна озаряет путь своей дочери!
Я счастлив знать, что драгоценный ключ от моей
Мне недоставало того, чему небо Египта стало свидетелем так давно, что это нынче история даже для нас.
Мой вечный друг и радость в сердце. Надеюсь на встречу.
Ла."
Эти последние строки позволили разглядеть за витиеватой чопорностью того прежнего юного эльфа, что частенько захаживал в наши покои. Мне и правда стало интересно, какой он теперь.
Свернув пергамент и положив его в карман, я сказала:
– Ладно, у нас еще куча важных дел. Как там Вилимир?
– Жив, - коротко ответила Ольга.
Кивнув, я оглядела остальных. Как ни странно, но свежее всех выглядела Вио. Не считая оков, ей, можно сказать, и не досталось. Остальным пришлось хуже. Мы с Иветтой относительно легко ранены, Ольга и Крис тяжелее, ну и два особых случая: Андре и Вилимир. Правда первый все пытался доказать обратное, утверждая, что ему даже перекидываться не пришлось.
– А почему тогда Вилимир не перекинется?
– поинтересовалась главная волчица.
– Не может, так как только-только освободился от сковывающей магии, - пояснил Риоллан.
– Он же не эльф.
– Бедный, - вдруг проговорила Вио, склоняясь над черным единорогом.
– Он так настрадался.
Я удивленно приподняла бровь, но ничего не сказала. Еще раз оглядела остальных и решила:
– Думаю, следует произвести сеанс целительства.
– Забудь!
– в один голос заявили Андре и Иветта.
– Ты вымотана боем и тоже ранена, ты можешь не выдержать или просто истратить всю себя, пытаясь вылечить всех, - урезонивал маг.
– Никто из нас не при смерти, ничего страшного, само заживет. Лучше отправимся домой и займемся лечением старыми проверенными способами, - вторила главная волчица.
– Ладно, - сдалась я.
– Домой так домой. А это место часом не гикнется? Тут же зверья до фига - жалко.
– Это решаемо, - ответил Андре.
– К тому же и впрямь негоже так раскидываться собственностью.
– В смысле, это теперь твое?
– Вроде того. Сейчас я наложу на это место заклятье забвения, и можем отправляться.
– Может, не стоит? Ты еще слаб, - нахмурилась я.
– Это не так уж и сложно, - ответил Андре.
– Хм…
Пока я собиралась высказать еще один аргумент против, этот свинтус щелкнул пальцами, что-то быстро проговорив. Тотчас словно жаром из открытой печки пыхнуло. Он волной прокатился по залу, устремился дальше. А Андре безвольно уронил руку, его дыханье стало прерывистым и неровным, на лбу выступил пот.