Выбор единорога

Якубова Алия Мирфаисовна

Ответом стали выкрики и, как финальная точка, кто-то кинул в меня банкой. Инстинкт сработал мгновенно: поймала на лету прямо у лица и смяла одним движением в лепешку. Репортеры на заднем плане воодушевились. А скины решили перейти в наступление.

Раздался звон разбивающегося стекла. Так, все, дверям пипец. Сразу десяток брошенных банок и бутылок сделали свое грязное дело. И я была на грани неистовства. Зверь так и рвался на свободу. Но сегодня бой человека.

– Ребята, дверь.

Мы стеной стали, отгораживая

покореженный вход. А эти ублюдки поняли нашу перестановку как капитуляцию и рванули напролом.

Первого же я схватила за ворот и ремень и отшвырнула, стараясь им же сбить как можно больше других - как кегли. Уцелевшие попытались накинуться на меня, но Крис не позволил. Рука замахнувшаяся бутылкой хрустнула, ломаясь, двое других получили по зубам.

Началось то, чего я боялась больше всего - уличная драка. Но это не значит, что мы капитулируем. Я для себя решила, что костьми лягу, но не пущу подонков в клуб.

Мы дрались уже без каких-либо условностей. Я как-то успела велеть офигевшему менту:

– Да зови ты уже подкрепление!

Эти бритоголовые оказались до ужаса настырными, но и у нас появилась подмога. Как ни странно, Игнат оставил свою мобилу и встал рядом с нами. Я заметила у него кастет. За Игнатом показался Генка, в глазах которого горел просто-таки огонь джихада.

Так что наши силы маленько выровнялись, и мы взяли клуб в плотное кольцо обороны.

Треть нападавших уже отдыхали, когда наконец-то подоспели менты вместе с омоном, приказав всем стоять и прекратить безобразие. Ага, приехали прынцы на белых конях, когда принцесса сама уже спустилась с башни и надавала по шее дракону, чтоб не приставал.

Когда начались ментовские разборки где наши, где скины (хоть это сделали быстро, и нам не пришлось мордой асфальт подметать), я с удивлением обнаружила, что на нашей стороне дрался еще один неучтенный товарищ - мужик лет тридцати, крепкий, поджарый и не особо рослый. Что сразу бросалось в глаза - так это черные волосы, заплетенные в косу. Вообще в нем чувствовалась примесь какой-то восточной крови.

Пока омон совершал погрузку задержанных, этот мужик подошел к нам и представился:

– Салтан Кудинов. Репортер.

"Татарин" - отметила я про себя, радушно пожимая руку и говоря:

– Лео Войташ. Совладелица клуба.

– Так это вы и есть? Я думал - охранница. Вы дрались, как шайтан!

– Спасибо, - самого-то по скуле съездили, правда мне тоже.
– Но что заставило вас встать рядом с нами?

– Вас было мало, но вы защищали клуб. Не дело мужчины стоять и смотреть на это. К тому же я этих сволочей ненавижу. Кстати, могу я рассчитывать на интервью?

– Потом, когда этот бардак закончится, и все посетители спокойно разойдутся. У меня полон клуб народу.

– Понимаю.

Разборки кто с чем, зачем длились еще часа два. Заявления, разъяснения. Благо нас в отделение

не потащили, чтобы мы еще там объяснялись. Да еще репортеры-журналисты сновали туда-сюда. Правда, я на все это наплевала, так как основной моей целью сейчас было - чтобы все посетители разошлись в полной безопасности. И мне это удалось.

Глава 22.

Менты уехали, потом состоялась небольшая пресс-конференция, иначе журналистов мы просто не выгнали бы. Когда все это закончилось, то я чувствовала себя как выжатый лимон, и позволила Крису с Дени проводить себя в кабинет.

К моему удивлению там расположился Салтан. На мой вопросительный взгляд подруга поспешно ответила:

– Ну не на улицу же его выставлять. А повреждения не те, чтобы скорой сдавать. Но помощь все-таки нужна.

– Ладно, - махнула я.
– Мы тут все без первой медицинской помощи никак.

– Куда тебя ранили?
– тотчас насторожилась Дени. Похоже, она чувствовала вину за то, что не могла выйти со мной, но я-то умею за себя постоять!

– Да ерунда. Скулу вот задели слегка.

– Еще плечо осколком бутылки задело, я видел, - вставил Крис.

– Правда?

Я глянула. В самом деле, сквозь прореху в рубашке виднелась глубокая царапина. Стоило заметить, как тотчас почувствовала боль, но все равно терпимо.

– Я сейчас все промою и наложу повязку, - засуетилась Дени.
– Крис, ты тоже давай, признавайся, где болит?

– Да у меня только ушибы, сами сойдут, - я-то знала, что у него, наверняка, несколько трещин в ребрах из-за принятых на себя ударов, предназначавшихся мне. Но процесс заживления шел вовсю. К утру и он, и я, и Сергей с Геной забудем о своих травмах.

Дени вовсю занялась мной. Как раз когда она отрывала рукав безнадежно испорченной рубашки, вошел Игнат и присвистнул:

– Иди-ка! Лазарет уже полон! Кто последний?

– А что у тебя?
– обернулась я.

– Да ерунда. Руку рассадил, - он продемонстрировал ободранные костяшки пальцев. Дайте пластырь, сам справлюсь.

– Иди лучше сюда, помогу, - вызвался вдруг Крис, усаживая Игната на свое место и вытаскивая из аптечки нужные препараты и перевязочный материал. И минуты не прошло, как все раны на руке были тщательно промыты, смазаны и забинтованы.

– Ну ты прям сестра милосердия!
– удивился Игнат, и тут же добавил.
– Спасибо.

– На здоровье. Курсы первой помощи врезаются в память навсегда, особенно, если их применять.

Кстати, аукнулось мне, Ник к нам так и не пришел. Видать, сдался на милость медсестричек со скорой помощи. Вот охальник!

Я уже вырвалась из заботливых ручек Дени и попросила ее:

– Позови Феликса. Пусть оценит ущерб и займется его восстановлением.

– Хорошо. Только ты уж, пожалуйста, отдохни.