Выбор наследника

Романова Галина Львовна

— Эй, ты! — крикнул он, махнув ей свободной рукой. — А ты правду сказала! Спасибо! Здорово! Я те…

Незнакомка, забравшаяся в карету первой, дернула эльфа за собой.

Прижав руки к лицу, словно силясь затолкать за губы крик, гадалка-смуглянка во все глаза смотрела, как карета уезжает с площади. Прячущийся за ее юбками мальчишка-альфар присел на корточки, закрыл лицо руками. Плечи его тряслись от странной смеси смеха и отчаянных слез.

Полчаса спустя на площадь вылетел Фрозинтар.

Представление закончилось. Толпа

расходилась. Люди бросали монетки в подол юбки гадалки, которая совсем уже оправилась от потрясения и даже улыбалась. Но улыбка сползла с ее лица, когда она заметила продирающегося сквозь толпу наемника. На город спускался тихий летний вечер, сизые сумерки выползали изо всех щелей, и бледно-голубая кожа незнакомца ярко выделялась на фоне загорелых по-летнему лиц. Полумаска осталась в гостинице, и резкие черты его лица поневоле притягивали взгляд. В глазах зловещим огнем горела отчаянная решимость. След Карадора был надежно затоптан массой людей, и наемник уже понимал, что придется прочесывать окрестности в надежде, что толпа уничтожила не все. Он был обязан отыскать беглеца хотя бы потому, что дважды подводить старого шамана Гротха опасно для жизни.

Почувствовав на себе взгляд, он резко обернулся, встретил глаза гадалки — и та охнула, бессильно разжимая руки. Из подола юбки на мостовую просыпался звенящий дождь медяков и серебрушек. Молодая женщина попятилась, закрывая лицо ладонями, но наемник тремя шагами преодолел разделяющее их расстояние и крепко взялся за запястья, отводя руки смуглянки от лица. Ее страх был нормальным явлением — многие женщины, наделенные магическим даром, реагировали на него именно так, но сейчас Фрозинтару было не до того.

— Т-ты его видела? Эльфа? М-молод-дой, веселый, г-глаза наглые? Он д-должен был проходить здесь…

— Нет, — прошептала гадалка, слабо пытаясь освободить руки. — Пожалуйста, не надо…

Если бы это было нужно для дела, он бы ударил женщину. Просто потому, что чувствовал — она что-то знает, но молчит. Наемник болью и страхом выдавил бы из нее признание, если надо, пролив ее кровь, но это стоило бы времени, которого у него нет.

— С-скажи, и я н-не трону тебя!

Она тихо застонала, мало что соображая от страха.

— Смерть, — промолвила гадалка еле слышно. — Всюду смерть… Ты — смерть, и там — смерть… Так не все ли равно?

Взвыв от досады, Фрозинтар оттолкнул женщину так, что она еле удержалась на ногах, и уже бросился бежать, когда краем глаза заметил какое-то движение сбоку. На площади еще оставались люди, но наемника привлек именно этот осторожный жест.

Мальчишка-альфар боязливо озирался по сторонам, выглядывая из-за края помоста.

— Ну?

— Я… вы ищете эльфа? — Альфар поднял на наемника большие глаза с распухшими от слез веками. — Он… был здесь… Он меня спас. Если бы не он, они бы меня… я бы тогда…

— Да г-говори же! — Фрозинтар встряхнул его за плечи. — Н-не тяни!

— Его увезли. — На глаза мальчишки

опять навернулись слезы.

— Кто? — Пальцы впились в плоть.

— Она… леди Арманзор. Она хотела меня… меня убить, а я…

Он осекся, когда заметил, что страшный собеседник — одни красные глаза с вертикальными зрачками, как у нежити, чего стоили! — внезапно осторожно принюхался.

Спрашивать, почему некая леди Арманзор хотела убить альфара, было бессмысленно — от него ощутимо пахло кровью. Да не простой кровью, а женскими месячными выделениями. Инстинкт голодного самца взвыл в полный голос, но наемник сдержался.

— Л-леди Арманзор — магичка?

Альфар только кивнул. Все стало ясно.

— К-куда она увезла Карадора?

— Я не знаю, как этот дом называется, но это во-он по той улице до конца, а дальше повернуть налево. Большой такой дом за каменным забором. Он…

Кивнув, Фрозинтар сорвался с места и бросился бежать.

— Он синего цвета! — догнал его мальчишка и уже хотел ухватиться за пояс наемника, но тот без жалости сбил его с ног ударом кулака:

— Н-назад, дура!

— Я с тобой! — крикнул было альфар, спеша подняться на ноги, но в этот момент две мягкие, но сильные руки схватили его за плечи.

Гадалка крепко прижала подростка к себе, обнимая обеими руками.

— Стой, — тихо, но твердо прикрикнула она. — Если хочешь жить — стой!

— Но он же… он там, — попытался вырваться мальчишка.

— Стой! — повторила женщина и профессионально ловким жестом взяла его левую руку, перевернув ее ладонью вверх. — С ним пойдешь — смерть найдешь. Останешься с нами — дождешься счастья! Как тебя зовут?

— Сед… Седрик.

— Пошли со мной, Седрик, — мягко улыбнулась гадалка. — Расскажешь все, что произошло!

Приобняв все выворачивающего шею и пытающегося оглянуться мальчишку за плечи, она увела его за повозку, не обратив внимания на россыпь монет и девчушек-близняшек, которые торопливо собирали их.

Выйдя из кареты, Карадор с восторгом завертел головой по сторонам, осматривая двор и фасад массивного старинного здания. Судя по форме поддерживающих крыльцо колонн и по отделке этажей, строили его темные альфары — только они могли так работать с камнем.

— Ух ты! Как красиво! — всплеснул он руками. — Вы здесь живете?

— Да, это мой дом. — Женщина, представившаяся как леди Альбета, подала ему руку и поспешила к крыльцу. — Я купила его совсем недавно, как и лошадей, так что прошу не судить строго. Большая часть обстановки осталась от прежних владельцев, а они тут давно не жили. В общем, тут не так роскошно, как может показаться, но на днях я собираюсь обновить все-все-все…

Щебеча, она буквально ворвалась в полутемный нижний зал, откуда две широкие лестницы вели наверх, в два крыла дома, а несколько дверей — во внутренние помещения на первом этаже.