Выбор сердца
Шрифт:
Положив на тарелку щедрую порцию хлеба с сыром и горку пряников, Лили вернулась вниз. Томми и Магз оставались там, где стояли.
Лили освободила стол для шитья и поставила на него тарелку.
— Давайте угощайтесь.
Томми стремительно схватил хлеб и сыр. Немного он оставил себе, а остальное отдал Магзу. В считанные секунды хлеб и сыр исчезли — будто их и не было. Лили дала бы своим гостям и больше, но боялась, что желудок голодного мальчишки взбунтуется и его стошнит.
Она
— Вкусно? — спросила Лили.
Парнишка молча кивнул: щеки его раздувались от последнего пряника. Лили заметила, что тут Магзу досталось меньше.
— Можешь остаться ночевать, если хочешь. Я потушу на ужин мяса с овощами, а на завтрак у нас будет горячий шоколад и бисквиты.
У Томми округлились глаза.
— Ты приготовишь мне ужин?
Лили кивнула. Сердце у нее странно колотилось, переполняемое жалостью — и еще каким-то непонятным чувством.
— А утром сварю шоколад. И здесь намного теплее, чем на улице.
Томми посмотрел на Магза, советуясь со своим псом:
— Что скажешь, парень?
Пес завилял хвостом, громко ударяя им по деревянному полу. Видимо, это означало «да», потому что Томми расплылся в улыбке:
— Ладно, мы останемся.
У Лили на душе стало тепло. Наверное, Томми послан ей в ответ на ее молитвы! У нее теперь есть ребенок, которому она нужна. А он был не меньше нужен самой Лили.
— Пора закрывать лавку. Я запру дверь и быстренько схожу в бакалею, куплю все необходимое к ужину.
Томми кивнул. Пахло от него ужасно, и не меньше воняло от его шелудивого пса. Однако ванна подождет. Нужно, чтобы мальчик уверился в том, что ему рады. Со временем, при удаче, он начнет ей доверять.
Джонатан Сэвидж позвонил в дверь аристократического трехэтажного дома, которым владел Престон Лумис. Дверь открыл дворецкий Лумиса: высокий внушительный мужчина с седеющими волосами.
— Чем могу служить? — спросил дворецкий.
— Меня зовут Джонатан Сэвидж. Я пришел к мистеру Лумису.
— Мистер Лумис вас ждет. Прошу пройти со мной.
Он заранее отправил записку с просьбой о встрече по поводу тех денег, которые вложил в его «предприятие» Лумис. Надежда на прибыль служила хорошим стимулом для быстрого ответа.
Лумис поднялся навстречу вошедшему в гостиную Джонатану. Комната была очень хорошо обставлена. Заметно было, что дорогое убранство подбирал человек с хорошим вкусом. Просто поразительно, чего можно добиться, имея в своем распоряжении герцогское состояние!
— Не ожидал, что так быстро получу от вас известия. — Лумис направился к гостю.
— Нам повезло. Заемщики получили деньги, которых ждали, гораздо раньше, чем планировалось.
— Ясно. Не желаете ли бренди?
— Наверное, не откажусь.
Лумис прошел к буфету и налил понемногу янтарной жидкости в два хрустальных бокала. Джонатан взял предложенный бокал и пригубил его. Бренди оказалось старым и дорогим — одним из лучших, какие ему только приходилось пробовать.
— Превосходное! — Он поднял рюмку к свету, чтобы полюбоваться красивым цветом напитка. — Могу только приветствовать ваш выбор бренди, мистер Лумис.
— Рад, что вам нравится. — Лумис улыбнулся и подкрутил кончики усов. — Тут просто нужны деньги.
Джонатан негромко рассмеялся. Он был третьим сыном, а не наследником фамильного состояния, поэтому все свои финансовые средства заработал сам. Его верфь — убыточное предприятие, которое он унаследовал от деда, — была реорганизована и стала самым прибыльным делом. Другие предприятия, которые он покупал и преобразовывал, также приносили неплохие доходы.
Джонатан отпил еще немного бренди, сунул руку в карман и извлек банковский чек на ту сумму, которую «инвестировал» Лумис, плюс тридцать процентов прибыли. Ради Ройала ему хотелось надеяться, что им удастся вернуть деньги покойного герцога и все эти усилия и траты не окажутся напрасными.
Лумис с удовольствием посмотрел на указанную в чеке сумму.
— Вы дадите мне знать, если снова встретите надежного человека, нуждающегося в краткосрочном займе?
— Я так и сделаю, хотя, как правило, финансирую такие займы сам.
Это была чистой воды ложь. Сэвидж не давал займы под грабительские проценты: хотя репутация у него была хуже не бывает, он не крал чужих денег.
Джонатан допил бренди и поставил бокал на столик полированного красного дерева.
— Приятно было иметь с вами дело, мистер Лумис.
— Взаимно, мистер Сэвидж.
Джонатан вышел из дома, сел в свой экипаж и велел кучеру заехать в особняк Брэнсфорда. Оттуда он собирался отправиться на Джермин-стрит, чтобы навестить свою любовницу.
Он сыграл свою роль. Все было готово для финала. Его совершенно не интересовало справедливое возмездие. Ему просто хотелось, чтобы его хороший друг смог вернуть свои деньги.
Глава 25
Лили не пошла в «Красный петух» в среду. Она просто не могла встретиться с Ройалом: слишком мало времени прошло с той ужасной сцены в лавке. Но к закрытию к Лили явилась Молли Дэниелс и пересказала все, что было решено на встрече.