Выбор сердца
Шрифт:
— Кто-то похитил герцога! — воскликнула старая леди, едва держась на ногах. — Вы должны его найти! Ему надо помочь!
Шерри отвел старушку к кушетке и бережно усадил.
— Рассказывайте, что случилось.
В ответ графиня протянула ему записку, в которой содержалось требование выкупа, ровно вдвое превышавшего сумму, которой Лумис лишился при покупке поддельных акций. Не было никаких сомнений в том, что эти два события связаны между собой. Последняя строчка гласила: «Никакой полиции, иначе герцог умрет».
Шерри
— Все хорошо, миледи, мы его найдем. Я вам обещаю.
И он молил Бога, чтобы это действительно оказалось так.
И вот сейчас, стоя в гостиной Сэвиджа, он обернулся на звук быстрых шагов и увидел своего друга в рубашке и бриджах для верховой езды. Волосы у Джонатана так и остались взлохмаченными после прерванных любовных игр.
— Что случилось? — спросил Джонатан.
— Объясню все по дороге к Найту. Мой экипаж уже у дверей.
Они вышли из дома и отправились на встречу, которую он назначил всем остальным. Не сомневаясь в том, что за похищением стоит Лумис, и имея в своем распоряжении записку с назначенным местом встречи для передачи выкупа, Шерри был уверен, что вместе они сумеют сообразить, где именно этот человек прячет Ройала.
Джек Моран нервно метался по тесной квартирке, которую занимали они с Молли.
— Перестань расхаживать туда и обратно, — посоветовала Молли. — Это ничему не поможет.
— Если он хоть как-то ей навредит… если этот сукин сын тронет хоть один волосок на ее голове — клянусь, что отрежу ему яйца и запихну их ему в глотку!
Молли подошла к Джеку и обняла его.
— Мы просто немного неправильно его просчитали, вот и все. Мы решили, что он смирится с потерями — и на этом все закончится. Кто же мог подумать, что он отыграется на Лили?
— Я должен был об этом подумать. Он ведь чертов Дик Флинн, так? Мне следовало знать, что он так просто не успокоится!
— Перестань себя винить. Сейчас нужно думать о том, как ее вернуть.
Этим вечером Молли зашла в шляпную лавку проведать Лили. Подойдя к черному ходу в переулке, она обнаружила, что дверь распахнута. На крыльце были заметны следы борьбы, а на дверном косяке — следы крови. Лили похитили — но она сопротивлялась.
— Мы найдем способ ее вернуть, моя хорошая, — пообещал Джек. — Я уже велел всем нашим помощникам и всем знакомым шулерам ее искать. Рано или поздно кто-то из них на что-нибудь натолкнется.
— Хотелось бы, чтобы это случилось пораньше! — вздохнула Молли.
— И мне, моя хорошая. И мне.
Лили и Ройал прижались друг к другу на каменном полу, крепко обнявшись. Хотя оба испытывали безумную усталость, заснуть им не удавалось. Их будущее было слишком туманным.
— Я должен сказать тебе одну вещь, Лили, — проговорил Ройал, чуть отодвигаясь. — Мне хотелось сказать это уже очень давно.
Когда
— Что же, Ройал?
— Я люблю тебя, Лили. Не знаю, когда я тебя полюбил. Кажется, будто я любил тебя всегда. Мне чуть ли не десять раз хотелось тебе об этом сказать, но все так сложилось… — Он покачал головой. — В тех обстоятельствах это казалось неправильным.
Ее глаза наполнились слезами.
— Я тоже тебя люблю, Ройал. По-моему, я полюбила тебя сразу же, как увидела — в тот день, когда ты приехал на своем громадном сером жеребце и нашел меня в снегу. Ты спас мне жизнь. Что бы ни случилось, я не пожалею ни об одной минуте, которые провела с тобой.
Ройал снова притянул Лили к себе.
— Если мы… когда мы отсюда выберемся, я разорву помолвку — как мне следовало бы сделать гораздо раньше.
Ее захлестнула волна безумной надежды — и острого страха за Ройала.
— Но ты столько потеряешь! Если Джослин откажется дать тебе свободу, скандал будет невыносимый. Ее отец может даже подать на тебя в суд за нарушение обещания. Ты не можешь это себе позволить, Ройал!
— Меня не волнует скандал, суд или что-то еще. Джослин меня не любит, а я не люблю ее. В глазах Всевышнего ты уже моя жена. — Он нежно прикоснулся кончиками пальцев к щеке Лили. — Как только я увидел тебя здесь, в этом страшном месте, и почувствовал ужас при мысли о том, что твоей жизни грозит опасность, — в этот момент я все понял. В эту секунду мне стало ясно, что по-настоящему важно.
Слезы побежали по щекам Лили.
— Ройал…
— Деньги того не стоят. Даже слово, которое я дал отцу, не имеет значения. Я не могу сделать то, против чего протестует все мое существо.
Она смахнула слезы со щек.
— Я знаю, как важно для тебя твое слово, Ройал. Если ты нарушишь клятву, в каком-то уголке твоей души навсегда останется чувство вины.
— Возможно. Но даже если так, это не имеет значения. Важно только одно — та любовь, которую я к тебе испытываю, Лили. — Он взял ее ледяные руки и улыбнулся, глядя ей прямо в глаза. — Как только все это будет позади и я буду свободен и смогу жениться, я задам тебе тот вопрос, который живет у меня в сердце.
Она сглотнула, чувствуя, как спазм перехватил ей горло.
— А я дам тебе тот ответ, который мечтаю дать.
Ройал склонился над ней и очень нежно поцеловал, оберегая распухшую губу и ссадины на лице. Этот поцелуй был сладким и невинным — но даже в этом сыром и затхлом подвале у Лили быстрее забилось сердце. При иных обстоятельствах такой поцелуй мог бы привести к чему-то большему: к прикосновениям, ласкам, любовному союзу.
— Нам надо остановиться, — хрипло сказал Ройал. — А то я уже начинаю думать о том, что сделал бы, будь это наша первая ночь после свадьбы. Этого здесь не произойдет.