Выкуп
Шрифт:
Олег думал, что отец привезёт закрытый гроб, и открывать его не станут. Но Костя шепнул ему:
– Мне сказали… Китайцы такие искусные бальзамировщики, просто чудеса делают!
Это оказалось правдой. Когда в соборе, перед отпеванием, стали снимать крышку гроба, Олег невольно прикрыл ресницами глаза. И поднял взгляд только после того, как Арина тихонько сказала:
– Какая она красивая! Даже теперь…
Инга казалась такой же, как при жизни, даже выражением лица. И Олега окутала спокойная, какая-то умиротворённая
Теперь, через три дня после похорон, он сидел в кафе, перелистывал новую книгу Окуджавы, ждал Аринку. Она появилась из-за угла, помахала ему рукой, и через минуту села рядом – раскрасневшаяся, с блестящими глазами, пахнущая цветами, горным воздухом, Бог знает чем совершенно обалденным! Выпила бокал сока и потянула Олега за руку:
– Пойдём!
Он даже не стал спрашивать куда – ему было всё равно, лишь бы рядом с ней. Сунул книгу в небольшую сумку-планшет – кембриджскую модную новинку, забросил ремешок через плечо… Девушка, конечно же, не догадывалась, что в этом планшете лежит ещё и небольшой пистолет – тоже новинка, но другого рода. Сразу после похорон Инги отец заставил Олега взять этот пистолет.
В тот вечер они вдвоём вернулись на машине из ресторана, где проходили поминки. И буквально минут через пятнадцать отец зашёл к сыну в комнату. Положил перед ним на столике пистолет – такой аккуратный, словно красивая игрушка, – и рядом пластиковую карточку.
– Оружие оформлено на твоё имя, – сказал, садясь рядом и обнимая Олега за плечи. – Носи всегда с собой, прошу тебя. Стрелять ты умеешь, я знаю.
Олег взял пистолет – тот лёг в ладонь, как влитой! Стрелять он, конечно же, умел: в своё время, ещё до Англии, занимался здесь и карате, и фехтованием, и верховой ездой, и стрельбой… Посмотрел внимательно на отца – лицо скорее сосредоточенное и жёсткое, чем печальное и растерянное.
– Ты подозреваешь, что Инга умерла не сама? – спросил с внезапной догадкой.
– Подозреваю!
– Какие же у тебя основания? – удивился Олег. – Мне твой помощник и секретарь, которые летали с тобой на Гавайи, оба одно и то же рассказали: полиция в Гонолулу провела расследования и пришла к выводу – несчастный случай. Неисправный электрический прибор упал в воду…
– Да, всё выглядит, как несчастный случай. – Барков криво усмехнулся. – Как всегда…
– Что «всегда»? – не понял Олег, но от этих слов и от усмешки отца ему стало очень тревожно.
– Ещё не время. Я тебе потом расскажу… Возьми пистолет, а ещё я к тебе охранника приставлю.
– О, нет! Папа, это совершенно лишнее! Я верю, у тебя есть основания чего-то опасаться, но… я встречаюсь с девушкой! Смешно ходить на свидания с охранником!
Барков задумчиво смотрел на раскрасневшееся лицо сына, потом вздохнул.
– Понимаю. Хорошая девушка, мне понравилась. Но, в таком случае, Олежка, обещай, что будешь очень осторожен и внимателен. Тем более что рядом с тобой девушка!
Олег
– Олежка, ты помнишь того милицейского майора? Кандаурова? Как его имя-отчество?
– Помню, конечно: Викентий Владимирович. А что, ты хочешь с ним поговорить?
Краем глаза Олег увидел, как у Кости на лице промелькнула кислая гримаса. Отец же кивнул утвердительно.
– Да, хочу. Он мне понравился тогда… в той истории с тобой и Серёжей Лунёвым. Показался и профессионалом толковым, и человеком хорошим.
– Викентий Владимирович Кандауров, – повторил ещё раз Олег. – Из управления уголовного розыска.
Он бросил взгляд на двоюродного брата, но у того на лице было выражение покорности: мол, делайте, что хотите.
Глава 19
С первой минуты, когда Вадиму позвонили и сказали о смерти жены, и до похорон Инги он пребывал в настоящем шоке. Никто этого не замечал, наоборот, всем казалось, что Барков собран и энергичен. А он был в полном, отупляющем отчаянии. Но прошло несколько дней, и это состояние сменилось другим – злостью. Причём такой сильной, что перебарывала даже страх за жизни Олега и Кости! Как могли эти мерзавцы!.. Ведь он на всё согласился! Правда, Костя высказывал ему свои сомнения:
– А вдруг смерть Инги и правда случайность? Ведь такое может быть?
– Я в такие случайности не верю! – жёстко отвечал Вадим.
Однако же он не стал останавливать уже начатую комбинацию Штрасселя. Сказал Косте:
– Пусть первая часть суммы пойдёт… Посмотрю на их реакцию!
И ответ на его сайд пришёл: «Деньги получены. Ждём следующих переводов в обусловленные сроки».
– Вот видишь, дядя! Всё-таки случайность!
Но Барков упрямо качал головой:
– Я хочу знать совершенно точно. Время до следующего перевода есть, и я проведу своё расследование!
– Ты что, в органы хочешь обратиться? – У Кости даже дрогнул голос. – Разве можно? Ведь тут столько замешано…
– Знаешь, дорогой, в данной ситуации я ни перед чем не остановлюсь, – жёстко отрезал Вадим. – Но милицию впутывать я и сам не хочу. Надо подумать…
Вадим на следующий же день после похорон уже вышел на работу, и Костя вместе с ним. И не раз Костя, заходя в кабинет, заставал президента Баркова в глубокой прострации. «Решает, что же делать», – с внутренней дрожью думал молодой человек. Но это было не совсем так. Часто в эти дни Вадим надолго уходил в себя, вспоминая двух своих жён. Таких молодых, красивых и очень любимых им.