Вымощена
Шрифт:
Мне потребовалась минута, чтобы успокоиться, а затем я снова заговорила:
— Я понимаю, что мы из разных миров. Ты лидер и боец, привыкший, чтобы тебе повиновались, но со мной нужно разговаривать. Независимо от того, что происходит между нами, наши отношения никогда не сложатся, если ты продолжишь командовать мной, вместо того чтобы просто поговорить.
После слов «наши отношения никогда не сложатся», его тело стало неподвижным, словно камень. Это утверждение разрывало мне сердце и выворачивало внутренности, но оно было правдой.
— Я
— Слишком сильно, — прохрипел он.
— И я люблю тебя, но ты не можешь так обращаться со мной.
Его ладонь легла на мою.
— Я не позволю ничему разрушить то, что есть между нами.
Я открыла рот, чтобы ответить, но затем снова закрыла. У меня не нашлось достойного комментария.
— Пожалуйста, не поступай так со мной, — наконец, попросила я.
— Я попытаюсь разговаривать с тобой. Это будет трудно, но я постараюсь, — я улыбнулась и поцеловала его в щеку. Это было больше, чем я ожидала. — Но ты должна слушать меня. Я знаю свой мир и этих существ. Я никогда не хотел, чтобы ты сталкивалась с чем-то подобным.
— Из-за того, что произошло между тобой и Лилит?
Его верхняя губа скривилась от отвращения.
— Она не должна была упоминать при тебе о нашей встрече, но не из-за этого, хотя я бы хотел, чтобы ты ничего не слышала. Я не могу оградить тебя от всего, но хочу защитить от ужаса моего мира насколько это возможно. Ты и так видела гораздо больше, чем большинство людей, которые были подготовлены иметь дело с худшим, а ведь на твоих плечах лежит тяжелая ноша. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе было хоть немного легче.
— Кобаль, — выдохнула я, мое сердце растаяло от его слов. Я не могла продолжать обижаться, когда он говорил так искренне.
— Но ты должна пообещать, что если я опять начну командовать, а тебе не понравятся мои приказы, то ты не попытаешься сбежать. Лучше порази меня огнем…
— Мой огонь не действует на тебя.
— Или поджарь мою задницу одним из своих шаров жизненной энергии…
— Я только что с помощью него убила демона. Значит, я никогда не использую эту силу против тебя.
— Лилит не предвидела подобного, так как не имела понятия, на что ты способна. В следующий раз ударь меня чем-нибудь, я буду готов к этому, но никогда больше не убегай, — сжав мою руку, он поднял ее и положил на свое сердце. — Когда я обнаружил, что ты ушла, — его глаза, когда встретились с моими, напоминали черные бездны эмоций, — то впервые в жизни я ощутил сильных страх.
У меня перехватило дыхание от его уязвимости. Кобаль обладал многими качествами, но среди них не было уязвимости и открытости.
— Больше так не делай, Mah Kush-la.
— Я никогда не сбегу снова, а при споре просто чем-нибудь ударю тебя, — поклялась я.
— Хорошо.
— Знаешь, до нашей встречи я всегда была рассудительной и не отличалась вспыльчивостью, по крайней мере, не проявляла ее так часто.
Кобаль выгнул бровь.
— Сомневаюсь.
— Это правда, —
На его лбу запульсировала вена.
— И куда ты шла?
— Я приходила к своей подруге, Лизе, и ее родителям.
— Тебе нравилось жить с ними?
— Нравилось, — призналась я. — Мама Лизы каждое утро готовила нам завтрак. А ее отец всегда играл с нами в игры. Каждый вечер они устраивали семейные ужины. Я ловила для них рыбу не потому, что была должна, а потому, что хотела. Они считали меня частью семьи, соответственно относясь ко мне.
— Тогда зачем ты возвращалась домой?
— Гейдж был огромной занозой в заднице. В итоге моя мать соглашалась впустить меня домой. А я возвращалась из-за братьев. Думаю, родители Лизы приютили бы Гейджа и Бейли, если бы могли, но моя мать никогда бы не позволила этого.
— Почему?
Я снова уставилась на дорогу, проносящуюся под моими ногами, и сала обдумывать вопрос.
— Потому что никто бы не кормил и не ухаживал за ней. Матери было бы некого оскорблять, а она действительно наслаждалась этим. Единственное, в чем она когда-либо находила удовольствие. Причина, по которой я согласилась оставить братьев, когда Мак пришел за мной, заключалась в том, что я попросила о приюте для них у Лизы. Иначе я бы сражалась с Маком до смерти.
Кобаль настолько сильно стиснул руль, что костяшки его пальцев побелели. Он медленно отвернулся, но я ощущала напряжение в его теле.
— Твоя мать била тебя?
— Ее самым серьезным оружием были слова.
— Так она била тебя? — рыкнул он.
Я не отвела взгляд от золотых угольков, полыхающих в его глазах, когда Кобаль снова посмотрел на меня. Если бы сейчас перед ним стояла моя мать, то он выпотрошил бы ее, даже не моргнув глазом.
— Я не могла давать ответную реакцию, — произнесла я, игнорируя вопрос. Я предпочитала не вспоминать те несколько раз, когда была уверена, что она, наконец, осуществит свое желание и убьет меня. — Рядом с ней мне стоило быть как можно спокойнее. Она забрала бы у меня братьев, если бы я что-то предприняла. С тобой же я не могу управлять эмоциями. Ты заставляешь меня сначала действовать, а затем думать.
— Из-за меня ты теряешь контроль.
Я прижалась к его боку.
— Да.
Он прикоснулся пальцами к моему лицу и откинул выбившиеся пряди волос.
— Почему?
— Я не уверена. Мне комфортно рядом с тобой, ведь что бы я ни делала… — мой голос затих, я села и попыталась разъяснить свои мысли: — Ты злишься на меня, пытаешься командовать, но никогда намеренно не причиняешь мне боль. Что бы я ни говорила и ни делала, ты не отворачиваешься от меня, не пытаешься наказать и обидеть. Я оттолкнула тебя, а ты все равно привел моих братьев.