Вырай

Боровикова Екатерина

Галина повернулась к сыну. Тот невинно потупил глаза.

— Смотри мне. Мы ещё не всё обсудили, ты понял меня?! Витя, если что, его за ухо и в машину.

— Галка, я и свою за ухо, если что. Не переживай.

— Пап, нам ехать пора. Скоро полночь.

***

В какой-то момент Сычков попросил дочь достать из «бардачка» блистер с таблетками. Марина взволнованно посмотрела на отцовский профиль и вдруг осознала, что он очень волнуется. Просто, в отличие от мамы, умеет держать эмоции в узде.

Когда проезжали мимо

остановки, едва не попали в аварию — женская фигура бросилась прямо под колёса. Виктор резко затормозил и, ругаясь, потянулся к ручке дверцы.

— Дядь Вить, обалдели? Ехайте дальше! Звука удара не было, это не живое! Щас выйдете, оно вас схомячит за милую душу.

Мужчина послушался.

Красноселье настороженно молчало. В некоторых окнах горел свет, но на улице никто не разгуливал. Ещё прошлым летом в такое время деревня радовалась жизни — молодёжь разъезжала на мотоциклах и мопедах, из машин звучала музыка, слышался смех. Этот год изменил людские привычки бесповоротно.

Старенький «Опель» бодро выехал за защитную черту и притормозил. Виктор облокотился на руль и всмотрелся в темноту. Словно приветствуя людишек, Лес на берегу окутался Туманом.

— Пап, поехали. Чем больше стоим, тем больше внимания привлечём.

— Точняк. И наших, с погонами, и ихних, с клыками и гипнозами.

Мужчина медленно повернул за огороды.

Машина тихо кралась по двухколейной дорожке, которую проложили трактора. Проехать оставалось метров пятьсот, а там, у своего участка, их ждал биолог.

Марина немного трусила. Причём она боялась не Чёрта — последнюю неделю Сычкова усиленно изучала написанные неизвестным языком книги из пещеры Ольги-Иры. Поначалу девушка не знала, как подступиться к тексту, но потом догадалась читать не глазами, а Силой. И дело пошло. Кое-что из колдовства стало получаться, так что молодая ведьма самоуверенно считала себя достаточно опытной, чтобы противостоять такому противнику, как Чёрт.

Переживала Марина по другой причине — не отрежет ли что-нибудь отец в порыве гнева Максиму Андреевичу.

Но оказалось, Сычков-старший имел мнение, отличное от мнения жены. Выйдя из машины, мужчина в первую очередь пожал руку учителю:

— Большое спасибо. Как я понял, если б не вы, не видать бы нам Марусю живой и здоровой. И архаровца этого.

Бондаренко смутился:

— Что вы. Они и сами молодцы.

— Ну, как? — Сменил тему Виктор. — К чему нам быть готовыми?

Макс подумал, потом ответил:

— К галлюцинациям. К обману. Больше ничего не могу сказать.

— А что ему надо?

— Наша домовичка написала, что нечистый настроен вполне мирно, возле компьютера оставила вот это. — Максим достал из кармана камешек с надписями.

— Дайте гляну. — Протянула руку Марина. — Похоже на защитную руну. Только я на всякий случай и свою защиту поставлю, вы не против? Пап, дай ножик.

Виктор хмыкнул, но ничего не сказал —

он всё ещё не мог привыкнуть к такой дочери — взрослой, сильной, немного отстранённой. К ведьме.

А девушка стала вполголоса шептать и чертить круг, в который заключила мужчин, себя и машину. Потом отдала нож отцу, сложила руки лодочкой, что-то прошипела в ладони, и между ними появился небольшой комочек зелёного света. Макс и Славка на это никак не отреагировали, а Сычков отступил на шаг. Потом, словно устыдившись, вернулся на прежнее место.

Комочек ярко вспыхнул и исчез. На несколько секунд засветился защитный круг, но затем и он погас.

— Всё. Мы готовы. Пусть приходит.

Глава 63

Ожидание не затянулось. Уже через несколько минут из Леса выехал микроавтобус. Водитель не скрывался — из открытых окон лилась зажигательная попса, фары перемигивались в такт музыке, на крыше танцевали длинноволосые девушки и заливисто смеялись.

— Так, мужчины. Заткните уши. Это зазовки. Всех вас я удержать не смогу, ещё поубиваете друг друга, — напряжённым голосом сказала Марина.

Но волновалась она зря. Машина остановилась в паре десятков метров от парламентёров, «девушки» легко спрыгнули и уплыли по воздуху обратно. Открылась задняя дверь, и наружу повалила целая толпа всевозможных существ — и маленьких, и больших, и прозрачных, и обросших листьями, и прекрасных, и уродливых. Весёлой толпой они унеслись вслед за зазовками.

Лишь тогда со стороны водителя открылась дверца, и из автомобиля вышел Чёрт.

Выглядел он прекрасно. Небеленый льняной костюм превратил козлоногую кряжистую фигуру в фигуру широкоплечего крепыша. Пиджак был расстёгнут, и люди увидели яркую майку с надписью: «Скупаю души по безналу, дорого».

— Твою ж ты мать! — Вырвалось у Виктора. — А чтоб меня катком переехало, ну и рожа!

— Уважаемый, я бы поостерёгся с пожеланиями на вашем месте, — хрюкнул Чёрт, — берите пример с дочери — она в восторге от моего сегодняшнего образа.

— Не то, чтобы в восторге. Просто уважаю людей с чувством стиля. Правда, ты не человек.

— И то верно, ведьмочка. Но спасибо за комплимент. Если твоего папашу нервируют рога и пятак, могу принять более цивилизованный вид.

— Да уж, пожалуйста. — Марина была сама вежливость.

Морда Чёрта смазалась, а затем на месте свиного рыла люди увидели вполне человеческое лицо — небольшой нос картошкой, русые волосы и светлые глаза.

— Так лучше?

— Может, прекратим расшаркиваться? Зачем ты нас позвал? — Макс не пожелал поддерживать беседу о моде.

— Во-первых, не вас, а одного тебя, подготовленный. — Чёрт материализовал рядом с собой небольшое кресло. — Но я понимаю, почему ты притащил сюда группу поддержки, и зла не держу.

Нечистый сел в своё кресло и радостно выпалил: