Высшее Благо
Шрифт:
– Сложно поверить, что что-нибудь таких размеров вообще когда-нибудь способно пасть, - сказал Яил, когда я задумчиво смотрел на очертания гряды зубчатого рокрита. Он снова был в терминаторской броне, на которой красовалось несколько новых зарубок в керамите. Соответственно он возвышался над всеми в отдающем эхо зале, пока величественно маршировал средь расположенных в шахматном порядке панелей управления, сервы, завидев его, разбегались точно нервные мусорные крысы, и если быть честным, то кто мог их за это винить?
– Мы оба знаем, что падет, если ниды соберут достаточно организмов на земле, - ответил я ему и он кивнул.
–
На секунду мое воображение наполнило пески под нами океаном чудовищ, и содрогнулся от этой мысли. Затем Яил продолжил с полной уверенностью:
– Однако с нами наша стратегия и вера в Золотой Трон. Так что я знаю, на что мне полагаться.
– Хорошо сказано, - согласился я, потому что всегда лучше соглашаться с двухметровым генетически улучшенным сверхвоином, облаченным в крепчайшую броню, известную человечеству.
– А я предпочитаю полагаться на силу интеллекта, - сказала Килдхар, подходя к нам после беседы с капитаном машины. О чем бы они не говорили, она явно было недовольна.
– Определенно это самое мощное оружие, которым Омниссия соблаговолил наделить нас.
– Значит вас определенно одарили больше, чем меня, - ответил я, поскольку мое настоящее мнение выражать было бесполезно.
– Как продвигается ваше исследование?
Как только я закончил вопрос, я осознал свою ошибку. Я еще никогда не встречал техножреца, который никогда не обобщал свои ответы и пускался в детальное объяснение того, чем были одержимы. Если у них были аугметические легки или вокс-кодеры, им даже не нужно было делать паузы для дыхания, и они могли бубнить часами [147]. Но к счастью у Килдхар не было ни того, ни другого, и всего лишь через пару минут я смог вставить слово. И если во время лекции мой взгляд терял осмысленность, то я всегда мог сослаться на усталость от нашего похода по пустыне, хотя сомневаюсь, что она заметила это.
– Пожалуйста, в терминах, доступных дилетанту, - при первой же возможности добавил я.
Это видимо ее совершенно смутило, потому что она перестала лепетать и тупо уставилась на меня, словно сервитор, столкнувшийся с проблемой, не предусмотренной программой.
– Мы ведем несколько многообещающих изысканий, - ответила она мне после продолжительной паузы.
– Например?
– подтолкнул ее я.
– Субмоллекулярное смещение нейромедиатров в мозговой ткани организмов под управлением разума улья предполагают некоторые интересные возможности, - выдала она наконец-то, - конечно же сложно воспроизвести необходимые условия в крепости, без оттаивания узла улья, добытого на Нускуам Фундументибус, но апотекарий Шолер держался точно адамант, что мы даже не будем пытаться.
Последнее она произнесла с некоторым раздражением, что заставило меня подозревать, что именно она была сторонницей этого эксперимента, но ей твердо запретили. Из них двоих Шолер явно был не столь безрассуден, и несмотря на мои изначально сильные сомнений насчет исследований, мое мнение о нам значительно улучшилось.
– Однако у нас появились кое-какие успехи с симуляцией на когитаторах, что позволило нам полагать, что мы возможно сможем внедриться в управляющий механизм.
– Вы можете глушить разум-улья?
– с внезапно вспыхнувшей надеждой ошеломленно спросил я. Если это возможно, то даст в руки человечеству огромное
– Теоретически, - ответила Килдхар, - хотя поиск эффективного метода потребует намного большего времени на исследования.
– Которого у нас нет, - завершил я.
– В данном случае, к сожалению да, - согласилась она, - предотвратив неожиданный побег, я рассчитала необходимое время на исследования и это порядка двух, трех десятилетий.
К тому времени Фекандию или уже давно спасут обычным способом, или же она превратится в бесплодный шлак накопившего силы флота-улья, достаточного чтобы поглотить весь Залив.
– Лучшим выходом будет поддерживать блокаду, - твердо заявил Яил, - если Флот причинит им значительные потери, тираниды будут вынуждены отступить в поисках добыче полегче.
Он подошел к гололиту в углу, я почему-то был всецело уверен, что его туда смонтировали только ради меня, и как только он активировал устройство, появилось знакомое изображение Фекандии и космических кораблей на орбите.
– Пока они не получат плацдармы на поверхности, они не смогут восстановить биомассу, что теряют. Нам нужно просто продержаться до переломного момента.
– Если сможем, - ответил я, тщательно изучая тактический дисплей, - у них много кораблей в резерве, и каждый подбитый с нашей стороны открывает брешь в орбитальной обороне. Как только они понаделают достаточно дырок, они сразу начнут высаживаться.
– Мы отбили первый налет, - сказала Килдхар так, словно она самолично стояла за оборонной турелью. Мы с Яилом обменялись взглядами.
– Это не было налетом, - со всей осторожностью ответил я, - они просто пробовали нашу защиту. А те организмы, что долетели до поверхности - это просто бонус.
– К счастью большая часть упала в пустыню, - добавил Юрген, - если бы они шлепнулись в улей, то навели бы там настоящего шороху.
– Некоторые шлепнулись, - ответил Яил, если он был поражен тем, что вмешался мой помощник, то не подал виду. Он снова поигрался с гололитом, и на поверхности планеты показалась россыпь иконок, - к счастью лорд-генерал предусмотрел непредвиденное, и Имперская Гвардия отбила вторжение.
– В этом он хорош, - отсутствующе произнес я, изучая изображение с возрастающим чувством беспокойства. Как я и ожидал, большая часть иконок тиранид располагалась рядом с населенными центрами, представляя собой самое большое скопление биомасы, но так же виднелась небольшая группа в пустыне, примерно там же, где и мы.
Ладошки снова закололо. Я не мог сказать почему, но что-то в этой маленькой группке иконок казалось мне зловещим. На мирах-добыче тираниды обычно высаживались в пустошах, в этом не было ничего необычного, и там они взращивали силы для тактики ударь-и-беги - я ее почувствовал буквально своей шкурой уже очень много раз - но вот так вот сразу не мог припомнить ни единого случая, чтобы они наносили одновременные удары по столь непримечательной цели. Места приземления в пустыни определенно были достаточно близки друг к другу, а не разбросаны случайно, следовательно направлены разумом улья и имеют вполне конкретную цель.