Выстрел (сборник)
Шрифт:
Мое появление произвело сенсацию. Конечно, я вошла в своем профессиональном костюме. Это было черное бархатное платье, вышитое по подолу знаками зодиака и символами семи планет. Шитье было выполнено серебряным швом. Фотографии мои и сейчас есть в продаже, да и в журналах можно посмотреть иллюстрации. Мои блестящие черные волосы были завиты в мелкие локоны, которые венчала диадема из серебряных звезд. Когда я и мисс Уольден прошли по комнатам, началось всеобщее волнение: все обернулись и точно остолбенели.
Мисс Уольден подвела меня к лорду Чарнворту, который
Я ответила на его поклон с чувством собственного достоинства и села в кресло, которое было приготовлено для меня возле кушетки лорда. Вслед за мной вошли гости, и вся комната мгновенно заполнилась зрителями, ожидавшими начала моих предсказаний. Мисс Уольден заняла кресло как раз против меня.
— Не начать ли нам? — воскликнула она. — Кто первый? Выходите вперед!
Толпа, тесно окружавшая меня, при этих словах подалась назад. Лишь одна дама, одетая в весьма эксцентричный костюм, темно-зеленый сверху и переходящий постепенно в кремовый книзу, что делало ее похожей на рыбу, — сказала:
— Неужели мы будем гадать при всех? Разве у вас не найдется отдельной комнатки, куда мы могли бы уходить поодиночке и там узнавать свою судьбу?
— О нет, леди Эвелина, об этом не может быть и речи! — возразила мисс Уольден. — Наоборот, мы хотим именно того, чтобы наша судьба была предсказана при всех. Тогда у нас будет возможность судить, насколько правдивы окажутся предсказания.
— Во всяком случае, это ведь необязательно для всех? — спросил еще кто-то из гостей. — Гадать будет только тот, кто захочет? Не правда ли?
— Конечно, только тот, кто захочет! — ответила мисс Уольден. — Господа, неужели никто из вас не проявит храбрости?
— Только, пожалуйста, не ты будь первой! — сказал ей лорд Чарнворт.
Вперед выступили двое желающих. Один из них особенно привлек мое внимание. Это был высокий, красивый молодой человек с черными волосами и усами. Его лицо свидетельствовало о немалом уме и решимости. Я заметила, что в его поведении по отношению к мисс Уольден явно наблюдался особый интерес. И это притом, что их общественное положение сильно различалось.
— Если вы не против, — сказал он, — я к вашим услугам.
Мисс Уольден перевела взгляд на другого молодого человека, выступившего вперед. Его наружность была гораздо менее привлекательна. Он был на год или на два моложе первого, но толще и не столь грациозен. Русые волосы и угловатое, покрытое веснушками лицо указывали на его шотландское происхождение, движения были робкими и неловкими.
Мисс Уольден, очевидно, не жаловала его своим расположением. Девушка смотрела то на одного, то на другого, точно ей хотелось отдать предпочтение первому и в то же время она боялась обидеть второго.
— Благодарю вас, господин Пераун, — обратилась она к брюнету, а затем, улыбнувшись
Пераун поклонился, ни одним жестом не выразив своего разочарования, и скромно отошел. Сэр Патрик выступил вперед, робко присел передо мной и покраснел.
— Какую руку, мадам? — тихо спросил он.
— Я читаю по обеим рукам. Левая покажет мне вашу судьбу, а правая — как вы осуществите ее.
Патрик протянул вперед свои огромные руки. Чтобы выгадать время, я задала ему один из вопросов, рекомендуемых в моих книгах:
— Вы не левша?
— Нет, мадам.
— Вы можете выполнять различные действия левой рукой?
Патрик нахмурился.
— Кажется, обе руки у меня работают хорошо, — ответил он.
Подобные вопросы порой оказываются незаменимы для того, чтобы выиграть время, а это в настоящую минуту было мне необходимо. Обстоятельства, при которых мне приходилось теперь демонстрировать свое искусство, были совсем иными, чем те, к каким я привыкла. Понятно, что я не могла общаться при полной аудитории с той свободой и легкостью, с какой говорила в приватной беседе. Поэтому я должна была тщательно обдумывать, что именно произносить вслух, и с величайшей осторожностью взвешивать каждое слово.
К счастью, в случае с сэром Патриком мне не потребовалось долго думать. Его линия жизни была обозначена очень хорошо, без каких-либо пересечений. Я сказала ему, что лишь в детстве жизнь ему не улыбалась, и он подтвердил, что, будучи ребенком, долго страдал от сильного кашля и других болезней, а на сообщение, что недавно его постигла утрата близкого человека, он воскликнул: «Действительно! У меня не так давно умер отец!» Больше мне ничего не оставалось сказать ему, за исключением разве того, что его жизнь обещает быть спокойной и благополучной, без сильных ударов судьбы.
— Линия сердца, — продолжала я, — хорошая. В общем, вы должны быть счастливы. Вы встретите хороших друзей и сердечные привязанности, хотя и испытаете разочарование. На вашу жизнь окажут серьезное влияние две женщины: одна пожилая, почти старуха, а другая — девушка, которую вы любите очень горячо. Но вас ждут какие-то препятствия: или вначале она не будет отвечать вам взаимностью, или же у вас окажется соперник. Линии указывают на брюнета. Хотите ли вы спросить меня о чем-нибудь еще?
Я заметила, что молодой человек покраснел до ушей.
— Нет, благодарю вас, мадам! — воскликнул он с таким облегчением, что взрыв смеха огласил аудиторию.
Сэр Патрик встал и тотчас удалился в конец зала, а мисс Уольден стала искать ему преемника. Никто не отваживался занять свободное место.
— Господин Пераун, — сказала она, — надеюсь, после вас осмелятся и другие!
Пераун занял место передо мной и протянул мне руку. С первого же взгляда я поняла, что вижу перед собой совершенно иную ладонь, чем та, с которой только что имела дело. Это была рука примечательная во многих отношениях, и, чтобы правильно по ней предсказывать, требовалось некоторое искусство.