Выстрел в окно

Касьянов Г.

– Ты чего это?

– В больнице набрался,- объяснил интеллигент и,опомнившись,стал произносить общепринятые литературные слова,суть которых сводилась к следующему: все мы живём среди слухов и пользуемся слухами,потому что никто из нас,прошу прощения,свечку при всяких там делах не держал и за руку никого не ловил.То,что мы узнаём с чужих слов - всё это слухи.И он тоже узнал с чужих слов; одна сестричка передавала другой смену и заодно информировала - вполголоса,конечно,о событиях прошедшей ночи...

– Я всё понял,Фомич,- прервал я его.- Твой слух заслуживает доверия.Когда на работу выходишь?

Оказалось,что

работы у него накопилось непочатый край,поэтому приступает он к ней завтра же с утра.Пожелав друг другу спокойной ночи,мы на этом расстались.

* * *

Но спокойной ночи не получилось,невзирая на добрые пожелания.Около одиннадцати вечера позвонила старая - не годами,конечно!
– но,тем не менее,прочно забытая знакомая по имени Ларисочка Сергеева.

– Филиппо-ок!
– запела она.- Узнал? Я же помню,что ты рано не ложишься...Извини,выручи меня по старой памяти...

Оказалось,что Ларисочка находится рядом,на остановке городского транспорта,в ста пятидесяти метрах от моего дома,и пропадает без денег.Срочно нужны хотя бы сто рублей.Отойти от остановки сейчас она никак не может,почему - потом объяснит,и звонит из автомата в надежде,что я не сочту за труд прямо сейчас добежать до злополучной остановки и ссудить её деньгами.

– Ты ближе всех живёшь,- объяснила она,- поэтому я про тебя вспомнила.

– Ни хрена себе,- удивился я.- Только поэтому?

Ларисочка хохотнула.

– Не-ет,не только,- опять запела она.- Я вообще о тебе не забываю.Не то,что ты...

– Сейчас подбегу,- пообещал я.- Ты как на этой остановке,вообще,оказалась? Ты же с другой уезжаешь.

– Я всё объясню,- заявила она.- Только денег принеси.

Я оделся,взял на всякий случай двести рублей и пошёл на остановку.Оставлять женщину на ночь глядя один на один с трудностями нехорошо.Тем более,что мы были когда-то соседями,даже весьма близкими...Впрочем,теперь она замужем и могла бы,в принципе,обратиться к мужу.Но я живу ближе.

На остановке в свете жёлтых фонарей скучали несколько задумчивых фигур.Фигуры вглядывались в проезжавший мимо автотранспорт.Ждали подарка судьбы.Среди ждущих Сергеевой не было.Я повертел головой,увидел стоявшую у обочины рядом с остановкой холёную тойоту,и более ничего интересного не обнаружил.Интересное обнаружилось само.

– Филипп!

Ларисочка стояла слева на затенённой части тротуара метрах в двадцати от остановки и призывно махала рукой.Рядом с нею был мужчина.Я не спеша подошёл и поздоровался.

– Здравствуйте,- ответил мужчина с явным кавказским акцентом.Лет ему было около сорока и обе руки он держал в карманах.Возможно,из миролюбивых намерений,чёрт его поймёт.

– Спасибо Филипп,- сказала Ларисочка.- Деньги уже не нужны.Вот Мурат хочет с тобой поговорить.- И,оборотясь к мужчине,спросила: - Я пойду?

– Иди,Лара,- разрешил Мурат.- Мы с твоим другом немножко побеседуем и разойдёмся.Всё путём.

Ларисочка зябко дёрнула плечами и зацокала каблучками по асфальту.Тут же из-за кустов метрах в десяти от нас вышел ещё один мужчина и остановился,повернувшись в нашу сторону.Я оглянулся.Дверь тойоты,оказавшейся позади меня,приоткрылась.Ну и стерва эта Сергеева...

– Они сюда не пойдут,- сказал Мурат.- Они охраняют.

– Угу.О чём разговор?

– Романа знаешь?
– спросил Мурат.

Я молчал.Пацюк

оказался прав.Прорицатель местного масштаба...

– Знаешь,- ответил он сам на свой вопрос.- И я знаю.Он с тобой неправильно поступил.Я ему говорил,он не послушал.Больше так поступать не будет.Я с тобой хорошо говорить буду,ты понял? Я кивнул.

– Слушай внимательно.

Я стал слушать.

Мурат тоже хотел флакон с хинолином.Правильнее сказать - хотел не он,хотели его друзья,которых он уважал.Без флакона у них дело сохнет.Понимаешь,что это значит? Убытки прут,вот что это значит! Но он не порет горячку.Он спокойно разобрался в деле и понял,что флакон взял я.В милиции флакон не появлялся - это точно.У соседей,которые заходили в открытую квартиру,его нет - уже проверили.Что это значит?

– Это значит,- сказал я,- что ваш флакон взял человек в серой куртке.

– Какой-такой человек в серой куртке?
– спросил он,но в голосе его не было любопытства.

– Который вышел из подъезда.Уже после того,как из окна ваш мужик выпал.

– Ты видел серую куртку в той квартире?

– Нет.Но ведь кто-то убил двоих ребят,не сами же они перестреляли друг друга.Около них оружия не было.И зачем тогда нужно было третьему выпрыгивать в окно? Он же спасался! От кого? А кроме серой куртки никто из подъезда не выходил,пока милиция не приехала.Я рядом был,всё видел. Мурат поскучнел лицом,посмотрел налево,потом направо и сказал:

– Ты говоришь логически,но неправильно.Пацанов замочил киллер.У него опасная работа,понимаешь? Он её сделал и ушёл,ему на флакончики насрать.Ему надо два раза уйти: один раз - после дела,другой раз - получить деньги и тоже уйти.Могут догнать,понимаешь? Хороший киллер - мёртвый киллер.Никому ничего не скажет.А тебе спешить не надо было...Так?

Я молчал.

Далее Мурат сообщил,что он человек честный и справедливый.Это вот из чего следовало: он понимает,что сто процентов гарантии,будто флакон взял я,у него сейчас нет; поэтому я могу жить до поры до времени спокойно.Но я под подозрением и меня посадят,как это сказал русский шпион...под колпак.Мои доходы будут проверять.И телефонные разговоры.И связи.И если что не так - тут же поступят сурово.Нравится мне такая жизнь или нет - не их проблема.Он бы хотел,чтобы такая жизнь мне не нравилась.Тогда я смогу без сожалений и терзаний отдать флакончик ему лично,нисколько не опасаясь мести.Потому что он понимает: большой соблазн иметь такую вещь у себя.Со всяким бывают соблазны,так? Но если человек одумался и отдал чужую вещь,значит,он человек разумный.Соображает.Наказывать его не надо.

Выслушав эту речь,я почувствовал,что в ней есть какая-то нелогичность.Но в чём? Я даже решил задать какой-нибудь дурацкий вопрос справедливому Мурату,чтобы потянуть время,и спросил:

– А как же с правами личности? Разговоры слушать,доходы проверять...Это не по закону.А? Мурат задрал верхнюю губу в усмешке,презирая мою наивность,опять посмотрел налево и направо и сказал:

– По закону живёт тот,у кого денег мало.А кто много зарабатывает,тот сам закон делает.Э?
– Ну-ну,- ответил я,и тут увидел на дороге,по которой с шуршанием мчались машины,тоже какую-то нелогичность: некий ниссан,резво бежавший по асфальту,вдруг затормозил против нас и в открытое окно его высунулся предмет,напоминающий дуло автомата.