Вытхуянцы в Сочи

Стародубцев Дмитрий

Старший сержант задумался.

— Хорошо! Больше так не делайте! — он жадным движением притянул к себе купюру. — А кому вы собирались звонить?

Зебр, будучи уже у двери, притормозил.

— Своим друзьям. Губернатору, Хомякову, Пронину. — полосатый перечислил ещё с десяток фамилий важных сочинских особ.

Малоросток в ужасе отбросил от себя тысячерублёвую бумажку, будто та его больно ужалила.

В зале вылета Зебр изливал душу своим слушателям:

— Эх, не ту страну

назвали Гваделупой!.. Это выхожу я как-то из ресторана, а мне какая-то сволочь на руку наступила.

Тем временем что-то привлекло внимание Жи-раффа.

— Смотри-и-ите! — воскликнул он. — Это же Рудольф! С моим саквоя-я-яжем!

И действительно, в пассажирской толчее десятков рейсов вытхуянцы разглядели старого знакомого с саквояжем в руке. Они вскочили.

Осёл размял плечи и шею:

— Фортуна так изменчива, сурова! Но иногда помочь во всём готова!

Давайте ж восстановим статус-кво! Вперёд, бей барабан, накажем зло! Василиса бросила на лавку свой рюкзачок.

— Так, детишечки, никаких кулаков! — строго-настрого предупредил Бегемот. — А то Рудольф вчинит нам встречный иск! Просто задержите его, а я пойду, позову милицию!

— Фельдмаршал, зачем нам милиция? — изумился Зебр. — Вы хотите новых неприятностей?

Его слова остались без внимания.

— Уважаемый Бегемот, я с ва-а-ми! — Жирафф уцепился за рукав Председателя.

— Я и сам справлюсь! — Бегемот с трудом избавился от руки длинношеего. — Господин старший советник, хотя бы один раз, в виде исключения, проявите истинное вытхуянское мужество!

— Я не уме-е-ею!

— Поливай, не поливай, — не растет бамбук в Красноярске! — тонко подметил Зебр.

— А я награжу тебя за храбрость орденом Выт-хуянской славы третьей степени! — предложил Бегемот советнику.

— Посмертно! — вставил полосатый.

— Мне не на-а-адо! — Жирафф промокнул носовым платком мокрый лоб. — У меня уже три таких!

Вася не выдержала:

— Что же вы? Мы сейчас его упустим!

— Длинный, хорош канючить, пошли с нами! — Зебр потянул его за собой. — Кстати, сегодня твоя очередь умирать под пулями! И не вздумай халтурить!

Жираффа подкосило. Он рухнул на скамейку и поспешил сунуть под язык таблетку валидола.

— Ну хорошо, — сжалился Бегемот, — тогда посторожи багаж.

На том и порешили. И вроде бы разошлись, но неожиданно Зебра осенило:

— Стойте! У меня есть другая идея!

Он схватил свой чемоданчик и бросился вслед за Рудольфом.

— Ждите меня здесь и ни о чем не беспокойтесь!

Друзья удивленно переглянулись, но полосатого уже и след простыл.

Объявили посадку на рейс вытхуянцев. Вот уже последний пассажир предъявил стюардессе свой посадочный талон, а Зебра всё не было.

Бегемот выбросил в урну окурок и сразу же прикурил следующую сигару.

— Доверить ему столь важное дело было не самой лучшей

иде-е-ей! — высказался Жирафф.

— Да, что-то здесь не так! — согласился Председатель.

— А может, он с Рудольфом заодно-о-о?!

— Проходим или остаёмся! — предупредила миловидная стюардесса.

Вытхуянцы и Василиса последний раз огляделись и, повесив носы, протянули девушке свои посадочные талоны.

Самолет всё не взлетал — вроде по причине перегруженности взлетной полосы. Но вот он степенно вырулил на широкую бетонную дорогу, понемногу набрал скорость и вскоре оторвался от земли.

Жирафф радостно захлопал в ладоши, на него удивленно оглянулись все, кто сидел поблизости.

Через пятнадцать минут надпись «пристегнуть ремни» погасла. Шторка, отделяющая салон первого класса от эконом-пассажиров, приоткрылась, и показался мрачный Бегемот. Он, с трудом протискиваясь в узком пространстве прохода, добрался до погруженных в свои мысли вытхуянцев и навис над ними монументальной глыбой.

— Давайте не будем отчаиваться, детишечки! — неожиданно приободрил он. — По крайней мере, у нас есть квартиры!

— Я была о Зебре лучшего мнения! — горестно выдохнула Вася, глянув на пустующее кресло, в котором должен был сидеть полосатый. — Он казался мне таким клёвым челом!

— Детка, ты не обо мне случайно? Вытхуянцы разинули рты. За спиной Бегемота, откуда ни возьмись, вырос Зебр, собственной незабываемой персоной, со своим чемоданчиком подмышкой. Он, как ни в чём не бывало, ослепительно улыбался; так же ослепительно, как горел золотой металл на бляхе его ремня.

— Я чуть не опоздал на самолет, а потом просидел в туалете! — заявил он. — Что-то меня прихватило после этого салата!

Вася расцеловала полосатого в щеки.

— Ну, это по-взрослому! — не сдержал радости Бегемот. — Молодец! Бог с ним, с саквояжем! Главное, что ты с нами!

— Не спешите отказываться от своего имущества, ваше величество!

С этими словами Зебр щелкнул замками чемоданчика и распахнул крышку. Вытхуянцы увидели знакомые пачки денег, перетянутые веревочками — всю вытхуянскую казну. На внутренней части крышки была прикреплена обыкновенными кнопками какая-то замызганная картинка — наверное, дешёвая репродукция.

— Чудовищно! — изумлённый Бегемот вынул из чемоданчика одну пачку, пролистал её и кинул обратно. — Как тебе это удалось?!

— Ловкость рук и никакого мошенничества! — Зебр захлопнул чемоданчик и запихнул его на багажную полку. — Как вы думаете, мой генерал, могу я теперь испробовать на себе все формы материального поощрения?

— Думаю, можешь, студентик!

— Только не надо ваших оловянных орденов — я не гордый! И умоляю вас, не поручайте это Жи-раффу! У меня есть один крупный недостаток — не умею общаться с дураками!