Вьюжинка
Шрифт:
– И напоследок я в одном укромном уголке забоя долго беседовал с тремя старыми горными мастерами из числа шахтёров. Матёрые, двое гномов и один наш, - утомлённый путешествием и речами барон потёр лицо, устало вздохнул.
– Каюсь, брат, ни черта я не понял в их плотностях пород и пластах с дайками и аллювиалами. Но они посчитали, сколько же алмазов интересующего нас качества должно было быть - и таки дали мне цифру, за которую ручаются всем своим опытом. А я сверил с записями в книгах отгрузки, и вот тебе разница. Ну, плюс-минус несколько кристаллов, ясное дело…
На стол меж чарок с вином лёг испещрённый записями
– Значит, за вычетом тех, что сумели перехватить, где-то болтается семнадцать крупных камней, пригодных к использованию колдунами или шаманами, - Архимаг скептически покачал головой и поджал губы.
– Похоже, очень похоже!
– с жаром воскликнул его величество, не разделяя опаски своего чародея.
– Десять кланов кочевников и примерно шесть орочьих орд - такое число нашему величеству сумели сообщить дознатчики.
На зиму орки залегали спать в своих тайных подземных норах. А степняки откочёвывали через мелководье с острова, привлекавшего их летом огромными травянистыми равнинами. Но пуще всего изгонял всё живое снег, которого в тамошних полуночных краях оказывалось зимой ну что-то уж слишком много даже для самого жизнерадостного человека. Лишь на закатной оконечности теплилась жизнь - суровый и строгий Дартхольме являл миру мужество своих жителей…
– Только не говори мне, братец, что прямо сейчас мне надлежит ехать туда!
– с непритворным отчаянием воскликнул барон.
– Вторая такая поездка подряд доконает меня вернее удара хорошим двуручником. Да и волки тамошние, как я слыхал, размером с медведя.
Король ухмыльнулся и совершенно непринуждённо налил всем горячего вина. О чём он думал, так и осталось неизвестным. Незаконнорожденный брат его, понятное дело, размышлял над своей горестной судьбинушкой - а Архимаг тщетно ломал голову, зачем же его величество обрезал единственную ниточку, ведшую к верхушке столь опасного заговора.
– Нет, наше величество не настолько уж жестоко, - хмыкнул король и так посмотрел на старого волшебника, что тот почувствовал себя слишком уж неуютно под этим взглядом.
– Мы пока не в состоянии докопаться до заговорщиков здесь, в нашей столице - оказывается, есть способы планировать и осуществлять злодеяния так, что их в принципе невозможно раскрыть.
Старый чародей смущённо подтвердил, что да - когда до начальника тайной королевской службы дошли такие известия о новомодных веяниях науки, плохо тому стало не на шутку.
– Коль скоро поток камней с шахты отныне полностью под нашим контролем… - с сомнением процедил король, и брат его незамедлительно кивнул.
– И остались лишь те алмазы, что уже отданы, то пока бояться нечего.
– До весны, - кивком выразил свои соображения внимательнейше и с нескрываемым интересом внимающий Архимаг.
– Но прошу ваше величество, продолжайте.
Что ж, ситуация выяснилась занимательнейшая. Возможностей у таинственных злодеев ноль, у короны - тоже. Ничья, казалось бы. Однако, есть тут один маг-недоучка с полным отсутствием моральных препон, которому что орка завалить, что целое стойбище кочевников на Тропу спровадить, и который втихомолку жаждет поквитаться с теми за Дартхольме. Пока он отправился к друидам опыта набираться - а уж те парни злющие, на пакости гораздые. И к весне, если дело выгорит, тот парнище обретёт полную
– Морской Академии я тоже устроил хорошенькую нахлобучку - это как же получается, что у них прямо под носом орудуют злодеи короны? Немного погонов посрывал, одного старого пердуна легонько сапогами попинал в августейшей ярости. Так что, весной две эскадры пойдут к Дартхольме, а с ними и транспорты с морской пехотой и даже немного конницы. И настроение у тех будет соответственное - оправдаться перед мнением самого короля!
Барон счастливо засмеялся, отчего недовольные этим огоньки свечей обиженно затрепетали, бросая по стенам мятущиеся тени.
– Да, против правильного боя у лохматых никаких шансов. Когда мы ударим в лоб, а тот… гм, волкодав примется гулять по тылам - не хотел бы я оказаться на месте орков или кочевников!
Архимаг с весьма кислой миной, словно по недоразумению только что промочил горло не сладеньким винцом с королевских виноградников, а едким уксусом, сообщил - хлестался он однажды с таким себе дедком из внутреннего Круга друидов. Примерно равного ранга… разошлись они тогда, вернее, расползлись вничью - и повторять тот опыт что-то никак не хочется. Сила жизни и её оборотной стороны - не-жизни - велика, ох как велика. Пренебрегать ею было бы весьма легкомысленно.
– Но учение друидов отвергает сословные деления. Мало того, оно отрицает сами понятия добра и зла - потому-то во всех больших и малых странах оно запрещено, - мрачно добавил он, и голос его дрогнул.
– Но если они выучат того парня, это и в самом деле будет незабываемым уроком оркам и кочевникам!
– А пока что, господа - следует разобраться с делами небесными, - король несколько поумерил его пыл.
– Тут есть вроде бы сведения, что положение светил не очень-то?
Сам волшебник не считал, что можно тут как-то разобраться. Да, астрологи безусловно правы - пресловутые дела небесные откровенно влияют на события и судьбы. Иной раз удавалось внять грозным знамениям и предостережениям светил. Однако повлиять наоборот, в противоположную сторону? Нет, поделать с этим решительно ничего нельзя!
– Впрочем, это не совсем моя специальность, и если уж с кем проконсультир… - невесело закончил Архимаг и запнулся на полуслове. Всё его существо обдало жаром, когда он сообра… ох, сообразил, что: - Послушайте! А ведь лучший астролог королевства, блистательный ван Дельвиг, которого отправили в ссылку за дуэль с герцогом Сеймуром, живёт в пограничном Майсинге - и как раз через него ведёт путь того парня, Лена-недоучки!
Все трое мужчин вскочили с такой стремительностью, словно обитые кокетливым розовым бархатом стулья разом цапнули своих хозяев за соответствующее место. Да уж, если это всё случайное совпадение - бабушке то своей рассказывайте!
А когда чуть смущённый Архимаг поведал об отправившейся с молодым ведуном компании, к которой на следующий же день примкнула долженствующая вот-вот проснуться ведьма, барон не выдержал. Дрожащей рукой он вытер побледневшее чело и обвёл полутёмную комнату борделя безумным взглядом, в котором явственно выделялись красноватые прожилки в потускневших от усталости глазах.
– Четверо? Сложившийся крест? Да тут дела похлеще даже просто астрологии, клянусь девичьей честью своей маменьки!
– прошептал он бледными губами и без сил упал на стул.