Вьюжинка

Иващенко Валерий В.

Впрочем, не будем торопить эльфа, как говорится… тем более, что в темноте замаячила ещё одна приближающаяся тень.

– Магическим катализатором называется вещество или заклинание, само по себе не участвующее и не расходуемое в чародействе, но способное замедлить или ускорить его процесс, - пробубнила тень голосом Славки и её же напрочь знакомым образом вздохнула.
– Нет, ну какой идиот придумал все эти правила? Вроде все слова по отдельности по-нашенски, а вместе полная непонятка выходит!

Пришедшая на огонёк коротко и горестно взвыла напрочь и безнадёжно спятившей

совой (это она мгновенно переняла у Лена) и с облегчением захлопнула толстенький фолиант. Последние седмицы Славка занималась тем, что школяры называют зубрёжкой. Поскольку Лен здраво рассудил, что коль скоро в той пробудилась Сила, то заниматься след на совесть. И если уж вдохновлённые одной полуэльфкой друиды таки немного взялись учить зеленовласую ведьмочку, то сейчас лучше всего просто запихивать в себя знания. Скопом, оптом, целыми фолиантами, без разбору - с тем расчётом, что со временем в голове оно само собою уляжется и утрясётся. Иные принципы проверятся и подвердятся на здравость, а другие весьма кстати обнаружатся в памяти потом, когда в них возникнет нужда.

Славка хоть вовсе и не малость ворчала, но совету старшего друга последовала со всем тщанием. И теперь где-нибудь встретить девицу с потусторонним огоньком во взоре, зубрящую классификацию наговоров и заклятий - то оказывалось плёвым делом. Даже сами друиды порою шарахались, обнаружив вдруг на приметном утёсе обретавшуюся там в позе морской наяды ведьмочку, прилежно и нараспев штудирующую весьма тайные заклятья…

Со стороны озера раздались бодрые военно-морские проклятья, топот сапог, и в полном соответствии с законом чётности к честной компании присоединился Марек. С видом взъерошенным и слегка ошарашенным парень поведал, что Круг друидов оказался настолько впечатлён успехами моряка, что только что, на торжественном их сходняке выразил свою признательность. И даже объявил, что отныне друиды занимаются не только сухопутными делами - упущение по части морского ведовства и чародейства ими будет исправляться каждодневно и неустанно, годами и веками.

– Вот, гномьей работы шпагу подарили, - Марек продемонстрировал старинный клинок с красивым вычурным эфесом, тревожно замерцавший синими сполохами, едва Лен протянул к нему руку.
– Да-да, ещё и зачарованная - сам наш адмирал обзавидуется…

Моряк далее поведал, что он в общем и целом закончил вправлять мозги этим сухопутным штатским и даже заложил основы для морской волшбы - так что, работу свою здесь выполнил, и выполнил на совесть.

– Короче, не посрамил чести королевского флота и завтра с чистой совестью отбываю к новому месту службы, - Марек оглядел лица собравшихся.

Отстранённо-задумчивое Эльфире, завидющее Лена, который с присущей парням страстью к железкам ревновал над изумительным оружием, и опечаленное Славки. Вмиг вычислив источник огорчений зеленоволосой ведьмочки, моряк сунул было нос в магический фолиант, прочёл абзац-другой, но затем передёрнулся и с заметным отвращением захлопнул книгу.

– Катализатор… ну как бы тебе, мой друг, на примере объяснить?…

Глаза девицы с надеждой уставились на парня, а тот напустил

на себя напыщенную важность и, едва не раздуваясь от смешливой гордости, нарочито командным голосом принялся возвещать истину:

– Ну вот, представь себе наше Адмиралтейство. Всякие есть службы - навигацкая, снабжения, кадровая и тому подобное. Во главе каждой стоят адмиралы, вся работа расписана и регламентирована до тонкостей. Всё проверено веками, люди там подобраны и обучены. В общем, как хорошо налаженный и смазанный механизм гномьей работы, - Марек перевёл взгляд в нужную сторону и изменившимся тоном добавил.
– И вот, запускаем туда Эльфире…

Означенная живо переменилась в лице от неожиданности и едва не упала в устроенный Леном костерок - настолько не прельстила красотку перспектива оказаться одной в такой огромной компании энергичных и деятельных моряков.

– Так вот, - вещал далее Марек, на которого снизошёл один из хорошо известных каждому водопадов красноречия и вдохновения.
– Эль не станет там никого убивать и ничего поджигать…

Ну да, всё верно - такая просто лишь пройдётся по всем службам, отражаясь в зеркально отполированным дубовом паркете и разглядывая картины морских баталий да прославленных флотоводцев прошлого. Взглянёт мимолётно в глаза и душу, смутит умы одним лишь своим существованием и присутствием… и всё, бравые морячки готовы.

– В том смысле, что работа нашего Адмиралтейства окажется парализованной мгновенно и напрочь, - победно закончил Марек.

Славка живо сунула нос в свою книгу, поцокала язычком над не участвующее и не расходуемое, а потом нехотя согласилась, что как раз тот случай.

– Стало быть, когда женщина наоборот, вдохновляет и поощряет мужчину на подвиги, то это тоже выходит, катализатор?

Эльфире с тою тонкой усмешкой, над которой бы вдоволь помучились лучшие выпускники академии живописи, подтвердила что да, женщина может в одиночку своротить горы - если стоит за плечами правильно выбранных мужчин.

Марек после таковых слов гордо выпятил грудь, Лен едва не поперхнулся напитком, а Славка с трудом вернула на место напрочь отвисшую от удивления челюсть.

– Ага… а ведь из твоих слов многое следует…

Однако не успела девица толком и призадуматься, как со стороны Лена прилетел беззастенчивый подзатыльник с поднадоевшим уже а ты ага не говори. Потому девчонка надулась в полном соответствии с той поговоркой про мышь и крупу, и замерла возле костерка в полной и отчуждённой неподвижности.

В точности как Эльфире, чей застывший лик мягко и ласково лобзали отблески пламени. Да уж, эту стервь разве что каменная статуя перемолчать смогла бы - да и то, Славка бы в том ни за что не побожилась.

Темнота сгустилась, надвинулась, и уже ничего не было видно во всём мире, кроме тщедушного огонька и уплывающего в черноту еле заметного дыма. Казалось, вместе с мраком и тишиной канул в роковую пропащность весь этот ещё неизгаженный мир. Сгинул, провалился, а четверо сейчас зависли в какой-то жутковатой пустоте безвременья.