Выживание 2053
Шрифт:
Именно у подножия Килиманджаро начинаются удивительные бескрайние заповедники, которые в последнее время пользуются огромной популярностью у туристов всего мира. Это одно из немногих сохранившихся мест на Земле, где можно увидеть диких животных в их естественной среде обитания. И сейчас лайнер находится где-то над Цао – самым большим национальным парком мира, одним из последних нетронутых цивилизацией уголков дикой природы. Многократно пролетая этим маршрутом по рабочим делам, Джон давно собирался посетить это удивительное место. И вот в прошлом году его мечта сбылась.
Он увидел одно из самых неповторимых
Удивительная природа с многочисленными озерами, в которых живут крокодилы и бегемоты, окружены пальмами и тростниками. Экзотические растения, гигантские баобабы, каньоны и реки – все это так увлекло Джона, что он совершенно не заметил, как отпуск подошел к концу.
Это поистине удивительное место оставило в памяти неизгладимый след, но больше всего впечатлений он получил от пятидневного восхождения на Килиманджаро. Вид, который открывается с вершины этого спящего вулкана, до сих пор стоит перед глазами, будто это было вчера: перед ним простираются необозримые просторы, он вглядывается в удивительно голубое небо…
На мгновение ему показалось, будто сверкнула молния, все небо озарилось фиолетовой вспышкой, но среди дня, при ярком свете. Он мгновенно вынырнул из воспоминаний, он понял, что сидит в самолете, смотрит в иллюминатор, небо как небо, земля как земля, все по-прежнему. Наверное, показалось.
Вдруг что-то пошло не так. Стало тихо. Пропал лёгкий шум и вибрация, гул пассажиров в салоне разом умолк. Мелькнула пугающая мысль: «Двигатели остановились! »
Осознание этой мысли ввело его в ступор. Самолёт резко накренился вниз. От ощущения невесомости вначале где-то глубоко в сознании мелькнула детская радость, как когда-то во время катания на американских горках. И тут он выпал из оцепенения. Увидел салон, полный испуганных пассажиров, охваченные ужасом их лица, услышал отчаянные крики. Но сам он оставался на удивление спокойным, как будто это происходит не с ним, будто он со стороны наблюдает за происходящим, и ему не угрожает никакая опасность.
В окне иллюминатора стремительно приближалась земля. Он в деталях рассмотрел равнины, сменяющиеся оврагами и рощами. «Как красиво» – прошептал Джон одними губами и сам поразился своему состоянию. Лайнер с огромной скоростью нёсся к земле.
Но наконец дикий страх овладел всем его существом. За мгновение перед глазами пронеслась вся жизнь, промелькнули лица, пронеслись миллионы событий: «Неужели это конец? » Всепоглощающий страх, окатив тяжелой волной, оголил все чувства, как шелуху, отбросил всё второстепенное и обнажил самое важное в его жизни. Все оказалось так просто и понятно!
В эти последние секунды он не жалел ни о чём из того, что сделал в своей жизни. Что удивительно, по-настоящему он жалел лишь о том, чего не сделал, что мог сделать, но не успел, что множеству планов и надежд так
Джон даже не заметил, как автоматически пристегнул ремни и всем телом вжался в кресло. Падающий самолет развил огромную скорость, его начало страшно трясти. В последнее мгновение перед ударом об землю лайнер зацепился левым крылом за верхушку гигантского баобаба, стоящего на краю огромного склона. От этого его развернуло, затем перевернуло в воздухе и грохнуло хвостом об землю. Страшный удар сотряс все тело…
Джон невольно дернулся на сидении автомобиля.
– Что с вами? – озадаченно спросила девушка.
Он растерянно осмотрелся по сторонам, взглянул на неё, словно вспоминая, где находится и кто она такая:
– Ничего. Все в порядке, не беспокойтесь, – наконец, медленно выдавил он. Но его неровный и сбивчивый голос озадачил девушку еще больше.
За сплошной пеленой дождя невозможно было понять, где они едут. Небо периодически окрашивалось в зеленовато-фиолетовые тона, изредка сбоку мелькали деревья.
«Самолет разбился, я умер!!! – мысленно повторял Джон. – Но я же живой! Что все это значит? – разум никак не мог примириться с этой дилеммой. – Что мне делать? Где я? Куда податься? » – мысли хаотично сменяли друг друга.
В таких ситуациях Джону бывать не приходилось. Он видел такое только в боевиках, где супергероям все нипочём, а он-то простой человек и, что делать, не знает!
«А неплохо я с ними справился. Сам не ожидал! » – неожиданно разрослась внутри гордость, и сейчас он осознал, что действовал как-то спонтанно и неосознанно, но быстро и точно. Будто супермен, который всегда жил у него внутри, вел его вперед. Время то замедлялось, то ускорялось, какая-то сила вела его в нужном направлении, и он победил. Правда, не совсем… «Кто они такие? Что с ним сделали? Почему держали в этой лаборатории? » – от этих вопросов радостные мысли разом отхлынули. А как эта девушка там оказалась, возле этих подземных бункеров, ночью, в такую погоду?
Лана вела машину на ручном управлении. Ночь и дождь нагоняли сон. Как она ни старалась сосредоточиться, мысли текли вяло и, хаотично сменяя друг друга, пытались ускользнуть: «Кто же он? » Когда открыл дверцу, ей показалось, что сейчас он её выбросит, потом его взгляд потеплел, он попросил помочь, и она согласилась. А могла ли она отказаться? Что можно делать в такой ливень в лесу в три часа ночи на тракторе? На нем военная форма и, кажется, на поясе была кобура. Может, он и есть то, что она ищет?
Лана косо взглянула на пассажира. На шее, чуть ниже левого уха, заметила свежую рану, из которой сочилась кровь.
– У вас идет кровь на шее. Может, все-таки отвезти вас в больницу?
– Да ерунда. Это царапина. – Джон провел пальцами по шее, они тут же стали липкими.
– Возьмите салфетку, – Лана достала из бардачка пачку салфеток и протянула Джону. – У меня есть аптечка.
Джон промокнул рану и приложил следующую салфетку.
– Спасибо. Не беспокойтесь, всего лишь царапина.