Взломщик
Шрифт:
Расстояние между фонариком и Стасом медленно сокращалось. Уши взломщика стали улавливать тяжёлое дыхание и невнятные стоны.
–Не уйдёт гордый абрек, похититель невест. – Полушёпотом подбадривал себя Стас – Женщину по жизни тащить – развлечение для экстрималов. А уж по пещере так вообще полный съезд крыши. Лучше бы штангу спёр. Все бы легче было. А мы – налегке. Не обременены ничем, кроме профессиональных обязанностей и сотрясения мозга. Догоним.
Стас поймал себя на том, что говорит о себе во множественном числе. И это как бы добавляло уверенности. Казалось, что в преследовании по тёмной, незнакомой пещере он шёл не один, а, значит, было на кого положиться в случае непредвиденных обстоятельств.
Вдруг
“Звезды!” – Догадался Стас. – “Настоящие! Выход!”
Он ловил разбитыми губами воздух, желая скорее ощутить знакомую прохладную чистоту летней ночи. Но, чем ближе подходил взломщик к выходу, тем сильнее и отчётливее ощущался тяжёлый, смрадный запах помоев и горелой резины.
“Нет, не девушки с букетами роз поджидают меня у входа. И не экскурсия на парфюмерную фабрику”. – Подумал Стас. – “Пора возвращать к власти экологов. Ой, пора!”
Тему смены правительства довести до логического завершения помешала яма. Вернее не яма, а дыра в преисподнюю. Камень, которому Стас вежливо уступил дорогу вниз, долго и нудно бился о стенки расселины. Завершающего удара о дно взломщику услышать так и не удалось. Возможно, булдыган прошёл Землю насквозь и вывалился где-нибудь в Южной Америке.
Стасу повезло меньше. Его путешествие прервалось почти мгновенно. Расселина подавилась 50 размером груди взломщика. Он ей оказался не по зубам. Великоват кусочек. Крепкое тело Стаса намертво, как пробка в старинной винной бутылке, заклинилось между двух острых закраин ловушки.
Положение было сколь трагично, столь и унизительно. Ноги болтались над бездной. Руки без особого успеха искали опору. Сделать глубокий вдох было невозможно, а выдох – опасно.
Осторожно, изучая на ощупь каждый миллиметр скалы, как тело любовницы, Стас стал выползать из бездонного провала.
Ему показалось, что он не дышал так долго, что разучился дышать вовсе. Распластавшись на холодном камне, Стас машинально поднял руку, пытаясь разглядеть циферблат часов. Он и сам не мог понять: зачем ему это понадобилось именно сейчас. Может быть, хотел зафиксировать время второго рождения. А, может быть, подсознание отправило сигнал: отчёт в рапорт потребует пунктуальной раскладки по времени. Только раритетный Twincept прохладной струйкой соскользнул с запястья и отправился путешествовать в бездну. Самостоятельно, без хозяина. Минуту назад такой расклад Стаса вполне бы устроил. Но сейчас ему отчего-то стало очень обидно. Часам доходила вторая сотня лет, а шли они с изумительной точностью. Правда, трудно было доставать элементы питания. Но эту проблему взломщик решил довольно ловко, лишь чуть-чуть изменив конструкцию часов под новые атомные аккумуляторы. Пластиковый корпус требовал периодического обновления: обламывались ушки крепления к браслету. Только Стас так сжился с семейно реликвией, что на все эти мелочи эксплуатационного неудобства, давно не обращал внимания. Часы воспринимались им как часть тела, которая иногда побаливала, но вполне поддавалась лечению и ампутации не требовала. И вот её не стало.
–Ну, гад, за часы я из тебя душу вытряхну! – Угроза относилась, конечно, не к штреку, поглотившему часы, а к кудрявому похитителю дам.
Подчиняясь внезапному порыву злости Стас поднялся и, чуть пошатываясь побежал к выходу. Он спешил, понимая, что отыскать кудрявого на поверхности значительно сложнее, чем в транспортной трубе или в пещере. Наверху можно идти, что называется на все четыре стороны.
Вырвавшись на свободу, взломщик остановился. Пейзаж, открывшийся его взору был фантастическим и унылым. Точнее: фантастически унылым. Такой обычно изображали в фильмах о конце света. В серые,
“Это точно не парфюмерная фабрика. Это свалка. Именно та, которую требуют уничтожить экологи!” – Стас гляделся по сторонам. Около одной из резиновых колонн ему почудилось движение. Не выбирая дороги, проваливаясь по колено в рыхлое, зловонное тело свалки, взломщик кинулся вперёд.
Несмотря на многочисленные подножки, которые судьба ставила взломщику сегодня, в целом она не изменила своего благосклонного к нему отношения. Стас оказался около кудрявого в тот момент, когда по отполированной дорогами и временем резине поползли рыжие с голубым отливом язычки пламени. Покрышки, составленные двухметровой колонной, разгорались нехотя, словно раздумывая: стоит ли так бездарно превращаться из арте-факта в пепел.
Кудрявый обернулся на шум, быстро выдернул из кармана какой-то серебристый приборчик и направил его на Стаса.
–Ты что? Ты это как? – Растерянно лепетал кудрявый, судорожно нажимая на зелёный сенсор в центре коробочки.
–А вот так. – Стас одним ударом выбил из рук противника прибор.
–Ты пожалеешь! Не знаешь: куда влез! – Противным фальцетом запищал кудрявый.
–Незнание скрывает последствия, но развязывает руки! – Кулак Стаса жёстко вошёл в тонкие губы. Противник от удара потерял равновесие и, отлетев метра на полтора, упал навзничь. При этом великолепные золотистые кудри отделились от головы преступника, на мгновенье зависли в воздухе и мягко спланировали к ногам Стаса. Это лицо взломщику было знакомо. Шалун в картотеке ГИЦа присутствовал. Правда, в натуральном виде. Т.е. без признаков растительности на черепе.
–Лысый, где девушка?
–Ты труп! Труп! – Противник бился в истерике. – Я сказал!
–Что-то здесь смердит. Не ты ли? – Сказал Стас и отвернулся. Это животное – король помойки опасности для него не представлял.
Из горящих покрышек послышался тихий стон. Взломщик кинулся к покачивающейся огненной колонне и ударом плеча развалил её на десяток колёс-факелов, покатившихся вниз по склону.
Чадящий фейерверк открыл миниатюрную фигурку Ирины Самсоновой. Она покачнулась и села без сил на горящую покрышку.
***
Знакомый голубой мундир с генеральской звездой занимал полмонитора. Черное пятно над ним покачивалось в такт рассказу Стаса. “Всадник без головы” слушал доклад очень внимательно.
–Неплохо, Савенко, неплохо. – Начальство никогда не было слишком щедро ни на похвалу, ни на премии. Это “неплохо” по шкале поощрений фактически приравнивалось к ордену “За особые заслуги”. Только взломщикам орденов не полагается. Взломщик- человек работающий на систему, но живущий вне её. А потому, доверия и орденов не заслуживающий. Зарплата – да. А ордена – это для членов Совета.
–Однако, причём здесь старые покрышки? – Чёрное пятно над голубым мундиром на секунду прекратило раскачиваться.
–Все просто, шеф. В покрышках при горении создаётся очень высокая температура. Сгорает все. Без остатка. Тряпки, тело, кости. Микропроцессор просто испаряется. Человек исчезает без следа. Становится частью пейзажа.
–Значит, она испарилась… – Генерал говорил тихо и ровно.
–Чуть не испарилась, – поправил Стас
–Чуть… – повторил за взломщиком Шеф. Потом. Уже обычным своим уверенным и холодным тоном добавил, – Пожалуй, придётся ускорить решение о переработке свалки.