Взвод

Ливадный Андрей Львович

Уверенно направляя БМК к известной ему цели, Иван включил коммуникатор.

– Настя, слышишь меня? Ответь!

Дорога плавно пошла под уклон, постепенно превращаясь в бетонный пандус.

– Да, Иван!.. – Голос девушки выдавал крайнее волнение. – Что произошло? Вы целы? Я слышала стрельбу…

– Мы в порядке, не волнуйся, – ответил лейтенант, плавно выруливая на площадку, прикрытую от посторонних глаз толстым железобетонным козырьком. – Как Дима?

– Пришел в сознание. Говорить пока не может, но мне кажется, что микромашины справились с задачей.

Это была добрая новость.

– Готовьтесь

к эвакуации. Мы с Джоном подъедем минут через двадцать. Собери побольше медикаментов, – передал ей Иван, останавливая БМК между двумя эстакадами, на которых высились неподвижные погрузочные устройства. Путь вперед преграждали массивные ворота, на которых четко выделялась надпись:

Склад оперативного вооружения.

– Здесь есть все, что нам нужно, – пояснил Лозин, заглушив двигатель машины. – Сначала загрузим боекомплект, потом займемся личным оружием.

– Я думал, это старое стрельбище… – изумленно проговорил Херберт, глядя на мощные железобетонные перекрытия, поверх которых росла трава и вились змейки учебных траншей.

– Многие так думали. – Иван дружески похлопал его по плечу. – Пошли, у нас мало времени.

Несколько минут у лейтенанта ушло на борьбу с обесточенными механическими запорами огромных ворот, но в конце концов ему удалось открыть небольшую бронированную дверь, предназначенную для караула.

Херберт, настороженно озираясь по сторонам, вслед за ним вошел в сумрачный бункер.

Размеры подземного хранилища поражали своими масштабами: здесь, в отдельных зонах, разграниченных друг от друга сетчатыми перегородками, было складировано самое разнообразное вооружение, начиная от покрытых консервирующей смазкой реликтов, оставшихся еще со времен Второй мировой войны, и заканчивая суперсовременными образцами стрелкового оружия и боеприпасов.

– Джон, иди сюда, – окликнул Херберта лейтенант, отвлекая его от потрясенного созерцания ящиков, на которых стояла маркировка одна тысяча девятьсот сорок четвертого года.

– Вы что, храните все производимое когда-либо оружие? – не удержавшись, спросил американец.

– На всякий пожарный, – кивнул в ответ Иван. – Давай не будем терять времени, займемся делом. – Он прошел по длинному коридору, вручную открывая бронежалюзи, за которыми прятались похожие на амбразуры окна, выходящие на уровень эстакад, протянувшихся вдоль погрузочной площадки.

– Работать будем вручную, – кратко пояснил Лозин, отыскав нужное складское отделение. – Бери эти ящики и неси их к открытым окнам.

Джон подчинился. Пластиковые кофры с удобными ручками можно было назвать «ящиками» с большой натяжкой. По сути, они являлись не упаковками хранения, а огромными коробчатыми магазинами, с уложенной в них лентой для полуавтоматических пушек. Достаточно было вставить такой контейнер в соответствующее гнездо, как механизмы перезарядки сами вскрывали его, заправляя ленту боепитания в казенную часть орудий. Сейчас эти операции вручную выполнял Иван, Джон только успевал подносить кофры, которые лейтенант аккуратно вставлял в гнезда боевых эскалаторов, смонтированных между двумя корпусами машины.

В конструкции БМК был использован принцип, изначально практиковавшийся на подводных лодках: два корпуса – легкий и прочный – обеспечивали полную герметизацию и повышенную живучесть

машины. В боевом режиме доступ к механизмам перезарядки осуществлялся изнутри, через специальные технические люки.

– Что теперь? – спустя некоторое время осведомился Херберт, вытирая выступившие на лбу бисеринки пота. Пустых гнезд для коробчатых магазинов уже не осталось, и Иван молча указал на округлые выступы, расположенные на башне БМК, по бокам от смятого в гофру гнезда основного орудия.

– Ракеты?

– Да.

Короткие пусковые трубы, жестко закрепленные под углом в сорок пять градусов, могли производить одновременный залп десятью тактическими ракетами с интервалом перезарядки всего в двадцать секунд – такой вывод сделал Джон, прочитав надписи на решетчатых лотках, куда они с Лозиным аккуратно устанавливали оперенные полуметровые реактивные снаряды.

– Послушай, Иван, – произнес Херберт, когда они, окончательно вымотавшись, присели перекурить, – к чему ты готовишься?

– Не понял? – искоса посмотрел на него Лозин.

– Я хочу знать… мы предпримем попытку повлиять на ситуацию коренным образом или просто станем уничтожать Чужих по мере сил и возможностей?.. – уточнил Херберт, старательно подбирая русские слова.

– Хороший вопрос, Джон, – криво усмехнулся лейтенант. Он немного помолчал в раздумье, а затем ответил: – Для глобального противостояния нас слишком мало, не находишь? – Он посмотрел на оснащенную БМК, ласково скользя взглядом по выступам активной брони, предохраняющей машину от прямых попаданий кумулятивных снарядов. – Нет… – внезапно покачал головой Иван. – Просто убивать, не ставя перед собой иных целей, – бессмысленно. Думаю, прежде всего нам следует обеспечить собственную безопасность. Мы должны держаться вместе, не разбредаясь кто куда. БМК создавалась как автономный модуль, предназначенный для исследования иных планет, и ее вооружение – лишь малая часть имеющегося на борту оборудования. В машине достаточно места, она комфортна, отлично защищена и может противостоять различным угрозам. Значит, она подходит нам на все сто процентов. Далее… – Лейтенант на секунду задумался, облокотясь о покатый бронированный борт. – Далее следует заняться не истреблением Чужих, а сбором информации. Кто они, откуда прилетели, по каким причинам напали на Землю, собираются ли они колонизировать нашу планету и какие изменения претерпит биосфера, если ее начнут перестраивать под иной метаболизм?

– Как ты намереваешься добыть эту информацию? – скептически поинтересовался Херберт.

– Традиционно, – ответил Иван. – Мы попытаемся захватить и допросить энное количество Чужих. Это реально, учитывая, что в сознание Димы Логинова насильно внедрено знание их языка. Ты сам видел, что они использовали его в качестве переводчика.

– Хорошо… А дальше? – настаивал Джон.

– Как я могу прогнозировать? – пожал плечами Иван. – Нужна информация, от которой можно будет отталкиваться, строить какие-то далеко идущие планы. Сейчас у нас одна задача – по возможности исчезнуть из поля их зрения. Пока мы не выясним, куда переправлены уцелевшие после катастрофы люди, мне кажется, вообще нельзя предпринимать радикальные шаги. Боюсь, в распоряжении Чужих оказалось огромное число заложников, и не факт, что нашим противникам чуждо такое понятие, как шантаж.