Взвод

Ливадный Андрей Львович

Иван нахмурился.

– Я поясню, – произнес он. – Речь идет о лазерах. Все технологии ксенобиан построены на ином принципе. Они не изобрели ни паровой машины, ни двигателя внутреннего сгорания, ни электричества, ни компьютеров – их развитие шло радикально иным путем. Все, созданное Чужими, – выращено. Они мастера генной инженерии, и вся их техника сродни живым организмам. – Лозин обвел взглядом сосредоточенные лица собравшихся. – Теперь пусть кто-нибудь ответит мне на элементарный вопрос: откуда у

них взялись компактные и эффективные лазерные устройства, до изобретения которых не дотянули мы, с нашим научно-техническим потенциалом?

В зале повисла гробовая тишина.

– Заимствованная технология? – наконец осторожно предположил Зотов.

Иван кивнул:

– Прямо в точку. Они не могли изобрести лазер, не пройдя перечисленных ступеней научно-технического прогресса, по которым двигались наши предки. Все признаки говорят о том, что наука ксенобиан развивалась в абсолютно ином направлении…

– Да, но, несмотря на это, они нанесли грамотный удар по нашей техногенной среде обитания! – высказал свое мнение Багиров.

– Вот именно… – Иван не скрывал, как тяжело ему размышлять вслух, выстраивая цепочку причин и следствий на основе полупроверенных фактов. – Все мы понимаем: Чужим было заранее известно, что электроразрядный эффект окажет разрушительное воздействие на нашу технику, а массовая гибель людей стала лишь следствием глобальной цепной реакции техногенных катастроф…

– К чему ты клонишь, Иван? – не выдержал старшина. – Твои слова похожи на речь адвоката.

Лейтенант протестующе поднял руку.

– Я излагаю факты, Степан. От разрушения астероидных масс и ударов их обломков о земную поверхность пострадали десятки тысяч человек, а жертвами техногенных катастроф стали миллиарды… Это, естественно, не оправдывает действия пришельцев с точки зрения нашей морали, но наводит на очередной вопрос: почему ксенобиане, чья наука ориентирована на биотехнологии, оказались так хорошо осведомлены об эффекте электроразрядных взрывов и об уничтожающем влиянии этих взрывов на непостижимую для их разума технику?

Лейтенант не дождался ответных реплик, поэтому вновь заговорил, сам отвечая на поставленные вопросы:

– Я думаю, что ксенобиане уже сталкивались с цивилизацией, похожей на нашу. Эта мысль не покидает меня с тех пор, как я побывал внутри корабля Чужих. Андрей может подтвердить – там все состоит из органики, нет даже намека на механизмы. Они управляют кораблем, используя собственную нервную систему. Может быть, я чего-то недопонимаю, но лазер, пристегнутый к поясу мертвого ксенобианина, показался мне совершенно чуждым предметом, по крайней мере в обстановке их корабля.

– Хорошо… – вновь вступил в разговор Булганин. – Пусть существует еще одна раса, которая прошла путь технического прогресса, схожий с нашим. Допустим, они столкнулись с ксенобианами, но это их

проблемы, командир! Чужие напали на нас, так зачем мы станем искать причины на стороне, когда враг – вот он, перед самым носом! И он не предполагаемый, а вполне реальный!

Лейтенант посмотрел на Степана и кивнул:

– С твоей логикой сложно не согласиться. Проблема заключена в том, чтобы мыслить на шаг вперед. Уничтожив ксенобиан, мы получим разрушенную Землю и перспективу деградации.

– А что, есть альтернатива? – язвительно поинтересовался Булганин.

– Начиная глобальные боевые действия, мы будем вынуждены демаскировать этот бункер, – ответил ему Лозин. – Это означает, что в запасе у нас есть только одна попытка – в случае неудачи мы не сможем все повторить. Исходные условия предполагают, что наш удар должен стать безошибочным и стремительным, а в качестве оружия придется использовать ядерные боезаряды и наносить удары не только по островным базам, но и по смешанным целям, заранее списав в процент потерь часть выживших людей.

В зале вдруг наступила вязкая, осязаемая тишина.

– Это неприемлемо, – горестно выдохнула Настя.

– Да, – поддержал ее Логинов. – Действовать подобным образом нельзя. Мы демаскируем базу, но не факт, что поисковые системы сумеют быстро наладить связь с гипотетическими ракетными точками. – Он немного помолчал и вдруг добавил, неосознанно коснувшись пальцами обрезков инородных шунтов: – Я ненавижу этих тварей, но запускать боеголовки по смешанным целям, с моей точки зрения, – кощунственно.

– Еще мнения есть? – спросил Лозин, окидывая присутствующих долгим испытующим взглядом.

Выдерживая паузу, он по-прежнему прохаживался вдоль стола.

– Хорошо, тогда я сформулирую задачу. – Он остановился подле своего кресла. – Из сложившейся ситуации я вижу только один выход: мы должны атаковать пятый резервный космодром.

Слова лейтенанта вызвали неоднозначную реакцию.

– Что даст подобная операция? – вскинув голову, недоуменно спросил Херберт.

– Прежде всего, мы сохраним эту базу, а значит, и контроль над ситуацией, в то время как противник будет считать, что имеет дело с небольшой группой сопротивления, – ответил Лозин.

– Цель акции? – кратко осведомился Логинов.

– Освободить находящихся там людей. – Взгляд Ивана напряженно скользил по лицам боевых товарищей. – Вне всякого сомнения, ксенобиане пытаются овладеть нашей космической техникой, – развил он начатую мысль, – это предполагает, что Чужие доставили на космодром специалистов соответствующего профиля. Их освобождение – задача номер один. Вторая, но не менее важная цель – взять живым хотя бы одного из пришельцев. И, наконец, третье: используя кибернетическую сеть пятого резервного, нанести бесконтактный удар по базам ксенобиан и выйти из-под ответной атаки, уничтожив за собой всю технику космодрома.