Wampum
Шрифт:
— Ой, это к менеджеру. Сейчас, — Соня полезла в сумочку и достала оттуда мобильный телефон. — Записывайте. Валерий.
Пока Соня диктовала номер телефона из записной книжки мобильного телефона, Андрей прикрепил «жучок» на ее сумку.
— Спасибо вам большое. А то я на чьем-то месте машину бросил.
— Скорей заводите свое. Здесь жильцы не прощают такого. Вам либо колеса спустят, либо машину поцарапают, либо выезд заблокируют, — Соня уже вошла в кабину лифта.
— А так и не скажешь. С виду место приличное.
— Видимость обманчива, — Соня успела улыбнуться Андрею, перед тем как створки лифта закрылись.
Андрей
Соня и Руслан сидели рядом в «Майбахе» с тонированными окнами. Руслан переключал каналы спутникового телевидения на маленьком экране, вмонтированном в кресло переднего сиденья. Наконец, он нашел джазовый музыкальный канал и с чувством выполненного долга удобно расположился в салоне автомобиля.
Машина вырвалась из пробки и теперь мчалась по загородному шоссе.
— Куда мы едем?
— К воде, — Руслан был немногословен. Соня понимала, что он старается быть загадочным.
Соня обернулась и посмотрела в заднее стекло — за ними ехала машина сопровождения с синей сиреной на крыше, не давая ни одному автомобилю подъехать близко к машине босса.
«Майбах» остановился на просторной площадке перед речным рестораном. Вооруженные охранники опять окружили машину, двое из них открыли двери с обеих сторон. Соня и Руслан вышли из машины и направились со своим грозным эскортом в ресторан. Посетители провожали их недоуменными взглядами. Соне стало немного не по себе. Наконец они подошли к столику у самой воды. Вокруг стола стояли лампы обогрева. Рядом с такими не замерзнешь. Соня с Русланом присели на свои места, а охрана разошлась по веранде ресторана, наблюдая за посетителями и следя, чтобы к хозяину никто не приближался. Подходить могли только официанты, но и тех так внимательно оглядывали, что один с непривычки уронил поднос с тарелками.
Руслан поймал обеспокоенный взгляд Сони.
— Все в порядке?
— Мне неуютно. Я еще никогда не была так охраняема. По идее, я должна чувствовать себя в безопасности, но я почему-то, наоборот, очень напряжена.
— Прости. Но это вынужденная мера. У меня много врагов. Хотя, понятно, охрана работает на имидж и до конца защитить все равно не сможет. Но вот хулиганов — отпугнет.
Он иронично улыбнулся.
Соня посмотрела на погрустневшего Руслана, и ей стало его жаль. Она накрыла своей ладонью его руку.
— Здесь мило, — Соня рассматривала яхты, пришвартованные к помосту, отходящему от веранды ресторана. — Это модное место?
— Пока, да. Продержалось бы оно таким хоть полгода. А то пойти вообще некуда.
— Ты снова шутишь?
В глазах Руслана не было и намека на юмор.
— Совсем нет. Ты думаешь, если в Москве каждую неделю открывается новый ресторан, то есть выбор?
— Я бы предположила, что да. — Соню веселила серьезность подхода ее собеседника к такой, как ей казалось, незначительной теме, как рестораны. Но, судя по всему, Брызоев действительно видел в отсутствии разнообразия гастрономических заведений в столице серьезную проблему.
— Вот возьми любое новое заведение класса люкс… — Руслан
Соня послушно кивнула.
— Вот. Бизнесмены ведутся на крутые интерьеры, замороченных поваров с тридцатилетним европейским стажем с непроизносимыми фамилиями, ну и, конечно, на хозяев с безупречной репутацией.
Руслан сделал паузу, и Соня опять кивнула, соглашаясь с мнением собеседника. Официантки стояли поодаль «на низком старте». Они не хотели прерывать дорогого гостя ресторана и ждали, когда он сделает паузу, чтобы подать ему меню. Но Руслана «несло».
— А что мы там видим? Девчонки, приехавшие с периферии и торгующие собой по дешевке, баксов за триста-пятьсот, правдами и неправдами проникают в эти рестораны за желанной добычей. А за ними, в свою очередь, на охоту приезжают кавказцы и беспонтовые тусовщики, прожигатели жизни. И вот тогда приличные бизнесмены перестают посещать еще недавно престижное заведение.
Соня наигранно печально вздохнула.
— Это все очень грустно.
— Не расстраивайся. У меня есть для тебя сюрприз, — Руслан поднял руку, и в нее тут же вложили меню.
— Надеюсь, приятный.
— Надеюсь. — У Руслана были кошачьи желтые глаза. В них одновременно угадывалась жестокость и нежность.
К столику подошла официантка, и Руслан заказал бутылку шампанского Pernod Ricard и ассорти из лесных ягод.
— А мне, пожалуйста, бутылку минеральной воды, — попросила Соня и посмотрела на Руслана. — Не обижайся, но у меня нет настроения выпивать. Мне еще сегодня работать.
Соня не собиралась работать этой ночью. Но она и не собиралась рассказывать Руслану о том, что не пьет. Мать часто и много пила перед тем, как покончить с жизнью. Соня помнила, как на похоронах говорили, что мать повесилась в белой горячке. Когда маленькая Соня спросила, что такое белая горячка, взрослые долго смеялись и говорили, что с такой дурной наследственностью она скоро сама узнает, что это. Но узнавать об этом Соня не спешила.
— У тебя бывает хотя бы один вечер, когда ты не работаешь? — С этими словами Руслан протянул Соне маленькую бархатную коробочку.
— Я чувствую, мне сложно будет ответить тебе нет. — Соня открыла мини-сундучок. Внутри на подушечке лежало кольцо с большим бриллиантом.
Соня смотрела на подарок и думала, как ей поступить. Взять или не взять? Она перевела взгляд на одного из охранников, потом на другого. В памяти всплыли слова Павлика: «Дают — бери, а то завтра могут и не предложить», и она решила принять столь щедрый презент.
— Спасибо. Я очень тронута, — Соня улыбнулась Руслану, спокойно ожидающему ее решения. Впрочем, он не сомневался, что девушка не откажется. Они все такие предсказуемые…
Соня надела кольцо на палец и заговорила на другую тему.
— Мне кажется, ты зря думаешь, что все девушки, посещающие дорогие заведения без сопровождения мужчин, проститутки.
— Ну, я не про всех…
Соня осмелилась перебить Брызоева.
— У нас в редакции работает девушка, которая вечером, после работы приезжает в центр на метро, съедает у палатки пару-тройку пирожков с повидлом и на сытый желудок отправляется в кафе «Пушкин» пить чай с молоком.