Warlock

Иващенко Валерий В.

"Что?", - движением кисти спросила Невенор. Она не принадлежала к числу её подруг, но известие, что ту назначили старшей в их разведгруппе, восприняла спокойно - "Ну да, опыта у меня не хватает". Сейчас же она забеспокоилась не на шутку, ибо не первое десятилетие ходившая в разведку Аллена слыла чуть ли не талисманом удачи среди и без того полулегендарного отряда.

Аллена прислушалась к своим ощущениям. Ну да, тут и сомневаться не приходится… И, впервые за долгое время, вслух отозвалась.

– Я вляпалась. Сторожевое заклятье.

М-да, ясное дело - хорониться больше нет смысла. Понимающе кивнув, остальные сделали несколько шагов назад, чутко вслушиваясь

в шумы по сторонам. Наступал вечер, мелкая живность торопливо возвращалась в свои убежища. Мышь-полёвка на той стороне болота… белка, ещё дальше… какая-то птичка в зарослях осоки справа… ага, опоздала улететь со своей стаей на юга - жаль её, бедняжку… в трещине скалы каменная сова продирает глаза перед вылетом на охоту… никого больше.

Попавшая в ловушку лучница скинула капюшон, осторожно полезла в складки плаща и добыла оттуда белеющий в сумраке свиток. Прочла, шевеля губами, и вокруг неё по топкой поверхности прошла рябь. Раз, другой, третий. Постепенно проявилась широкая, белёсо-лиловая расплывчатая полоса Сторожевого заклинания. Аллена покачала головой, обречённо попробовала шагнуть назад.

"Муха в паутине!".
– подумалось ей, когда в ответ на её попытку заклинание напряглось, и словно стальным канатом удержало на месте. Ноги погрузились уже по колени, и сырой холод промозгло подкрадывался всё выше и выше. А может, это отчаяние стремится залезть в душу своими ледяными щупальцами?

– Нет, поставлено мастерски. Уходите. Сообщите, что здесь маг, и сильный.

Мальва зябко поёжилась и шагнула ближе. Погладила подругу, с которой немало походили и постреляли, по коротко стриженым, золотистым волосам. Словно прося прощения, что это не она попалась в ловушку. Словно старалась удержать в сердце это последнее, прощальное прикосновение.

– А как же ты?

– Уходите, это приказ. А я… как-нибудь.

Как известно, для эльфа немыслимо покончить с собой. Аллена поколебалась, протянула подруге свой привычный, вычурно изогнутый лук, с которым столько вместе прошли и пережили. Будто отдавая частицу самой себя, и стремясь поменьше дать добычи ловушке. Топь медленно, но неумолимо затягивала жертву к себе, и последние отблески света, исчезая, словно прощались с гибнущей эльфийкой.

Невенор тоже подошла. Вместе с Мальвой они протянули к Аллене ладони, и та ответила тем же прощальным приветом. Пальцы их переплелись. Прощайте, девчонки… никогда нам не пить утренней росы вместе… не танцевать на празднике весны… не радоваться каждому мигу жизни…

В болото упала капля, затем ещё одна. Солёная. И ещё одна - горькая.

– Вспоминайте меня иногда. Придёт срок - увидимся по ту сторону Гремящих Морей.

Уходили порознь. Мальва чуть севернее. Одна из заповедей разведчицы - никогда не возвращаться тем же путём. Вот и сейчас, идя в одиночку, она обогнула край болота, по мшанику с выступающими камнями спустилась к обрыву, выводящему с плато. Оставив медвежью берлогу слева, спустилась вниз. Дойдя до края леса, она вдруг зашаталась, обняла одинокую, первую сосну и расплакалась. Ну почему так глупо? Ведь не было никаких признаков того, что на этом плоскогорье поселился колдун или маг! И даже безотказные амулеты не спасли Аллену от нелепой гибели. И что же делать?

Так. Утерев слёзы и окончательно размазав маскировочный грим на личике, Мальва решительно повернулась и, преодолевая предательскую дрожь в ногах, припустила обратно лёгким эльфийским шагом. Не тряситесь, коленки - мы возвращаемся к подруге, и будь, что будет!

– Зачем?
– горько спросила Аллена в полутьме, погрузившись

уже по пояс. Злополучное болотце оказалось неимоверно глубоким - верно, под жижей притаилась яма.

Мальва только вздохнула и опустила глаза. Ну как тебе объяснить, если я и сама себя не понимаю? Ну не могу я тебя бросить - вот так. Подняв взгляд, она встретилась им с Невенор.

– Здрасьте!
– невесело хохотнула та.
– А я думала - одна такая дура. Вот… тоже вернулась.

***

Человек, сидя в кресле, обернулся на тихое позванивание волшебной паутины заклинаний, сходившейся в слабо мерцающее сооружение на столе. Вечернее солнце, несмело заглянув в окно, торопливо осветило его широкие плечи, энергичную фигуру и лицо. С небрежно залеченным недавним шрамом от левой брови, через скулу и до щёгольски небритых усов. Он был с виду не стар, скорее молод, однако ранняя седина кое-где уже коснулась его шевелюры и придала ему тот импозантный вид, от которого теряют головы иные глупые девчонки хумансов.

Он с явным огорчением отложил книгу, всмотрелся в центр своей охранной системы и нахмурился. Затем согнал с колен сладко дремлющего полосатого кота, встал. Потянулся с таким удовольствием, что хрустнули суставы, и направился из комнаты, предварительно прихватив из застеклённого шкафа свой магический жезл. Спустившись по полутёмной лестнице на первый этаж, он снял с деревянной вешалки тёплый, подбитый заячьим мехом плащ и крикнул в сторону кухни.

– Стелла! Там на границе опять кто-то шастает, я отлучусь ненадолго.

Из-за боковой двери выглянула маленькая, опрятная повариха. Ба, и тут хоббиты!
– подумает любитель сунуть нос в чужие дела, и в данном случае будет совершенно прав. Стелла давно уже служила у хумансовского мага; после того, как внезапная судорога Хаоса выплеснула на землю своих тварей и её родная деревушка, стоявшая уж больно близко к Краю, буквально исчезла с лица земли. Маленькая хоббитянка тогда была в городе - ездила продавать цыплят, а возвращаться-то стало и некуда. Погоревала, конечно, да жить дальше как-то надо - а в чужую деревню не примут. А если примут, то служанкой, и на такую чёрную работу, что впору только самым отчаявшимся. В поисках места потолкалась по тавернам и кабакам, да не заладилось. То совсем уж непотребное заведение, то хозяин явственно намекает на гм, интимные услуги. А потом… потом маленькая Стелла неоднократно благодарила тот случай, благодаря которому на улице её нечаянно сшиб всадник в чёрном, с вышитым медведем, плаще. А потом, извинившись и предложив денежную виру, хуманс как-то вытянул из неё всю её историю и взял к себе на работу. Через месяц Стелла уже не просто благодарила судьбу, а чуть ли не молилась. Да ещё и втихомолку, приехав за покупками в город, отнесла пожертвование в храм на алтарь Хенноры. А других богов, кроме покровительницы женщин, маленькая хоббитянка просто и не знала.

– Да поняла, - ворчливо отмахнулась румяная от кухонной жары Стелла.
– Только к ужину не опаздывайте, мастер Локси.

– Уж как выйдет, - маг пожал плечами, и вышел в прихожую. Здесь он пошарил в стенной нише, извлёк оттуда гномьей работы кинжал. Подумал, скептически покачал головой, и вытащил из стойки тяжёлую шпагу в ножнах. Любовно погладил рукоять, и повесил оружие на пояс под своим чёрным плащом. Прикинул - не забыл ли чего?
– накинул капюшон и повернул ярко начищенную, искусной работы ручку входной двери. Выйдя из дома и сделав несколько шагов, он огляделся.