Warm
Шрифт:
По дороге домой Денис представил изменения в природе, как натягивающуюся тетиву лука. Его ассоциация была больше интуитивной, чем логической и возникла в голове сама собой. Когда-нибудь тетива должна была спуститься разом, но Денису хотелось верить, что до этого события еще сотни лет.
Дверь подъезда была открыта и подперта камешком, видимо кто-то из жильцов решил его проветрить. Денис вызвал лифт, зашел в него и нажал кнопку десятого этажа. У него было три заветных желания: душ, легкий ужин и сон.
Погас свет. Лифт дернулся и замер. Через
В подъезде раздался шум и топот ног. Люди пробегали мимо в сторону лестницы.
– Откройте! Я застрял! Помогите!
На возгласы Дениса никто не отреагировал. Тогда он набрал номер матери. Та сразу схватила трубку.
– Денчик, сынок, не заходи в дом пока.
– Ма, поздно, я уже в лифте застрял. Это снова был толчок?
– Какой толчок, сын? Тряхнуло несколько раз. Вся посуда на полу. Ты на каком этаже застрял?
– Без понятия.
– Денчик, я сейчас выйду, и мы что-нибудь придумаем.
– Ма, набери диспетчеру.
– Какому диспетчеру, тут свет почти во всем городе пропал. На все лифты диспетчеров не наберешься. Я инструмент возьму.
Она отключилась. Через минуту Денис услышал ее голос.
– Денчик, ты здесь?
– Нет, ма, я ниже.
Она спускалась, на каждом этаже перекликиваясь с сыном, пока не опустилась до седьмого. Здесь им показалось, Денис и застрял. Мать загремела железом, пытаясь просунуть его между дверей. Денис светил фонарем и вскоре увидел плоский край монтировки. Створки немного разошлись. Денис, мобилизованный паническим страхом, развел их в стороны. Мать поставила монтировку поперек дверей, чтобы они не сошлись.
Лифт стоял между седьмым и шестым этажом. Денис, пригнувшись, выбрался на шестой этаж и поднялся на седьмой по лестнице. Мать сидела у лифта, прислонившись к стене и плакала.
– Ма, не реви! Все обошлось.
Денис не знал, как успокоить мать, поэтому просто положил ей руку на голову и погладил.
– Как я испугалась, Денчик, что с тобой может что-то случиться. А я одна останусь, никому не нужная.
– У вас все нормально?
– спросил из темноты голос и посветил фонариком.
Видимо, из дома сбежали не все.
– Да, спасибо, у нас все нормально, - ответил Денис.
– Пошли домой, ма.
Мать не сопротивлялась, потратив все душевные силы на спасение сына.
В кухне был полный разгром. Под светом свечи Денис с матерью собрали осколки, а затем связали резинкой дверки всех навесных шкафов. Примерно через два часа дали электричество. И свет обнажил большую трещину в спальне Дениса. Мать больше не смеялась, когда Денис перед сном снова собрал документы и деньги в один пакет и повесил на вешалку перед выходом.
– О лифтах надо забыть, - произнес Денис.
– Только лестница.
–
Сон не шел. Денис ворочался, прислушивался к свисту воздуха, идущему через трещину, и пытался почувствовать легкие колебания, чтобы успеть вскочить до начала серьезных толчков. Он понял, что не уснет, если будет так внимательно прислушиваться. Встал, принес из кухни хрустальную вазу, положил в нее стеклянный стакан и слегка двинул конструкцию. Стекло о стекло при движении издавало довольно громкие звуки. После этой нехитрой системы предупреждения Денис спокойно уснул.
Один день до...
– Так, я сегодня всяких консервов куплю, соль, спички, воду, всё в машину брошу, в багажник, - запланировала мать.
– Хорошо, а я куплю палатку, газ и горелку.
– Палатку не надо, если что, в машине поживем.
Этот разговор состоялся во время завтрака. Телевизор в это время рассказывал о том, что огромное напряжение континентальной плиты было наконец-то снято и теперь у жителей страны имелись многие годы безоблачного существования. В традиционно сейсмоопасных местах новости были менее веселыми. Там продолжало трясти, и им никто не обещал, что это когда-нибудь закончится.
Вулканы выбрасывали пепел в Италии, Исландии, на Камчатке, в Индонезии и по всей Америке. Океан за прошедшие сутки обмелел еще на пару сантиметров. В южной Атлантике в небо ударил мощный паровой гейзер, свидетель начинающейся вулканической активности. В двух местах, почти противоположных друг другу, в Китае и на островах Туамоту случился самый настоящий электрический шторм. Молнии бушевали несколько минут, оставив после себя оплавленный песок и сильный запах озона.
Новости про природные катаклизмы подавались скороговоркой, коротким блоком, в отличие от криминальной хроники, спорта и жизни артистической богемы.
– Эх, жаль на дачу не накопила, - вздохнула мать.
– Соседи, вон, разъезжаются.
От дома отъехала легковушка, груженная вещами даже на крыше. Дачный домик, как показалось Денису, при любых землетрясениях был не опасен.
– Меньше толкучки на лестнице будет, - произнес Денис и добавил.
– Если что.
– Если что, - повторила мать.
– Как это страшно оказывается.
– Ладно, ма, не будем нагнетать. Обойдется всё. Лифтами не пользуемся и храним НЗ в машине. Если случится землетряс, когда мы на работе, то встречаемся перед домом, а там решим, куда бомжевать отправимся.
– Какой ты у меня большой уже, рассудительный, - мать погладила сына по голове.
– С тобой и бомжевать не страшно.
Денис засмеялся.
– Вместо палатки пилу и топор куплю.
– Вот и правильно. Все будет хорошо, глядишь и барышня у тебя появится какая-никакая, съездим на шашлычки в лес.
– Хорошая у меня будет барышня, - Денису не понравилось материно «какая-никакая».
– Конечно, это я к слову. Будет тебе под стать. Ну, ладно, пора на работу собираться.
– Мать встала из-за стола.