Worm
Шрифт:
– - Да?
Он глубоко вдохнул. Не то, чтобы ему это было очень нужно, но всё же.
– - Простите, но мне кажется, вы не особенно любите или уважаете директора Армстронга?
– - Что вы хотите сказать?
– - Я думаю, что вам надо знать, он для меня вроде отца. Он тот, кто взял меня в Стражи, ввёл меня в курс дел. Я уже запланировал этим летом ненадолго съездить к нему в гости. Возможно, я попаду в ваш чёрный список из-за своих слов, но я должен предупредить вас, что буду защищать его, если вы начнёте его оскорблять.
– -
– - Простите.
Огонь на улице внизу привлёк его внимание. Горела машина, вокруг неё толпились люди.
Не придав этому значения, Суинки поджала губы:
– - Ладно. Приношу извинения, что поставила вас в такую ситуацию. Я пока что больше не буду говорить о директоре Армстронге. Я остановилась на важности отношения общества?
– - Да, мэм, -- ответил он. Ему стало легче, от того, что Суинки контролирует себя. Но полностью он сможет ей доверять, когда убедится, что она не отыграется на нём при случае.
– - Когда впервые стало ясно общее количество паралюдей, был создан долговременный план. На ранних его стадиях усилия были направлены на создание Протектората и Стражей, чтобы у людей были герои, на которых можно было бы равняться, привлекательные лица, привлекательные характеры. Сувениры, интервью, телешоу, музыка, фильмы и так далее, всё придумывалось и поддерживалось для создания такого образа. Законы, распорядки и правила для официальных групп были разработаны, чтобы повысить уверенность людей в героях.
Сталевар кивнул.
– - Теперь, когда мы входим в следующую фазу, наша цель -- немного вывести публику из зоны комфорта. Мы поощряем и продвигаем существование "бродяг" -- неудачный термин, оставшийся ещё с ранних дней.
– - Да, -- согласился Сталевар. Термин "бродяга" применялся ко всем, у кого были сверхспособности, и кто при этом не относился ни к героям, ни к злодеям.
Негативный подтекст возник в те времена, когда были совсем другие ожидания, тогда же в классификации появлялись термины типа "бугай".
– - Все это очень непросто, мы медленно продвигаемся, а крупные корпорации очень чувствительны к вмешательству паралюдей. Проще говоря, большой бизнес не хочет, чтобы люди со сверхсилами нарушали сложившийся порядок вещей. Им легко и просто провести одну грязную кампанию в прессе -- и годы нашей работы уйдут псу под хвост.
– - Понятно, -- прокомментировал Сталевар. Ему не понравились слова "проще говоря". Слишком много людей намекали на то, что раз он силён, то, должно быть, глуп. Но что он мог сказать, если не был уверен, что она выбрала слова не из-за предрассудков? Или он слишком чувствителен?
– - Вторая часть этой фазы -- сделать так, чтобы общество стало лучше относиться к тем, кто сильно отличается. Вы нравитесь людям, Сталевар. У вас явно неестественный вид, простите, что я так говорю...
Сталевар пожал плечами. Он выделялся. Сотни вещей волновали его больше,
– - ...но у вас есть фанаты, вы интересны людям. У ваших интервью даже более высокие рейтинги, чем у среднестатистического красавца-героя. В рейтинге популярности лидеров команд вы второй по числу видеороликов на YouTube, возможно, отчасти благодаря короткоживущему интернет-мему с вашим лицом, и кроме того, у вас безупречные результаты, как в учёбе, так и за два года службы в Стражах.
– - Спасибо.
– - Если всё пойдёт по плану, мы рассчитываем ввести вас в основную команду Протектората минимум года через три, максимум -- через пять лет. Сделать ваше лицо национальным, возможно даже интернациональным символом, если пожелаете.
– - Ничего себе. Да, я определённо ничего не имею против, мэм, -- он попытался выглядеть удивлённым. Армстронг многое из этого уже рассказывал.
– - Разумеется, это всё зависит от вашего умения возглавлять команду, здесь и сейчас.
– - Разумеется.
– - Похоже, мы скоро приземляемся. Какие-то вопросы, пока мы ещё здесь?
– - Один вопрос. Я надеялся устроить учебные игры с командами Стражей Нью-Йорка и Бостона. Насколько мне известно, эта команда их не проводит. У них почти не было даже обычных оперативных учений.
– - Я помню, несколько лет назад Триумф предлагал что-то подобное. Кажется, мы отказали ему по причине того, что это было слишком легкомысленно.
Сталевар расправил плечи. В этой ситуации ему нужно было быть настойчивым:
– - Я глубоко убеждён, что это улучшит способность местной команды взаимодействовать и реагировать на множество разнообразных ситуаций. Я готов в одиночку расправиться со всей бумажной работой.
– - Расправиться?
– - Я имею в виду, я буду делать всю бумажную работу за членов моей команды. Давать вам информацию обо всех наших тренировках. Заметки по улучшениям, выученным урокам, слабостям, силам, ресурсам, которые могут заполнить замеченные пробелы.
– - Только при условии, что вы будете готовы прекратить это в любой момент, по моему приказу.
– - Да, мэм.
– - И, -- директор на мгновение замолчала, когда вертолёт коснулся земли, -- это не должно мешать регулярному патрулированию. Вы и члены вашей команды будут делать это в свободное от работы время.
– - Посмотрю, удастся ли мне их убедить. Спасибо, директор, -- Сталевар встал.
Втайне он был вне себя от счастья. Учебные игры, которые он проводил как лидер бостонской команды, были одним из самых весёлых моментов в его карьере. Они так же давали возможность безвредно, но весело взаимодействовать с нью-йоркской группой, и все могли тусить, болтать и делиться боевыми историями. С ребятами из своей команды так не пообщаешься. Если его новой команде игры хоть вполовину понравятся так же, как и ему, то он запишет эту победу на свой счет.