Я – эфор
Шрифт:
– Что удалось узнать? – спросил Гадаев.
– Уйдя от тебя, гяур сел в такси, – сообщил гость. – Хорошо, что был так одет. Иначе я бы не понял, да. Камера над аркой плохая, а на твоей запись не сохранилась.
– Сам не знаю почему, – развел руками Гадаев. – Всегда писала и сейчас пишет, а тут ничего. Такси нашел?
Гость кивнул.
– Что рассказал таксист?
– Отвез клиента в «Охотный ряд». Гяур попросил подождать. В торговом центре сменил одежду. Затем попросил показать Москву. Таксист покатал его по Бульварному кольцу, затем отвез в Крылатское.
– Не врет?
– Я посмотрел записи в супермаркете. Такой человек в указанное время в магазине был. Я сделал распечатку. Вот! – гость протянул Гадаеву листок. – Он?
– Да! – подтвердил скупщик, рассмотрев фотографию. – Куда он пошел?
– Неизвестно. Камеры в супермаркете направлены на вход. Далее двадцати метров не захватывают.
– Что покупал гяур?
– Установить не удалось. Покупателей много, кассир его не запомнила. Судя пакету, продукты.
– Значит, живет неподалеку. Или таксист повез его дальше. Ты спрашивал?
– Да. Ответил, что взял пассажира и уехал. Гяура не видел.
– Не врет?
– Может, и врет, – не стал возражать гость. – Но я не стал его прессовать.
Последнее слово гость произнес по-русски.
– Что так?
– Он не поверил, что я из полиции. Удостоверение долго смотрел. А оно фальшивое. Если б настоящее…
– Не с твоим прошлым, Салман! В полиции любят деньги, но не до такой степени.
– Тогда все! – хмуро сказал гость.
– Нет, Салман! – скупщик покачал головой. – Надо искать. Руслан велел, а ему не отказывают. У гяура камни на миллион долларов, а то и больше. Ты ведь хотел «икс пять» [1] ?
1
BMW X5. Престижный и очень дорогой кроссовер. Мечта сыновей гор, и не только их.
– Да! – оживился Салман.
– Получишь! И денег дам. Только найди!
– А моим парням?
– Не обижу. Ты меня знаешь.
– Дай немного сейчас, – попросил Салман. – За квартиру надо платить и кушать нечего.
Гадаев полез в ящик стола, достал и бросил на стол пачку банкнот. Салман схватил ее и спрятал в карман.
– Держи меня в курсе, – велел Гадаев.
Салман кивнул и встал с кресла. Гадаев проводил его до выхода. Вернувшись в кабинет, взял лист с распечаткой и всмотрелся в лицо человека на фотографии.
– Я найду тебя, гяур! – сказал зло. – От меня не уйдешь!
4
Белый кроссовер на литых дисках аккуратно завернул на небольшую стоянку у кирпичного дома в старом районе Минска. В этот дневной час припарковаться здесь трудно – напротив клиника, куда приезжают посетители, а собственной стоянки у той нет. Однако водителю повезло. Старенькая «мазда», стоявшая у края проезда, плюнула дымком из выхлопной трубы и стронулась с места. Кроссовер пропустил ее, а сам ловко вписался на свободный пятачок. С третьего этажа здания за его маневрами наблюдала немолодая, но сохранившая красоту женщина. Ничего необычного в зрелище, впрочем, не было, и у окна она оказалась по другой причине – вышла из офиса в холл для приватного разговора
Дверь его отворилась, наружу выбрался молодой человек в синей куртке, расстегнутой на груди. Вытащив из машины рюкзак, он забросил его на плечо и пошел к дому, откуда его рассматривали.
– Это кого к нам такого красивого замело? – хмыкнула женщина и добавила мысленно: «Не к нам. Скорей всего, в издательский отдел».
Она ошиблась. Молодой человек, зайдя в здание, подошел к вахтеру и, поздоровавшись, спросил:
– Журнал «Научная мысль» на каком этаже?
– Третьем, – ответил вахтер.
– Кабинет главного редактора?
– Номер 305.
– Спасибо! – сказал посетитель и пошел к лестнице. Останавливать его вахтер не стал. Даже мысль такая не возникла. А молодой человек, поднявшись на третий этаж, нашел нужный кабинет и постучал в дверь.
Главный редактор в этот момент листал книгу. Вчера, зайдя в книжный, он наткнулся на редкое издание. Иллюстрированная история Первой мировой войны, толстая и отменно изданная. Стоила книга соответственно. Но хобби жадности не приемлет. Редактор увлеченно предавался своему занятию, как раздался стук в дверь.
– Да! – сказал он, с трудом отрываясь от книги.
Дверь распахнулась, в кабинет вошел незнакомый молодой человек.
– Яков Сергеевич? – спросил он и, получив кивок, продолжил: – Здравствуйте! Меня зовут Николай Ковалев. Присылал статью «Инновационные ресурсы белорусской экономики».
– Да-да, – оживился главный редактор. – Помню. Проходите, присаживайтесь. Я приглашу заместителя, – он снял трубку телефона и простучал пальцами по кнопкам. – Светлана? Зайди! Тут автор пришел. Статья об инновационных ресурсах. Захвати текст.
Спустя минуту дверь в кабинет отворилась, и вошла женщина – та самая, что наблюдала за парковкой кроссовера. В руках она держала стопку бумажных листов. При виде гостя брови ее взметнулись вверх.
– Знакомьтесь! – сказал главный редактор. – Николай Ковалев. А это Светлана Ивановна, мой заместитель.
– Очень приятно! – сказал гость. Женщина ответила ему тем же.
– Присаживайся, поговорим, – главный редактор потер руки. – Какие у нас вопросы?
– У вас есть научная степень, Николай… – начала заместитель.
– Валерьянович, – подсказал Ковалев. – Можно по имени.
– Как хотите. Так что со степенью?
– Нет.
– Научное звание?
– Не имею.
– Вы аспирант или хотя бы соискатель?
– Нет.
– Где работаете?
– Нигде.
– Тогда мы не сможем опубликовать статью.
– Почему? – удивился Ковалев. – В ней что-то не так?
– Нет. Вы глубоко изучили тему, нашли интересные факты и примеры, изложили все легким и понятным языком. Но выводы… Их можно назвать революционными. В таких случаях возникает вопрос: кто автор? Человек, неизвестный науке? Я прошерстила интернет. Ваше имя там не встречается. Вы даже не аспирант. Будь иначе, мы попросили бы рецензию научного руководителя, рекомендацию кафедры. Но кто станет рецензировать статью человека с улицы? Извините за эти слова, – женщина прижала руку к груди, – но таковы правила.