Я есть То
Шрифт:
М: Они не были совершенными йогами, полностью контролирующими своё тело. Или они могли не заботиться о том, чтобы защищать своё тело от естественного угасания. Нельзя выносить суждения, не понимая всех факторов. Важнее всего не выносить суждений о неполноценности или превосходстве. Молодость больше склонна к жизненности (прана), чем к мудрости (джняна).
В: Человек может постареть, но почему он должен потерять всю живость и ясность?
М: Сознательное и бессознательное, пока они в теле, зависят от состояния ума. Я находится
В: Мне говорили, что реализованный человек никогда не сделает ничего недостойного. Он всегда будет примером для других.
М: Кто определяет этот пример? Почему освобождённый человек обязательно должен следовать условностям? Как только он становится предсказуемым, он не может быть свободным. Его свобода — в том, что он свободен осуществить то, что нужно в данный момент, следовать необходимости ситуации. Свобода делать то, что нравится, — это настоящее рабство, а быть свободным делать то, что должен, что правильно, — это настоящая свобода.
В: И всё же должен быть какой-то способ определить, реализован человек или нет. Если их невозможно отличить друг от друга, то зачем тогда реализовываться?
М: Тот, кто знает себя, не имеет сомнений на этот счёт. И мнения других его не интересуют. Реализованный человек, раскрывший другим свою реализацию, — редкость, и счастливы те, кто встретил его, потому что он сделал это для их блага.
В: Нас окружает такое множество бессмысленных страданий. Люди, нуждающиеся в помощи, не получают её. Представьте большую больничную палату, полную неизлечимо больными, которые мечутся от боли и стонут. Если бы вам дали право убить их всех и прекратить их страдания, вы бы сделали это?
М: Я бы предоставил им самим решать.
В: Но если их судьба — страдать? Как вы можете вмешиваться в судьбу?
М: Их судьба — это то, что происходит. Невозможно помешать судьбе. Вы имеете в виду, что жизнь каждого полностью предопределена при рождении? Что за странная идея! Если бы это было так, сила, которая определяет это, позаботилась бы, чтобы никто не страдал.
В: А причины и следствия?
М: Каждый миг содержит в себе всё прошлое целиком и создаёт всё будущее.
В: Но прошлое и будущее существуют?
М: Только в уме. Время находится в уме, пространство находится в уме. Закон причин и следствий тоже является просто концепцией. В действительности всё находится здесь и сейчас, и всё является одним. Множественность и различие существуют только в уме.
В: И всё же вы предпочитаете облегчать страдания других, даже через разрушение неизлечимо больного тела.
М: Вы опять смотрите на это снаружи, я же смотрю изнутри. Я не вижу страдающего, я есть страдающий. Я знаю его изнутри и делаю то, что нужно, спонтанно и не прилагая усилий. Я не следую никаким правилам и не создаю свои правила. Я теку вместе с жизнью, с верой и без сопротивления.
В: Однако вы кажетесь очень практичным человеком, прекрасно осведомлённым о том, что происходит вокруг вас.
М: А кем бы вы хотели меня видеть? Рассеянным болваном?
В: И всё-таки вы не можете сильно помочь другим.
М: Конечно, могу. И вы можете. Каждый может.
В: Эта глупость когда-нибудь кончится?
М: В отдельном человеке — конечно. В любой момент. В человечестве, каким мы его знаем, — через много-много лет. В творении — никогда, поскольку само творение уходит корнями в неведение. Материя — это само неведение. Не знать и не знать о том, что вы не знаете, — вот причина бесконечного страдания.
В: Говорят, что есть великие аватары, спасители мира.
М: Они кого-нибудь спасли? Они пришли и ушли, а мир тащится дальше. Конечно, они сделали много и открыли новые измерения в человеческом разуме. Но говорить о спасении мира — преувеличение.
В: Значит, мир нельзя спасти?
М: Какой мир вы хотите спасать? Мир вашей собственной проекции? Спасите его сами. Мой мир? Покажите мне мой мир, и я сам им займусь. Я не знаю никакого мира, отдельного от меня, который я могу спасти или не спасти. Какое вам дело до спасения мира, когда всё, что нужно миру, — быть спасённым от вас? Уйдите с картинки и посмотрите, останется ли что-нибудь, что нужно спасать.
В: Вы настаиваете на том, что без вас ваш мир не существовал бы, и поэтому единственное, что вы можете для него сделать, — это закончить представление. Это не выход. Даже если бы мир был моим собственным творением, такое знание не спасло бы его. Оно только объясняет его. Вопрос остаётся: «Почему я создал такой никуда не годный мир и что я могу сделать, чтобы это исправить?» Вы говорите: «Забудьте всё и восхищайтесь собственным величием». Наверняка вы имеете в виду не это. Описание болезни и её причин не вылечит болезнь. Нам нужно настоящее лекарство.
М: Описание и нахождение причин — это лекарство от болезней, вызванных тупостью и глупостью. Недостаток чего-либо в организме лечится приёмом недостающего вещества, подобным образом, жизненные болезни лечатся хорошей дозой разумной отрешённости (вивека-вайрагья).
В: Вы не можете спасти мир, давая советы, невыполнимые для простого смертного. Люди такие, какие они есть. Неужели они должны страдать?
М: Пока они такие, какие они есть, у них нет шанса избежать страданий. Уберите чувство отделённости, и конфликтов не будет.
В: Напечатанное послание представляет собой просто бумагу и чернила. Только текст имеет значение. Анализируя отдельные элементы и качества мира, мы упускаем самое важное — его смысл. Ваше упрощение всего до уровня сна не замечает разницы между сном насекомого и сном поэта. Всё есть сон, я согласен. Но не все сны равноценны.
М: Сны не равноценны, но сновидящий только один. Я насекомое, я поэт — во сне. Но в реальности я не тот и не другой. Я за пределами всех снов. Я свет, в котором все сны появляются и исчезают. Я одновременно внутри и вне сна. Так же как человек, у которого болит голова, сознаёт эту боль, но также сознаёт, что не является этой болью, так и я сознаю этот сон, себя спящего и себя не спящего — и всё это одновременно. Я есть то, что я есть — до, во время и после сна. Но я не являюсь тем, что я вижу во сне.