Я - гомункул
Шрифт:
– “Враждебному окружению”? Да как ты можешь так говорить, - впервые Мацу, Карасуба и Казехана видели Мию такой… эм… несдержанной, да, - если ты уже и сам смог понять, что… кем я для тебя являюсь, почему не вернулся сразу? Как вообще можно так холодно относиться к своей семье?
Мацу прикрыла глаза, для Мии это явно была болезненная тема. Даже слишком. И, что не говори о ноль-первой, а отринуть эмоции и проанализировать ситуацию со стороны, как информационная секирей, она не могла… в данном случае уж точно.
– Не понимаю вашего возмущения, Асама-сан, история знает немало примеров, когда именно
– Ты так и не понял того разговора… - вздохнув потерла виски Мия, каким-то образом задавив остальные эмоции (ярость и возмущение).
– Это мало походило на сколь либо конструктивный разговор и не несло смысла, - пожал плечами гомункул.
– Можно я, как нейтральная сторона, влезу и опишу как всё это вижу?
– не выдержала Кайха быть простой слушательницей.
– Излагай, - кивнул той гомункул.
– Фуши… как бы сказать, пусть вы его и воспринимаете как человека, но это пока не верный подход. Если секирей из менее обученных, только-только попав в город, напоминают детей своим незнанием и поведением, то он раньше больше напоминал робота поведением и эмоциями, точнее, их отсутствием. И начав социализацию, но всё еще поступая так, как его научили, просто потому, что он не знает, что можно иначе и считает свои действия верными, вы на что-то там обижаетесь? Знаете, особенно вы, которая вроде как его мать с генетической точки зрения… вы хоть сделали нормальную попытку его социализации. Научили бы вы его отличать хорошее от плохого. Объяснили… с примерами, почему так поступать неправильно. Если он вам был так дорог и нужен… попробовали, что ли, сказать ему это! Нет, я и сама допустила ошибку в своё время, выбрав неправильную линию поведения, но… но… в отличие от вас я - ПЫТАЛАСЬ что-то сделать! А вы…
– Я не знала, как себя вести. Да и вряд ли хоть кто-то знает, такая ситуация в принципе невозможна!
– перебила Кайху Мия.
– Давайте уже отложим не касающиеся дела мелочи. Мне кажется, этот вопрос можно отложить вплоть до завершения разборок с Минакой, - спокойно сказал гомункул.
Очередная кружка воды, которую хлестала “разбавляющая алкоголь в крови” Мия разлетелась осколками в её руке.
– Как раз этот вопрос куда важней!
– с пылом высказалась та.
– Вопрос моего упущенного воспитания? Сомнительно.
– Хах, скорее, они таким способом пытаются выявить причину конфликта, не желая признавать, что она в них и их ошибках, но мы и правда отвлеклись, давайте вернемся к изначальной теме разговора?
– высказалась Кочо.
– Жаль, что тут нет Хайхане, ей подобные “бразильские” сценки нравятся, - хмыкнула себе под нос Карасуба.
– Верное утверждение, сама выгнала, сама и страдает, - сложив руки под грудью, пренебрежительно фыркнула Цукиуми.
У Мии дернулся глаз, неизвестно, которая из последних четырех реплик привела к такому эффекту,
– Хорошо, тогда начнем сначала!
– веско произнесла Мия и перегнувшись через стол, дернула на себя Фуши за рубашку. Вот только, алкоголь притупил скорость первой, а у Карасубы, благодаря связи с гомункулом, эта скорость наоборот, шагнула вперед, потому та успела среагировать, и мягко удержать своего ашикаби на месте. А вот рубашка не выдержала, и приличная часть воротника так и осталась в руках Мии.
– Стриптиз?
– сверкнула очками Мацу.
– Где?
– забыв про реакцию Фуши на неё, распахнула дверь Казехана.
– Дурдом, - сняла очки Кочо, дабы хуже видеть творящийся бедлам.
Дернувшийся от появления Казеханы Фуши, сыграл на руку Мие, и та попробовала повторить маневр. Но в этот раз её уже саму повело (двадцать бутылок саке, пусть и на пару с Казеханой, явно многовато даже для секирей). Как итог, Мия случайно снесла своим же телом Карасубу, а Фуши был перекинут через стол.
Кухню осветила вспышка проявившихся крыльев секирей. И чудесным образом, все разборки прекратились, да и вообще закончились все брожения. Даже Мия и Карасуба вполне мирно расползлись в разные стороны, наблюдая как Фуши помогает подняться Мацу, у которой за спиной гасли крылья.
– Не буду скрывать, я и сам хотел предложить Мацу стать моей секирей, раз она до сих пор не стала таковой для Чихо, но давайте в следующий раз она сама решит и выберет, принимать предложение или нет? И раз уж так вышло, то давайте быстро закроем вопрос, по которому мы пришли, и наконец, разойдемся? Да, раз уж так вышло, то думаю, вопрос лучше вовсе отложить, Мие и Казехане явно требуется несколько проветриться, - под конец речи признал Фуши, быстро отметив, что собравшиеся из-за их прихода секирей, снова начали активно сдавать позиции саке.
– Я тебя не отпу-ик-щу! Я - твоя мать! Потому стой смирно и дай себя поцеловать и окрылиться!
– активные действия доконали Мию окончательно.
– Думаю, мы и правда зря пришли. Вопрос вашего статуса можно и завтра узнать… - на лице гомункула впервые отразилась толика опасения, - по телефону!
– Мне кажется, что статус матери Фуши и желание окрылиться об него же, несколько странно смотрятся вместе?
– в очередной раз за этот день вздохнула Кочо.
– Я еще пару месяцев назад поняла - в эти странные отношения парочки лучше не лезть, иначе вообще мозг в трубочку свернется, - поделилась откровением Мацу.
– Кажется, кто-то совсем перестал себя контролировать, - оскалилась Карасуба, и уверенно взялась за рукоять катаны.
– Так, стоп! Закончили балаган! Мия и Казехана, вы действительно сильны и еще без ашикаби. Я не прочь стать им для вас, но с одним условием: через два дня мы атакуем МБИ. Эта история тянется уже слишком долго. И чем дольше она будет тянуться, тем меньше шансов у нас будет против Минаки, даже несмотря на все ваши силы. Итак, ваш ответ?
– пошел “ва-банк” гомункул.
– Эм… кто-нибудь, растолкайте Казехану и повторите ей мои слова… Хотя нет, пусть проспится, завтра сам повторю, - в этот раз вздоха смирения не сдержал даже Фуши. Казехана умудрилась отрубиться стоя.