Я Кирпич

О'Санчес

— Букач, тебе там, в сумке, не кажется, что след пролег на обеих сторонах проезжей части? А?

— Да, о Великий, ты так мудр!

— Угу. Продолжим консилиум. А какой из них свежее?

— Дальний-то чуток свежее, о Великий!

— Угу. И я тако же мыслю.

Дело в том, что магический след на проезжей части Комендантского проспекта, вдоль которого мы с Букач шли походным маршем, вдруг сдвоился: побежал навстречу по дальней полосе. Это означало, что те, кого я выслеживал, развернулись на сто восемьдесят градусов, и что мне уже не было нужды петлять вслед за ними, достаточно пересечь поперек Комендантский,

сэкономив тем самым силы и время… Но я на всякий случай не поленился и дошел до перекрестка с Долгоозерной улицей, благо было уже совсем рядом, и там уже преодолел проезжую часть по зебре и повернул в обратную сторону, к юго-востоку.

Метрах в трехстах, или даже чуть ближе от перекрестка, следы повернули направо, между жилым домом и универсамом…

А вот она, бээмвуха, стоит возле этого… как там в бюллетене по недвижимости… возле отдельно взятого строения. А пятна из машины — скок, скок, скок по ступеням неширокой лестницы и внутрь. Пришли.

Гордый своим хитроумием и врожденной способностью к конспирации, я повернулся спиною к машине, добыл из кармана трубку и, с помощью полубессвязных междометий, сопровождаемых неяркой жестикуляцией, стал беседовать о чем-то с пустотой. И только потом уже постепенно развернулся, чтобы не спеша рассмотреть объект моего интереса. Может, я и не Джеймс Бонд и не Шерлок Холмс, но имею зачаточные представления о слежке, о пользе предварительного анализа. А если бы я был еще умнее, и не задним числом, как сейчас, черт подери!.. я бы, начиная преследование, вышел бы из дому, накинув на себя невидимость!.. И трубку бы отключил, во избежание!.. Впрочем, сойдет, даже и лучше, что в эту кашу ввязался как бы простой человек, а козыри прибережем, в рукаве подержим.

Дом — под номером 26, нежилой, обычный для наших новостроек, прямоугольного сечения, если сверху, из мэп-виртуального неба на него смотреть, два с половиной этажа, цвет желтый, вместо перил у лестницы — монументальные такие прямоугольные ограды, щеки-плиты из оштукатуренного кирпича… Входные двери, пока я болтаю да глазею, никого не впустили, не выпустили… возле дверей табличка… даже две… монументальные такие табличищи, на века изваянные, в тон лестничным ограждениям… Домик — очевидно, что обитаемый: стекла и стены умытые, почти на всех окнах занавески, за ними — освещенные электрическим светом помещения… Значит, и люди там.

«Муниципальное образование номер…» Фиг его знает — мое оно или не мое, поскольку не имею ни малейшего представления, под чьим муниципальным номером числится мое обиталище… «Лаборатория технологического анализа при муниципальном…»

И что же мне нужно в этом образовании… или в этой лаборатории?..

Минуты две, наверное (уже спрятав трубку и забыв о собственной конспиративной хитрости), смотрел я на двери, в тупой надежде сообразить какой-нибудь удобоваримый предлог для вторжения и контакта… Не придумал, и пошел наобум.

Как бы не так! — дверь закрыта. Я стал искать взглядом звонок, но селекторная связь меня опередила:

— Добрый день, вы к кому?

— По вызову.

— По какому вызову, к кому именно? — Голос женский, а женщины въедливый народ, бдительный.

— А, это… я… ну, это…

Непреходящий стресс и глупое положение, в которое я попал, помогли мне, как это ни странно, отреагировать «результативным»

способом: коротко мекнув что-то невразумительное, я стал лихорадочно шариться по карманам, вынул трубку, в полном замешательстве ткнул туда пальцем, раз, другой… Дверь открылась и оно неудивительно, по большому-то счету, дурачья всегда в избытке по обе стороны любой преграды.

Уж не знаю, чего там ожидало обнаружить мое выпрыгивающее из груди сердце, но — все было как везде: коротенький тамбур между входными дверями, за ним небольшой полутемный квадрат «предбанника», перегороженного пополам невысокой металлической оградой с турникетом возле «пропускной» будки. Турникет — обычный «трипод», с тремя заградительными штырями-антеннами. Вахтер — увесистая на вид тетка предпенсионного возраста.

— Добрый день!

— Добрый. Вы к кому?

— Я бы хотел узнать, кто владелец красного БМВ, припаркованного возле вашего учреждения. И желательно было бы мне с ним, или с нею — срочно переговорить.

— Молодой человек! — тетка в будке, не отрывая взгляда от моего лица, сунула толстое запястье перед собою, нажала на какую-то кнопку, а может быть клавишу, но прямо отвечать на мой вопрос, а также пропускать меня сквозь турникет так и не собралась. — Какой БМВ? И при чем тут я, и какая мне разница — красный, зеленый? Здесь вам не справочное бюро, молодой человек, не ГАИ и не автоцентр. Соизвольте немедленно покинуть служебное помещение. Будьте так добры!

Будка со стеклянными стенами позволила увидеть, как за нею распахнулась массивная одностворчатая дверь, выпустив к нам в предбанник дюжего молодца в черной униформе, разумеется — с надписью поперек спины: «ОХРАНА».

— Чё тут?

— Боря, здесь молодой человек ведет себя странно, пропуска у него нет, документов не показывает, но непременно хочет знать — кто и зачем здесь паркуется!

Увы, на арапа не прошло. И раньше у меня отсутствовал стройный план действий, а теперь вообще… Мужик Боря надвинулся на меня, но пока без применения ног и рук. Здоровый лось в ширину, а ростом и возрастом примерно с меня. Почему они все так любят косить под бандитов: стрижки наголо, спесивые неулыбчивые рожи?.. Задачи-то ведь им поставлены защищать, а не запугивать?..

— Уважаемый!.. Вы находитесь на охраняемой территории муниципального образования, и давайте-ка по-хорошему…

Вежливый и грозный, без мата и на вы. Ладно, ты не улыбаешься — я улыбнусь, виновато, даже умоляюще, с ладонями, прижатыми отнюдь не к богатырской груди… отступив на шажок… И перебью добра молодца Борю, обращаясь по-прежнему к тетке, ибо пока она здесь самая старшая. Поскольку я непосредственно к ней обращаюсь, чувак поостережется прерывать наш диалог, разруливая ситуацию силовыми способами…

— Начнем с того, сударыня, что вы у меня никаких документов не спрашивали. А во-вторых, веду я себя нормально и попросил выйти ко мне владельца этого красного БМВ, номер которого у меня надежно записан в моей трубке и в записной книжке… Ну, вот, пожалуйста… Погодите, дайте договорить… Вот, да, владельца, или владелицы, мне без разницы. Главное, что она, машина эта, сегодня утром не сбила… но реально повредила дорогую детскую коляску у нашей парадной, и тому есть свидетели. И всего лишь, и ничего мне больше не надо, поговорить и решить дело миром. У меня всё.